для того, чтобы оправдать своё бездействие.
Рассмотрим Европейский союз. Сначала пандемия вынудила его членов закрыться. Они перекрыли границы, конкурировали за поставки медикаментов и обвиняли друг друга в злонамеренности и продажности. Общественные настроения в таких странах, как Италия, были сильно против ЕС. Но после первоначального шока европейцы задумались о том, как справиться с последствиями. Они осознали, что ситуация оказала беспрецедентное давление на континент, особенно на его слабейших членов. Благодаря мудрому руководству со стороны крупнейших держав, Франции и Германии, а также высших должностных лиц ЕС, в июле 2020 года было достигнуто соглашение о выпуске европейских облигаций, которые позволят более бедным странам получить доступ к средствам. Казалось бы, это технический вопрос, но он представляет собой огромный шаг вперёд в направлении более глубокой взаимосвязи между странами Европы. Европейские лидеры увидели, в каком направлении их толкал COVID‑19, и дали отпор. Пандемия, которая поначалу разъединяла страны, может стать катализатором долгожданного сближения.
Такое же напряжение между интеграцией и изоляцией прослеживается во всём мире. Пандемия побуждает страны обратить свой взор вовнутрь. Однако просвещённые лидеры признают, что единственное реальное решение таких проблем, как пандемии, изменение климата и кибервойны, – это смотреть вовне, на более тесное и эффективное сотрудничество. Решение проблемы плохо финансируемой и слабой Всемирной организации здравоохранения заключается не в том, чтобы выйти из неё в надежде, что она зачахнет, а в том, чтобы лучше её финансировать и дать больше автономии, благодаря чему она сможет противостоять Китаю – или Соединённым Штатам, – если этого потребует чрезвычайная ситуация в области здравоохранения. Ни одна страна не в состоянии организовать весь мир. И никто этого не желает. Остаются только возможности хаоса, холодной войны или сотрудничества.
Как утверждают критики, реальное международное сотрудничество требует определённого элемента коллективного принятия решений. Хотя для некоторых это и звучит зловеще, на самом деле страны постоянно этим занимаются. Именно с помощью такого механизма мы регулируем всё: от международных телефонных разговоров до авиаперелётов, от торговли и интеллектуальной собственности до выбросов хлорфторуглеродов. «Единого мирового правительства» не существует и никогда не будет существовать – это просто фраза, призванная напугать людей, чтобы они представили себе тайную армию, спускающуюся на них на чёрных вертолётах. Что действительно существует, так это глобальное управление, соглашения между суверенными государствами о совместной работе над решением общих проблем. Сотрудничество – вот одна из самых фундаментальных черт человека, которая, по мнению многих биологов, лежит в основе нашего выживания на протяжении тысячелетий. Если мы хотим выжить в будущем, сотрудничество, несомненно, поможет нам больше, чем конфликты.
Разумеется, тенденции имеют значение. Технологические силы, экономические реалии и биологические императивы определяют параметры возможностей человека. «Люди сами творят свою историю, – писал Карл Маркс, – но не так, как им хочется; они творят её не в самостоятельно выбранных обстоятельствах, а в обстоятельствах уже существующих, данных и переданных из прошлого». Именно поэтому самые мудрые лидеры пытаются понять историю, оценить действующие силы и определить, насколько велики просторы для действий. Человек, который почти единолично объединил Германию, Отто фон Бисмарк, так описывал свою роль: «Задача государственного деятеля – слышать шаги Бога, идущего по истории, и пытаться за него зацепиться».
Иногда, даже посреди огромных структурных сил, движущихся в одном направлении, страны принимают решения, которые меняют наш путь. В мае 1958 года, в разгар холодной войны, в Миннеаполисе, штат Миннесота, пришел момент выбора. Заместитель министра здравоохранения Советского Союза доктор Виктор Жданов присутствовал на ежегодном заседании Всемирной ассамблеи здравоохранения. Это был первый случай участия советской делегации с момента основания ВОЗ десятью годами ранее. Жданов призвал организацию развернуть глобальную кампанию по искоренению оспы. Указывая на Соединённые Штаты, он процитировал в своей речи письмо Томаса Джефферсона, написанное Эдварду Дженнеру, который первым создал вакцину против оспы. «Будущие народы будут знать из истории лишь о существовании отвратительной оспы», – писал Джефферсон. Это была ранняя попытка воплотить в жизнь послесталинский план Никиты Хрущёва о «мирном сосуществовании» с Западом.
Соединённые Штаты сначала сопротивлялись, не в последнюю очередь считая, что советское предложение отвлечёт внимание от возглавляемых американцами усилий по искоренению малярии. Однако после того, как Вашингтон поддержал проект, при администрации Джонсона это сотрудничество активизировалось и стало центральным направлением деятельности ВОЗ. Две сверхдержавы способствовали не только массовому производству вакцин, но и программе вакцинации населения во всём третьем мире. К 1980 году оспа была официально искоренена. Гарвардский историк Эрез Манела говорит, что это «был, пожалуй, единственный наиболее успешный пример сотрудничества сверхдержав в истории холодной войны». И именно этот урок Пекин и Вашингтон должны усвоить в грядущем постпандемийном биполярном мире.
В фильме «Лоуренс Аравийский» урок о судьбе и человеческой воле приобретает более сложный характер. В ночь перед атакой на Акабу арабские племена начинают ссориться из-за убийства, совершенного одним соплеменником против члена другого племени. Лоуренс как человек со стороны предлагает казнить убийцу, чтобы правосудие вершилось беспристрастным судом, и только потом понимает, что убийца – Гасим, мужчина, жизнь которого он спас в пустыне. И всё же он подходит и спокойно выпускает шесть пуль ему в грудь. Возможно, урок заключается в том, что Гасим был обречён на смерть. Лоуренс смог спасти его в пустыне и тем самым дал ему отсрочку.
Дуайт Эйзенхауэр говорил Уолтеру Кронкайту примерно то же самое, когда они сидели перед рядами могил в Нормандии. Солдаты, погибшие во время Второй мировой войны, дали нам всем шанс построить лучший и более прочный мир. Точно так же и в наше время страшная пандемия создала возможность для перемен и реформ. Она открыла путь к новому миру. Нам решать, воспользоваться этой возможностью или растратить её. Ничего в этом мире не предрешено.
Благодарности
Пандемия ускорила многое в нашей жизни, и то же самое она сделала с написанием и созданием книги. Все началось со списка на бумажке. Как только разбушевался COVID, я понял, что он возымеет обширные и долгосрочные последствия. Я начал записывать, и этот первоначальный список очень близок к десяти урокам из книги. Затем я приступил к процессу исследования, чтения и написания. В каком-то смысле я нашёл свой собственный способ справиться с пандемией – думать, читать и писать о ней.
Я обратился за помощью к трём замечательным молодым сотрудникам и попросил их о критике и сверке фактов. Джонатан Эсти, Джона Бадер и Джон Куксон с головой окунулись в проект, работая долгими часами и поздними вечерами. В результате получился удивительно вдохновляющий, быстро развивающийся цифровой семинар. Они исправляли ошибки, вносили отличные предложения
