Женская половина близнецов, Вивиана Стелларис, буквально засияла при нашем появлении. Серебряные искры в её тёмных, как полночь, глазах вспыхнули, когда они остановились на мне.
— О-о-о, ты её нашёл! — взвизгнула она, хлопая в ладоши, словно ребёнок, получивший неожиданный подарок.
Её длинные ногти были выкрашены серебром с чёрными кончиками — в тон её причёске. Волосы были уложены наверх, обнажая шею, и только длинная белая прядь спадала вдоль лица.
— Я умираю от желания попробовать тебя с тех самых пор, как Максимиллиан представил тебя при дворе этим утром.
От её слов внутри меня всё сжалось. Я вскинула взгляд на Максимиллиана, растерянно.
— Но я думала…
— Не обращай внимания на мою сестру, — протянул Каэлум Стелларис, поднимая бокал, чтобы сделать глоток.
Я постаралась не концентрироваться на том, как он провёл языком по зубам, стирая с них кровь, прежде чем продолжить:
— Она просто пытается вывести тебя из себя. Никто, кроме Максимиллиана, не имеет права пить твою кровь. Император провозгласил это — значит, так и будет.
— Я всегда считала это глупым правилом, — надулась Вивиана. Её губы были накрашены ярко-алым, контрастируя с фарфоровой кожей. — В конце концов, одного укуса недостаточно, чтобы завершить Нисхождение. Иначе у нас давно закончились бы люди.
— Дело не в этом, — с раздражением отозвался Каэлум. — Правило существует для того, чтобы ни один Найтфордж не мог потом заявить, что он просто «потерял голову в пылу момента» — или придумать какую-нибудь ещё чушь.
— И правда кто-то пользовался таким оправданием? — спросила я с неподдельным интересом.
— О, ещё как, — Каэлум хищно улыбнулся. — Члены враждующих домов нередко уводят кандидата на Нисхождение буквально из-под носа друг у друга. Просто чтобы продемонстрировать превосходство. Или отомстить за какую-нибудь мелочную обиду. Такое случается и внутри самих домов. Но император хочет, чтобы мы изображали одну большую счастливую семью, поэтому делает всё возможное, чтобы свести междомовые разборки к минимуму.
— Разве мы не одна большая счастливая семья? — раздался голос Сорена Айронхарта, когда он вышел из тени.
Как и Каэлум, он был в военной парадной форме — тёмно-красной, обозначающей его статус командующего армией, в отличие от тёмно-синей морской формы Каэлума.
— Конечно, — протянул Каэлум с ядовитым сарказмом. — Психоросские артиллеристы на моём корабле просто обожают моих офицеров с палубы из Сангвис Ноктис.
— Возможно, вам стоит пересмотреть состав экипажа, если у вас возникают сложности с междомовыми конфликтами, — холодно заметил Сорен.
Его серые глаза нашли Максимиллиана, едва удостоив меня вниманием.
— Лорд Старкло, можно вас на пару слов? Речь о прототипе пушки.
— Разумеется. Прошу прощения, — сказал Максимиллиан остальным.
Он шагнул мимо меня, его рука на мгновение коснулась моей поясницы, прежде чем он исчез в зарослях вместе с командующим армией.
Слова Каэлума повисли в воздухе, и я вновь вспомнила: именно он стоит на передовой войны между Ноксалисом и Тривэей. Именно его корабли без устали обстреливают наше побережье. И Кресент-Коув находится прямо на линии огня.
— Новая пушка и правда настолько изменит ситуацию? — спросила я Каэлума, стараясь звучать непринуждённо, будто судьба моего народа не зависела от ответа. — Я думала, на ваших кораблях и так есть орудия.
Каэлум фыркнул.
— Те орудия, что у нас есть сейчас, — это не пушки, а бенгальские огни. Кристаллы заряжаются вечность, взрывы слабые, и максимум — триста метров в хороший день. Новый прототип бьёт до полутора тысяч ярдов. И, по слухам, одного выстрела хватило, чтобы превратить целый аэрокорабль в растопку.
— Ах да, — Вивиана подалась ближе, заговорщически улыбаясь. — Ты ведь была на демонстрации? Пушка действительно так впечатляет, как говорит Каэлум?
— Да, — призналась я.
— Отлично, — буркнул Каэлум. — Тогда мы наконец сможем наносить полноценные удары по побережью. И, может, разорвём на части этих морских чудовищ.
— Морских чудовищ? — я приподняла брови. — Разве они не вымерли после Вечной Ночи? Насколько я читала, отсутствие солнечного света разрушило океанскую экосистему. Существа, которым требуется огромное количество пищи, вроде морских монстров, вряд ли могли выжить.
— Вымерли, — мрачно подтвердил Каэлум. — Но клан Некроспайр использовал свою тёмную магию, чтобы воскресить их. А этот хитрый ублюдок Себастьян Ноктёрн подкупил Чёрноводных Пиратов, чтобы те одолжили Тривэе часть своего флота.
Теперь на каждом их проклятом корабле есть ведьма-некромант, и они насылают на нас всякую мерзость — Теневых Кракенов, которые щупальцами ломают нам мачты, Призрачных Китов, пробивающих борта акустическими ударами, и даже Некротических Сирен, которые поют моим морякам безумие в головы, пока те не начинают резать друг друга.
На последнем слове пальцы Каэлума сжались так сильно, что бокал в его руке разлетелся осколками.
Он выругался, когда один из них глубоко рассёк ему ладонь.
— Осторожнее, — цокнула Вивиана, уже тянувшись к сложенной на столе тканевой салфетке.
— Тебе стоит научиться оставлять работу дома, брат, — отчитала его Вивиана, подхватывая его руку, чтобы вытереть кровь. Судя по всему, её больше беспокоил беспорядок — рана затягивалась у меня на глазах. — Это вечеринка. Предполагается, что ты отдыхаешь.
— Ну да, только она сама об этом спросила, — огрызнулся Каэлум, ткнув в меня пальцем свободной руки. — И, возможно, прототипы уже были бы у нас, если бы не ты.
— Я? — Я отшатнулась, поражённая внезапной яростью, направленной на меня. — Я не имею никакого отношения к задержке прототипа, — запротестовала я, и это было правдой.
Задержка лежала на совести Виниция. Его жестокая демонстрация силы — когда он использовал эфирную пушку, чтобы уничтожить скрытый храм — заставила Элизу усомниться в мудрости передачи такого оружия в руки вампиров. Она выдумала технические неполадки, сославшись на «необходимость доработки механизмов», чтобы отсрочить поставку.
— Оставь девочку в покое, Каэлум, — сказала Вивиана. — Это не её вина, что её хозяин по уши в неё втюрился. Если кого и винить, так это Максимиллиана.
Она поманила пальцем слугу, стоявшего в нескольких ярдах от нас.
— А теперь давай принесём тебе ещё выпить. Тебе нужно расслабиться.
— А тебе не стоит столько пить, — огрызнулся Каэлум, когда Вивиана сняла с подноса два бокала кровавого вина. — Последнее, что нам нужно, — это чтобы у тебя случился приступ посреди Саммита.
Вивиана замерла. Веселье мгновенно исчезло с её лица.
— Мои «приступы», как ты их называешь, не имеют никакого отношения к тому, что я пью или не пью, — холодно сказала она. — И, кстати, именно из-за них император ценит меня выше, чем тебя.
Каэлум расхохотался.
— Ты ценнее меня? Пожалуйста. Когда император даст тебе под командование пятьдесят тысяч солдат и отправит воевать с армией ведьм и пиратов, тогда вернёшься и расскажешь, кто из нас ценнее. А теперь поставь это, — потребовал он, пытаясь отобрать у неё бокал.
Вивиана нахмурилась, удерживая напиток вне его досягаемости. Но в следующий миг её выражение стало кошачьим — хищным и игривым.
— Ну если мне нельзя это выпить, — промурлыкала она, глядя прямо на меня, — то, может быть, нашей новой подруге можно? В конце концов, было бы жаль, если это пропадёт даром.
Брови Каэлума взлетели вверх, когда Вивиана протянула мне бокал, и дыхание застряло у меня в горле.
— Н-нет, спасибо, — выдавила я, изо всех сил подавляя желание физически отшатнуться. — Кровь — это не совсем моё.
— Правда? — Вивиана подалась вперёд и буквально ткнула бокалом мне под нос, так что край стекла почти коснулся губ. Аромат напитка защекотал обоняние — густой, сложный, с металлической нотой, оттенённой тёмными фруктами и лёгким дымным послевкусием.
Во рту мгновенно выступила слюна.
Я напрягла каждый мускул — теперь уже не для того, чтобы отпрянуть, а чтобы не наклониться ближе.
