мне. Я поцеловала его в ответ так же крепко, показывая, что могу взять все, что он захочет отдать. Он никогда не причинит мне боли и не заведет меня дальше, чем я уже хотела.
А я хотела его.
Его губы были холодными, но язык теплым, когда он прикоснулся к моему. Весь он был холодным и мокрым, а его одежда, несомненно, пропиталась влагой до самой кожи. Его руки скользнули по внешней стороне моего халата, а затем он обхватил заднюю часть моих бедер, приподнимая меня к двери, так что наши губы оказались на одном уровне. Я обхватила его ногами за талию и прижалась к нему, обхватив руками шею, пока он целовал меня сильнее и глубже. Дождевая вода капала с его волос и стекала по щекам, но это нас не останавливало. Мои зубы царапали его нижнюю губу, а когда он отстранился, я втянула его язык обратно в рот и насладилась стоном, который раздался в его груди. Потребность бурлила в моих венах, как лава, разгораясь и нагревая мою кожу. Он переместился и, не разрывая поцелуя, понес меня через комнату. Но он не понес меня в спальню. Моя задница ударилась о стол в столовой, пока я боролась с мокрой тканью его галстука, наконец ослабив узел настолько, чтобы снять его через голову. Затем я сбросила с его плеч мокрую куртку, и она с грохотом упала на пол.
— Опусти ноги, — приказал он между глубокими, одурманивающими поцелуями.
Я разжала лодыжки и свесила ноги через край стола.
— Идеально... — его руки провели по моим бедрам под тканью халата, и мой живот затрепетал. Я точно знала, что он может сделать этими руками, этими очень талантливыми пальцами, и была более чем готова. Но прикосновений, которых я так страстно желала, не последовало. Я расстегивала пуговицы на его рубашке неуклюжими пальцами, слишком сильно желая сохранить свои губы на его, чтобы смотреть на то, что я делаю. Наконец расстегнув последнюю, я стянула рубашку и каким-то образом умудрилась расстегнуть пуговицы на его запястьях, пока его руки сжимали мои бедра. Он целовал мои губы, щеки, шею, пока я стягивала с его тела непослушную, липкую ткань. Затем я отстранилась и посмотрела на него.
— Нейт, — прошептала я, потрясенная его телом, которое он отточил до совершенства. За последние восемнадцать месяцев он нарастил мышцы, его торс по-прежнему был рельефным, а пресс был великолепным. Глубокие линии «возьми меня», проходившие по краям его живота, так и просились, чтобы я их облизала. Я перевела взгляд на него. — Ты невероятный.
— Ты — все, что мне нужно, — он обнял меня за шею. — Неважно, как далеко я уеду или как долго буду отсутствовать. Я мечтаю о тебе. Даже когда я знаю, что ты с кем-то другим...
— Это не так, — заверила я его, качая головой.
— Или когда я с кем-то другим... — продолжил он, и мое сердце заколотилось.
— Правда? — я отстранилась, упираясь ладонями в стол, ожидая, пока сердце снова начнет биться нормально. Он не был моим. Я не была его. Таково было наше соглашение. И все же он всегда был моим. Я всегда была его.
— Нет. Уже более шести месяцев, — он посмотрел на меня, и на мгновение я прокляла эту связь между нами, иррациональную ревность, которая охватила мой желудок, когда я прочитала то письмо о женщине, с которой он встречался.
— Но даже тогда, как бы мне ни было неприятно это признавать, ты была всем, чего я хотел, Иззи.
— Я знаю, — я кивнула. — То же самое касается и меня.
Он прижал мои губы к своим, поцелуй был мягче, чем раньше, но таким же глубоким, таким же сильным. Он лишил меня дыхания, мыслей и всех запретов, которые еще могли остаться.
Затем он склонился надо мной, опустив меня так, что моя спина уперлась в стол.
— Я хочу тебя видеть, — сказал он, прежде чем снова поцеловать меня.
Мои руки нащупали пояс халата, и я потянула за него, позволяя ему распахнуться, как в тот раз, когда он впервые прикоснулся ко мне. Он поднял голову, и его взгляд блуждал по моему обнаженному телу, задерживаясь на тех частях, которые он никогда раньше не видел.
— Черт возьми, ты просто... совершенна.
— Ты говорил это в прошлый раз... — я улыбнулась и постаралась не ерзать под его пристальным взглядом.
— Ничего не изменилось... — его глаза встретились с моими, и потребность, которую я там увидела, заставила меня растаять, полностью расслабившись на столе. — Я собираюсь поцеловать тебя, Изабо Астор.
Я улыбнулась еще шире.
— Ты и раньше так говорил.
— Да. Я знаю, — он улыбнулся, и на секунду появилась ямочка, прежде чем он обхватил мои ноги, а затем согнул мои колени, положив мои ступни на край стола и раздвинув мои бедра достаточно широко для его плеч.
О Боже.
Я втянула воздух, когда он накрыл меня своим ртом, проведя языком по моему клитору. Это было так чертовски приятно, что я только и могла, что кричать, а мои руки вцепились в его голову, чтобы притянуть его ближе.
— У тебя райский вкус, — сказал он, и я подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, когда он снова опустил свой рот, посылая в меня поток чистого удовольствия. Он был самым сексуальным мужчиной, которого я когда-либо видела, и сегодня он был моим.
Моя голова откинулась назад, когда ощущения охватили мое тело. Каждый толчок его языка заставлял мою спину выгибаться. Каждый раз, когда он засасывал мой клитор между губами, я дрожала. Когда его пальцы скользнули внутрь меня, сначала один, потом второй, я не могла удержаться, чтобы не оттолкнуться от него, желая большего, требуя этого своими стонами. Он прижал мои бедра к столу своим предплечьем, чтобы я могла брать только то, что он хотел дать, а затем довел меня до безумия. Он дразнил, когда я хотела, чтобы он меня взял. Он ласкал, когда я хотела, чтобы он задержался. Он доводил меня до грани оргазма, когда я почти чувствовала, насколько сладкой будет разрядка, и лишь ослаблял давление, прежде чем я рассыпалась на части.
— Нейт! — я потянула его за голову, когда восхитительная пытка началась снова.
— Что тебе нужно, Иззи? — спросил он, нежно дуя на мою разгоряченную кожу.
Я вздрогнула, выгнув спину.
— Ты мне нужен! Во всех смыслах, — это было самое лучшее, что я могла придумать.
— Как будто ты будешь кричать, если не сможешь получить меня? — он провел языком по моему клитору.
— Да!
— Как будто ты умрешь,
