Когда Рей подходила к лестнице, она услышала, как герцог с кем-то разговаривает, хотя слов было не разобрать. Едва касаясь поручня, она стала спускаться, даже не потрудившись зажечь свечу. Женщина всматривалась в пятно света внизу.
Она увидела мужа, когда свернула на последний лестничный пролет. Рей ошибочно приняла за разговор его бессвязное похотливое бормотание. Она замешкалась на лестнице, предпочитая смотреть на побелевшие костяшки своих пальцев, вцепившихся в позолоченные резные листья и цветы.
Затем холодно улыбнулась и произнесла:
– Не кажется ли тебе, Рекстер, что еще слишком рано, чтобы соблазнять служанок?
Девушка, которую обнимал герцог, вскрикнула и попыталась вырваться.
– Простите, мадам! – запричитала она, боясь, что ее рассчитают.
– Черт тебя подери, стой спокойно! – взревел Рекстер, хватая брыкавшуюся служанку за руку.
Столик перевернулся прямо на девушку. От неожиданности герцог упал на нее сверху.
Рей прошествовала мимо них.
– Поскольку в подобных делах, муженек, тебя надолго не хватает, жду тебя через несколько минут в библиотеке.
Она остановилась. Взглянула на заплаканную служанку и произнесла:
– Милочка, вы уволены. Рекомендации возьмете у моего супруга.
И направилась в библиотеку.
Увиденное потрясло Рей, несмотря на показное безразличие. Она взяла со столика фарфорового голубка и швырнула его о стену. Он разлетелся на мелкие кусочки. Второго голубка постигла та же печальная участь.
В библиотеку ввалился Рекстер. Его темно-синие глаза угрожающе блестели. Герцогиня схватила третью птичку и швырнула ее в супруга. Герцог увернулся, и фигурка пролетела в паре сантиметров от него. Мельчайшие осколки градом посыпались ему на голову.
– Черт побери, женщина! Только не говори мне о разбитом сердце. За все эти годы ты ни разу не пожаловалась. Я даже не уверен, что оно вообще у тебя есть.
– Встречайся сколько угодно со своими ужасными девками! – гневно бросила Рей. Несколько седых прядей выбилось из ее безукоризненной прически. – Только не в моем доме. Я заслуживаю хотя бы такой мелочи!
Стряхнув с себя осколки фарфора, Рекстер прошел мимо жены к шкафчику с выпивкой.
– Откуда мне было знать, что ты в этот час бродишь по дому?
От подобного простодушного оправдания Рей заскрежетала зубами. Наверное, он переспал со всеми служанками.
– Надеюсь, она заразит тебя лишаем, – подпустила герцогиня яду.
– Наконец-то у вас появится уважительная причина избегать супружеского ложа, моя герцогиня.
Не в силах больше сдерживать ярость, Рей накинулась на мужа. Она выбила бокал коньяка у него из рук. Герцог закрыл лицо ладонями, защищаясь от ее ногтей. Рей любила его. И ненавидела. Эта двойственность чувств заставляла ее желать ему смерти, только бы закончились ее мучения.
– Довольно, бешеная стерва! – Рекстер оттолкнул жену.
Она рухнула на журнальный столик. Стоявший на нем глобус упал и раскололся.
– Ты омерзителен! – выплюнула Рей. – Готов драться с женщиной, а собственного сына приструнить не можешь. Как он отреагировал на твое появление? Кинулся к тебе в объятия? Или его слуги вышвырнули тебя на улицу?
– Молчать!
– Мне известно о твоих проигрышах. Мистер Тибал очень обеспокоен и сожалеет, что пришлось продать акции судоходной компании. Кто, по-твоему, купил эти акции? Сказать? Или сам догадаешься?
В ответ герцог с вызовом проворчал:
– Эти акции скоро снова станут нашими.
– Эти акции принадлежат Кинану Милрою, а он ни за что не продаст их нам. В обществе уже вовсю судачат об этом. Твое поведение и проигрыши дают новую пищу для сплетен. Знаешь, что еще украл у нас твой ублюдок?
– Я могу договориться с Милроем.
– Как же! Договориться! Ты не смог договориться с мистером Бидгрейном, а Милрой договорился с его дочерью. – Довольная произведенным эффектом, Рей расправила плечи, почувствовав себя увереннее.
Рекстер нахмурился, по всей видимости вспоминая свою неудачную встречу с сэром Томасом.
– Бидгрейн ни за что не отдаст свою дочь за Милроя.
– Женитьба для таких, как он, не самоцель. Трудно отомстить более изощренно, чем соблазнив девушку, с которой хочет сочетаться браком твой сын.
– На свете полно красивых молодых женщин, – отмахнулся герцог, не осознавая серьезности положения.
Герцогиня почувствовала, как ее что-то кольнуло. Она и не заметила, как яростно сжала кулаки, – ногти впились ей в ладони, оставляя следы.
– Милрой все разрушает. Ты обещал с ним поговорить.
Хитрое выражение лица супруга не успокоило ее.
– Ты придаешь ему слишком большое значение. Более родовитые семьи, чем наша, переживали и не такие скандалы. – Герцог зевнул и потянулся.
Жена смотрела ему вслед, когда он устало потащился к двери – наверное, отправился спать. Слепой старый дурак полагал, что дело с Милроем решено. Рей была не согласна с ним. Этот человек угрожал ее семье.
Мужчины всегда недооценивают женщин. Нужно обладать недюжинной силой духа, чтобы вы́носить и произвести на свет новую жизнь. Мать пойдет на все, чтобы защитить своего детеныша.
* * *
– Мисс Бидгрейн, давно вас не было видно, – произнес лорд Невин, склоняясь над рукой Уинни.
Он не стал садиться и, казалось, не спешил отходить от девушки.
Тетушка Молли, сидевшая за одним из столиков, оторвала взгляд от карт. Уинни кивнула графу.
– Мне нездоровилось, милорд, – ответила она, не желая объяснять, что причиной ее отсутствия стало недоверие, возникшее между ней и отцом.
– Ничего серьезного, полагаю?
– О нет. Отец просто слишком обо мне печется.
Сегодняшним выходом в свет Уинни была обязана тетушке. Ее спокойный убедительный тон в очередной раз заставил упрямицу передумать. Молли сказала, что внезапное исчезновение ее племянницы взбудоражит общество не меньше, чем ее связь с Кинаном Милроем. Сэр Томас уступил, но Уинни чувствовала себя виноватой перед ним.
– Я слышал, что вскоре вы переезжаете за город? – произнес лорд Невин. В его аквамариновых глазах читались тревога и боль, в которые Уинни отказывалась верить.
Она улыбнулась тетушке, давая понять, что с ней все в порядке.
– Сезон почти окончен. Мне следует уехать, чтобы избежать позора, ведь я опять не выбрала себе супруга.
Лорд Невин заиграл желваками, услышав, как насмешливо она относится к своему незамужнему положению.
– Уинни, вы давно уже могли бы выйти замуж, если бы захотели. Но вместо этого вы… – Он замолчал.
– Говорите прямо, милорд.
Секунду Уинни наблюдала за борьбой, которая происходила в душе Невина. Столкнувшись с ее вежливым безразличием, он махнул рукой на приличия.
