окинул их взглядом и коротко бросил:
— Нам нужен По.
— Всем нужен По, — вяло отреагировал один из них.
— Ты верно меня с кем-то спутал, щенок, — тихо произнёс Рэттен. В его голосе прозвучала такая угроза, что на нас тут же направили оружие.
Из-за спин парней вышел мужчина среднего телосложения — без бронекостюма и оружия. Он положил руки на винтовки парней, и те сразу опустили стволы.
— Зачем вам По? — спросил мужчина.
— У нас есть к нему деловое предложение, — ответил Рэттен.
— Какое? — не отступал мужчина.
— Мы ищем одну семью: женщина и трое детей — два мальчика и девочка. Нам нужна информация, а лучше сразу семья, — пояснил Рэттен.
Мужчина задумался, внимательно разглядывая нас.
— Зачем они вам? — снова спросил он. — Вы не из корпорации и не охотники за головами. Если эта семья должна вам денег, то вряд ли вы сможете их забрать, даже если найдёте.
Игнат дёрнулся вперёд, но я остановил его, придержав рукой.
— Спокойно, Игнат. Драка тут делу не поможет. Я читаю его мысли — подожди. Пока всё нормально, дай Рэттену закончить переговоры, — передал я по внутренней связи.
Но мужчина заметил движение Игната и сразу сделал выводы.
— Семья… Это семья того нервного, — он указал на Игната.
— Ты прав, — подтвердил Рэттен.
— Хорошо, но это будет стоить дорого, — теперь мужчина смотрел исключительно на Вейера.
— Пятьдесят тысяч за информацию, — произнёс Рэттен.
Мужчина снова задумался, не сводя взгляда с Вейера. В воздухе повисла тяжёлая пауза — каждый из нас понимал: цена может вырасти, а торг только начинается.
Наконец, мужчина чуть наклонил голову:
— Семьдесят.
Рэттен не дрогнул:
— Шестьдесят. Последний раз торговался с таким, как ты, когда мне было двенадцать. Научился тогда одной вещи: если кто-то тянет время — он уже согласен.
Губы мужчины дрогнули в усмешке. Он медленно кивнул:
— Ладно. Шестьдесят. Если По решит, что он сможет найти семью сам, то цена вырастет в десять раз.
— Хорошо, — коротко ответил Рэттен. — Громовы прибыли сюда с Тарг-II примерно пять лет назад. Зарегистрировались как рабочие корпорации.
— Ждите здесь, — сказал мужчина и развернулся, чтобы уйти.
Как только Вейер произнёс фамилию семьи Игната, я сразу прочитал в его мыслях: он знает, где они. И нам их не отдадут. Я взял его под контроль — мужчина замер в дверях.
— Рэттен, он знает, где они. Тут недалеко, — сразу заговорил я. — Но нам их не отдадут. Я взял его под контроль, но с охраной надо что-то делать.
Не успел я закончить фразу, как Игнат выхватил штурмовой меч. Парни, уже переставшие следить за нами, не ожидали нападения. Их тела рухнули на пол, как скошенная трава.
— Куда? — прохрипел по внутренней связи Громов.
— Через этот зал — на другую сторону. По коридору — пятая дверь слева, — мгновенно ответил я.
Игнат рванулся вперёд, снеся голову мужчине в дверях. Тут же убрал меч и снял с креплений бронекостюма штурмовую винтовку. Мы с Рэттеном последовали за ним, тоже взяв в руки оружие.
Мы ворвались в зал и атаковали ближайшую группу людей в бронекостюмах. Зал наполнился грохотом выстрелов, вспышками плазменных разрядов и криками.
Первые секунды были на нашей стороне — внезапность дала преимущество. Но вскоре противник опомнился: из боковых проходов хлынули новые бойцы, защёлкали затворы, загудели силовые щиты.
Мы заняли позиции за ближайшими столбами, ведя прицельный огонь и выбивая противника одного за другим. Нас спасали наши усиленные бронекостюмы — в отличие от осаждавших нас врагов. Их костюмы были без бронешлемов, а старые штурмовые винтовки наносили минимальный ущерб нашей броне.
Но численный перевес оставался не на нашей стороне. Не прошло и минуты, как мы погрязли в обороне. Наши бронекостюмы выдерживали удары, однако показатели энергощитов неумолимо падали с каждым попаданием, мигая тревожными предупреждениями о перегрузке.
— Мы увязли, — прохрипел Рэттен. — Ладно, попробуем договориться.
Он выглянул из-за столба и, включив громкую связь на бронекостюме, крикнул:
— Эй, По! Может, нам стоит договориться?
Через десять секунд обстрел прекратился.
— Вы кретины! Ввалились в мой дом и убили хороших парней — вместе с моим помощником. О чём нам договариваться? — раздался звонкий женский голос.
— Я думал, По — это мужчина, а не баб… женщина, — поправился Рэттен.
— Ты конченный урод! Что тебе надо тут? — снова крикнула она.
— Нам нужна семья Громовых, и без них мы не уйдём! — громко ответил Рэттен. — Мы предлагали твоему помощнику договориться.
— А потом убили его и охрану? Конченные ублюдки! — закричала женщина. — Живыми вы отсюда не выйдете!
Обстрел возобновился.
— Ну, что будем делать? — спросил я. — Я могу попробовать взять под контроль какого-нибудь её бойца, но они слишком далеко. Надо подойти ближе.
— Подожди, князь, — ответил Рэттен и вновь закричал по громкой связи: — Эй, По! Один миллион кредитов — компенсация за твоих погибших людей. И сверху четыре миллиона за семью Громовых!
Обстрел снова прекратился.
— Ты думаешь, я тебе поверю? Кто ты вообще такой? — с явным интересом в голосе крикнула По.
— Рэттен Вейер, «Крысиный король» из Клана Ледяных Клинков, звёздная система «Ледяные Чертоги», — произнёс Рэттен.
В зале повисла напряжённая тишина.
Наконец, женский голос прозвучал снова:
— Пять миллионов — это серьёзные деньги. Но ты понимаешь, что семья Громовых — не товар? Они работают на меня. Я не могу просто отдать их.
Рэттен усмехнулся под шлемом:
— Можешь. Потому что иначе я не уйду. Так или иначе мы перебьём вас.
По молчала. Я чувствовал её колебания — она взвешивала риски: потерять ещё бойцов и, возможно, погибнуть самой или получить пять миллионов и избавиться от проблемы.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Семь миллионов. Мне придётся вложиться, чтобы привести здесь всё в прежний вид.
— Согласен! — крикнул Рэттен, даже не став торговаться. — И нужны скафандры для выхода на поверхность — на всю семью.
— Стойте там. Сейчас их приведут. Потом переведёшь деньги. У тебя будет десять минут, чтобы покинуть комплекс, — произнесла По. — Скафандры им дадут.
Потянулось время ожидания. Мы замерли за своими укрытиями, не опуская оружия.
Через несколько минут из бокового прохода вышел человек. Он катил тележку со скафандрами — громоздкими, явно устаревшими, но всё же пригодными для выхода на поверхность. За ним шли четверо: женщина с измученным лицом и трое детей — два мальчика и девочка.
При виде них Игнат резко выдохнул. Его бронекостюм дрогнул — он едва сдержался, чтобы не рвануться вперёд.
— Спокойно, — шепнул я по связи. — Ещё не всё закончено.
Они остановились в десяти метрах от нас. Боец кивнул на скафандры:
— Всё здесь. Переводи деньги — и можете уходить.
