со второй добычей, скреббер метался в ярости, круша всё вокруг себя. Он ненавидел людей, которые заполонили собой уже всё вокруг, и даже в самых укромных местах от них нет покоя. Такие слабые существа, но такие настырные и нескончаемые. Они снова уничтожили его кормушку, перебив всю его еду, которую он так долго ждал. Устроили тут своё логово! Ни один человек не заменит ему того, что даёт крупный перерождённый. Мясо мясом, но источник сил и энергии, который развивается только у взрослых особей, никакое мясо не заменит. Скреббер ждал много месяцев, рассчитывая сразу на несколько крупных перерождённых, а в итоге получил ничтожную стайку двуногих. Он был в ярости.
Откинув одной из голов кусок строения, злобное существо увидело ещё одну добычу. Но такую ничтожно маленькую, что аж сморщилось в душе, посмотрев на него, как на таракана, но на достаточно вкусного таракана, чтобы пренебречь. Скреббер уже занёс одну из своих голов над детёнышем, разинув страшную пасть.
Ребёнок задрал вверх личико, рассматривая невиданную бабайку и улыбнувшись, с восторгом сказал:
— О-о-о-го-о-о!
Иногда случается то, чему не найти объяснения в этом мире…
Посмотрев на лопочущего ребёнка, скреббер захлопнул пасть и стремительно покинул разрушенное логово людей.
* * *
Выскочив ураганом на берег реки, Муха увидел, как у вырытой неглубокой заводи возится Феникс, пропихивая в воде палочкой маленький игрушечный кораблик.
* * *
Умник нёсся вскачь не хуже породистой, беговой лошади. Арман, прижавшись к спине, держался за шипы, уже не чувствуя рук. Мутант давно ощущал волны от своего любимого брата и двигался навстречу. Но сегодня рано утром на рассвете всплеск эмоций, прилетевших от Дока, заставил Умника нестись быстрее ветра. Достигнув леса, скорость пришлось изрядно сбросить и продираться сквозь частые деревья напролом, оглушая округу хрустом и грохотом ломающейся растительности. Бесшумное передвижение в лесу сейчас для Умника было не доступным. Все способности утеряны вместе с пузырём, а новый пока не дорос до нужного размера.
«Эх, если бы хоть одного рубера сожрать,» — думал Умник, проламываясь словно динозавр, обдирая себе шкуру в незащищённых местах:' Ох, как же теперь не хватает того, к чему давно уже привык и даже не обращал внимания, воспринимая эти способности, как должное и незначительное,'.
Арман теперь бежал рядом. Сидеть на спине, когда все ветки летят тебе в морду, так и норовя скинуть или выколоть глаза — опасное занятие. Лучше уж пешочком, целее останешься. Арман не знал, что стряслось. Умник вскочил как ошпаренный и, написав — «Док — беда», понёсся сломя голову. Он полностью доверял чувствам мутанта и, схватив оружие и рюкзак, тут же запрыгнул в «седло».
Встретились они неожиданно, буквально вывалившись из леса на маленькую полянку с противоположных сторон.
Распихав по карманам остатки еды, Док прорезал в нижней части рюкзака две дыры и, просунув в них ноги Алёнки как в трусы, завязав шнурок затяжки в районе груди, накинул лямки себе на плечи и отправился в путь. Алёнка сидела в рюкзаке, прислонившись головой к спине Дока, и беззвучно плакала. Слёзы сами собой текли по щекам, и не было возможности их остановить, пока она не уснула. Что в тот момент происходило в душе Дока, поймёт только тот, кто терял близких, причём терял по собственной вине. Он готов был убить себя всеми самыми страшными казнями мира, но понимал, что этим мальчонку не вернуть.
«С Алёны он теперь глаз не спустит. Её он не потеряет,» — думал Док, пока не услышал нарастающий жуткий треск.
Док насторожился, пытаясь понять, что это за шум. Включил свой сканер эмоций и, не поверив в обнаруженное, отправил на разведку призраков.
— Да это Умник с Арманом прут, как лоси сквозь заросли, прямо на тебя. Видимо, у мутанта чуйка компасом ведёт чётко и уверенно, — обрадовал вестью Каштан.
Док припустил вперёд изо всех сил.
* * *
В доме Лешего, в просторном зале собрались все главы стаба Парадиз-Светлый и оставшиеся члены команды. Сидели молча, кто-то просто уставился в стену, кто-то пялился в пространство перед собой. Сидели погружённые в скорбные мысли, переваривая все вести, принесённые с острова и из рейда.
Арман, Док с Алёной и Муха с Фениксом вернулись в стаб с трёхчасовым интервалом. Умник остался за стенами Парадиза, у озера, недалеко от периметра, присоединившись к остальной стае. Дежурные их прекрасно видели, но поступил приказ о «меченых мутантах» и их неприкосновенности. Люди сильно нервничали, пялясь на огромного элитника, двух здоровенных руберов, кусача и топтуна. У всех нарисованы по две белых головы элитника на плечевых пластинах, и никакой агрессии по отношению к ним вояки не проявляли, исполняя приказ — ″НЕ СТРЕЛЯТЬ! ОХРАНЯТЬ!″. Люди были в шоке от такого приказа, слухи моментально поползли по всему стабу. Часто на стену поднимались любопытные, чтобы поглазеть на это скопище мирно прохлаждающееся у воды и вылавливающее лапами рыбу из озера.
Раз в сутки им подвозили фуру замороженного мяса. И самое удивительное, мутанты даже не собирались есть людей, которые привозили им еду.
— Достаточно крупного элитника нашли в западном районе. Шарится меж двух городских кусков. Я уже отправил своих на его отлов, — нарушил затянувшуюся тишину Прапор.
— Идти сейчас через черноту — то же самое, что плыть пешком через пролив, зная, что где-то рядом плавает большая белая акула-людоед, — подал голос Кир. — Тут пятьдесят на пятьдесят. Кого ещё мы готовы потерять? Кем рискнуть?
— Ерунда. Я прикрою. Он четыре раза мимо меня проползал и не заметил, — сказал Муха, играя желваками. — Зато я очень хорошо его рассмотрел.
Глаза у парня так и остались полностью чёрного цвета, без белков. Смотрелось это очень жутко, но друзья, казалось, даже и не замечали этого изменения, что нельзя сказать о сторонних прохожих. На КПП Муху с перепугу чуть не пристрелили, а начиная от городских ворот, все встречные буквально шарахались от альбиноса, и если бы не Феникс, которого Муха нёс на руках, точно бы открыли огонь на поражение, подумав, что в город проник хитрый мутант. Даже здоровые квазы обходили Муху стороной, потом долго глядели ему вслед, хотя и сами были далеко не красавцами.
Сидели долго, до глубокой ночи разрабатывая и обсуждая план боя и возможных вероятностей, прорабатывая на бумаге всё до мелочей. Были и споры, особенно с Манчестером, который ни в какую не желал оставаться в мирном стабе.
— Ну, ты сам подумай, Хомяк, кто ещё сможет в
