этом узнают.
— Что такое?
— Прошлой ночью на Винсента Хейла было совершено нападение. Он в больнице. Это была какая-то группа, называющая себя Родительской Лигой Правосудия. Они уже взяли на себя ответственность.
Я улыбаюсь.
— Вы только посмотрите на это! — бормочу я. — Один балл в пользу линчевателей.
Хейл также уже подал в отставку, так что, по крайней мере, я чего-то добилась на этой неделе. Я больше не собираюсь тратить на него время. С ним покончено.
Майкл протягивает мне стакан с тёплой кровью, и мою кожу покалывает, когда наши пальцы соприкасаются. Я слегка встряхиваюсь.
— Тебе нужно продолжать искать других детей, Фоксворти. Элис Голдман ещё не объявилась, и наверняка найдутся другие, которые предпочли залечь на дно, чем пытаться бежать из страны.
— Ты же знаешь, мы так и сделаем, — рычит он.
После этого обещания я вешаю трубку.
— Спасибо, — тихо говорю я Майклу.
Он машет рукой.
— De nada. Вокруг много крови, благодаря твоему дедушке. Мне пока что даже не приходилось приносить себя в жертву.
Я передёргиваюсь от этой мысли.
— Я не имела в виду кровь, — я встречаюсь с ним взглядом. — Ты разговором вывел меня из очень плохого состояния, Майкл. Всё могло бы сложиться совсем по-другому, если бы не ты.
Он садится рядом со мной.
— Иногда ты забываешь, что ещё очень молода по вампирским меркам, Бо. И ты недостаточно долго пробыла с Семьями, чтобы научиться самоконтролю, как другие.
Я удивлённо приподнимаю брови.
— И чья в этом была вина?
Майкл накрывает мою руку своей.
— У тебя всё получится. Я буду удерживать тебя на верном пути.
Самое странное, что я знаю, что он это сделает. Физически я сейчас сильнее, чем он; я та, на кого другие равняются в качестве лидера, но я знаю, что без него мне не справиться. Я кладу голову ему на плечо и делаю глоток крови.
— Ты замечательный.
Он широко улыбается.
— Я такой.
Мой телефон издаёт звуковой сигнал, когда приходит электронное письмо от Фоксворти. С некоторой неохотой я поднимаюсь на ноги.
— Нам нужно поработать.
***
Я окидываю взглядом свою разношёрстную команду. Я до сих пор пытаюсь запомнить их чёртовы имена, но каждый из них наблюдает за мной с мрачным нетерпением. Как бы ни было ужасно то, что происходит с этими детьми, это также делает то, о чём говорил Фоксворти: это даёт нам что-то, на чём можно сосредоточиться. Вместо того, чтобы погрязать в собственном горе и страданиях, у нас есть миссия.
Я прочищаю горло.
— Каждому из вас был предоставлен список компаний, налоговые отчисления которых, по нашему мнению, соответствуют доходам похитителей тел. Изучите каждую из них и будьте внимательны. Нам нужно знать, кто работает законно, а кто нет. Если вы можете найти физические продукты, предлагаемые ими, это, вероятно, не то, что мы ищем. Любую компанию, которая предлагает не более чем неопределённые услуги, нужно изучить по второму и третьему кругу. Ничего не поделаешь, дамы и господа. Работа детектива скучна, но необходима. Просто имейте в виду, что этим мы спасём жизни.
— Ээ, мисс Блэкмен?
Я оглядываюсь и вижу бывшего вампира Медичи.
— Пожалуйста, не называй меня так. Просто Бо, — я пытаюсь вспомнить его имя. — В чём дело, Уильям?
— Мы ищем какие-то конкретные примеры незаконной деятельности?
Я морщусь.
— К сожалению, нет. Кем бы ни были эти ублюдки, они демонстрируют миру своё законное богатство. Я знаю, что это будет нелегко, но мы ищем что-то пресное и скучное. Во всяком случае, на первый взгляд. Любая компания, которая соответствует этому описанию должна быть передана Rogu3.
Хакер-подросток поднимает руку и машет всем.
— Это будет нелегко, — бормочет О'Ши, стоящий рядом со мной.
Я бросаю взгляд на Марию. Она больше не прячется, но по-прежнему забивается в угол, не отходя далеко от Rogu3.
— Это того стоит, — говорю я. — Давайте сделаем это.
Несмотря на то, что бумажная волокита имеет жизненно важное значение, это кропотливо и медленно. Я почти сразу же исключаю восемь компаний из своего списка, поскольку уже слышала о них. Я совершенно уверена, что производитель газированных напитков с сахаром не ворует людей на досуге. Есть несколько других, которые мне удаётся легко вычеркнуть, но другие — это чертовски сложно, отчасти потому, что их работа совершенно непонятна. Что случилось с нашей нацией держателей магазинов?
— Что, чёрт возьми, такое «балластная компания по продаже акций и активов»?
Билли, одна из вампиров Бэнкрофт, сидит рядом со мной.
— Ты думаешь, что тебе попалась сложная. Попробуй это. Они предлагают отпуска совершенствования через природные медитации в Юго-Восточной Азии. В прошлом году они заработали больше денег, чем царь Крез, — она качает головой. — Также существует множество IT-компаний. Для меня большая часть того, что они делают — полная чушь.
— Передай Rogu3 всё, в чём ты не уверена, — говорю я, хотя стопка бумаги рядом с ним растёт с каждой минутой. Он не выглядит обеспокоенным, но на его лице выражение глубокой сосредоточенности, которого я раньше не видела. Я поднимаю брови, глядя на Марию, и подзываю её к себе.
— В чём проблема? — спрашивает она.
— Тебе нужно следить за Rogu3, — тихо говорю я ей.
Она смотрит на меня с подозрением.
— Почему?
— Он отчаянно пытается найти этих людей.
Она кивает.
— Это для Элис.
— И ради тебя, — Мария отводит взгляд, и я прикусываю губу. — Я беспокоюсь, что он переусердствует. Проследи, чтобы он ел и делал перерывы. Я рассчитываю, что ты присмотришь за ним.
Что-то мелькает в глазах Марии, и она расправляет плечи.
— Я сделаю это, — заявляет она и уходит. В душе Мария заботливая натура, она серьёзно отнесётся к своей задаче и перестанет зацикливаться на всем остальном, что мы делаем. И на всём, что с ней сделали.
Минуты складываются в часы. Долгое время в комнате не слышно ничего, кроме постукивания по клавишам компьютера, шелеста бумаги и долгих, протяжных вздохов. Чем больше проходит времени, тем безнадёжнее кажутся эти поиски, несмотря на мои уверенные слова в разговоре с Фоксворти. Я понимаю, что чем дольше мы будем их искать, тем больше у них будет времени спланировать побег.
Я вычёркиваю своё пятидесятое название компании и отмечаю это тем, что встаю и разминаю шею. Моё тело ноет от долгого пребывания в одной позе. Я слышу скулёж и, обернувшись, вижу, что Кимчи смотрит на меня печальными глазами. Вот блин.
— Я собираюсь вывести свою собаку на прогулку, — заявляю я, ни к кому конкретно не обращаясь. Он вскакивает на ноги и издаёт восторженный вой, а
