Она не видела, что произошло с лошадью и всадницей, так как пронзительный вопль, раздавшийся у нее за спиной, заставил ее остановиться и обернуться.
Это была Делия, бежавшая к ней от дома. Муслиновые оборки развевались на ветру, как лепестки громадного пиона, лента слетела с ее волос и длинные каштановые локоны струились за спиной, на лице застыла маска ужаса. За ней бежали люди, догоняя ее громадными прыжками — двое в грязных тюрбанах и окровавленных лохмотьях, один из них был вооружен серпом. На его темном лице сверкали ослепительные зубы, он легко настигал Делию.
Этого не будет, пронеслось в голове Винтер. Ее рука скользнула в глубокий карман юбки, она вытащила револьвер и прицелилась. Но Винтер не могла стрелять, потому что Делия находилась как раз между ней и преследователем, а пока она колебалась, он поймал свою жертву.
Сильная черная рука опустилась на локоны Делии, схватилась за них и дернула ее на себя. Взмах серпа — и отрезанная голова Делии со все еще раскрытым ртом и наполненными ужаса глазами, закачалась в его руке, а тело свалилось в сторону грудой веселых муслиновых оборок.
Винтер выстрелила, белозубый качнулся и упал, а выпущенная из его разжавшейся руки голова Делии ударилась о мост, покатилась и остановилась почти у ног Винтер. Второй преследователь споткнулся о тело первого, упал, но быстро поднялся на колени. В руке он держал мясницкий нож со свежими следами крови. Винтер узнала в нем мясника с базара военного городка, и когда он поднялся на ноги, она выстрелила вновь, но промахнулась, а револьвер заело. Человек бросился к ней, выкрикивая угрозы и непристойности, и Винтер швырнула ему в лицо бесполезное оружие. Раздался выстрел и он, покачнувшись, упал. Откуда-то появился бегущий к ней Алекс. Прыгнув к убитому, он быстро поднял револьвер и беззвучно сказал ей:
— Беги…
— Нет! — прошептала Винтер, хватаясь за перила. — Мы не можем. Смотри…
В саду резиденции метались кричащие, обезумевшие от ужаса женщины и дети. Они бегали по газону, пытаясь укрыться, словно загнанные зайцы, а чернолицые, вымазанные в крови дикари со смехом и гиканьем преследовали их, паля из мушкетов.
Алекс сунул револьвер за пояс и, схватив ее за руки, легко скрутил их, и силком потащил ее к мосту по тропинке, протянувшейся ярдов на тридцать через открытую местность, а затем скрывавшейся в узкой полоске джунглей, пролегавших между резиденцией и равниной. Он сбивался с тропинки, шел напрямую, таща ее за собой, продираясь сквозь высокую траву, тонкий кустарник и заросли бамбука, и остановился он только потому, что кринолин Винтер безнадежно затруднял движение. Позади ясно слышались выстрелы, бешеные крики и вопли, но, казалось, их не преследовали. На территории резиденции было слишком много жертв и добычи, чтобы кто-нибудь стал еще гнаться за несколькими беглецами, пропавшими в джунглях.
Винтер всхлипывала и вырывалась:
— Пусти меня! Ты не можешь их остановить! Не можешь! Там дети — послушай их, послушай! Ты трус, трус! — Она дико билась в его руках, пытаясь освободиться.
Алекс залепил ей пощечину, удар был сильный, и Винтер упала, но истерика не прекратилась.
— От меня пока еще больше пользы от живого, чем от мертвого, — зверским тоном проговорил Алекс. — Скинь эти обручи, быстро! — Он отпустил ее запястье и стал ждать с револьвером в руке, тяжело дыша и прислушиваясь.
От удара у нее звенело в голове, но резкий голос Алекса не допускал возражений. Она лихорадочно стянула с себя пышную поплиновую и нижнюю в оборках юбку и расстегнула кринолин, вздрагивая и вздыхая, слыша звуки доносящихся криков, от которых стыла кровь в жилах. Она увидела, как напряглось лицо Алекса, но он не подумал возвращаться. И, твердой рукой перезарядив револьвер, вернул его обратно Винтер.
— Пошли!
Двигаться без кринолина было проще, однако приходилось еще приподнимать ее платье, чтобы оно не волочилось по земле, а туфли совсем не подходили для тяжелых переходов и она понимала, что их хватит ненадолго. Вдруг в тени что-то зашуршало, и из зарослей поднялись две бледные, тяжело дышащие женщины, прятавшиеся в высокой траве. Лотти и Лу Коттар. А за ними на земле сидела госпожа Холли.
— Винтер! — с рыданием в голосе вскрикнула Лотти. Она подбежала к Винтер и, обняв ее, расплакалась. — Я думала, я думала… Что случилось? Почему они заставили меня бежать? Почему? Почему?
Она стала кричать, и Винтер, помня о том, что кровожадная чернь находится совсем близко от них, неистовым тоном заговорила:
— Молчи, Лотти! Ты должна вести себя тихо. Молчи, дорогая!
— Почему? — рыдала Лотти. — Почему?
Алекс подошел и, обняв ее, прижал ее голову к своей груди. Его глаза были внимательны и тревожны, но голос не выдавал его чувств. Он заговорил с ней спокойным и убедительным тоном:
— Мы должны отправляться в Мирут, Лотти. Ты ведь хочешь повидаться с Эдвардом, правда? Ты знаешь, что повозка разбилась, и, боюсь, нам придется идти пешком. Бежали мы только затем, чтобы укрыться от солнца. Ты же не хочешь получить солнечный удар по дороге в Мирут, так ведь? Отсюда идет кратчайший путь. А слишком сильно шуметь не надо, потому что… потому что у меня страшно болит голова.
Взглянув поверх маленькой головки Лотти, он увидел горевшие гневом глаза Винтер:
— Как ты мог? — беззвучно проговорили ее губы. — Как ты мог?
Он отвернулся и вновь взглянул на Лотти. Истерическое напряжение отпустило ее, и она, подняв голову, улыбнулась своей нежной изумленной улыбкой:
— Я не знала. Извините. Ну, конечно же я хочу увидеться с Эдвардом. Госпожа Холли не сказала мне, что мы собираемся в Мирут, и я подумала… Тогда пойдемте быстрей!
Алекс на мгновение закрыл глаза, а затем отпустил ее и ровным голосом спросил:
— С вами еще есть кто-нибудь?
Госпожа Коттар покачала головой и шепотом ответила:
— Нас только трое. Я думаю, есть и другие, которые прячутся в ущелье, а некоторые побежали по тропинке. На бледном лице, белее мела, виднелась глубокая ссадина, оставленная шипом, волосы были зачесаны назад. Ее прелестное утреннее платье — она тоже освободилась от нижней юбки и обручей — было разодрано; она заметно дрожала. Но ее глаза и голос оставались спокойными.
— Они должны сами о себе позаботиться, — резко сказал Алекс. — Мы ждать не можем! — И посмотрев на Лотти, добавил: — Ей надо снять эти обручи. А вы лучше сделайте что-нибудь со своими туфлями, или далеко мы не уйдем. Подвяжите их кусками ваших юбок — у нас есть еще в запасе несколько минут. Я не думаю, что они стали нас искать, у них еще слишком много… — не докончив фразу опустился на колени помочь госпоже Коттар, которая уже вырывала оборки из своей нижней юбки быстрыми нетвердыми пальцами. — Я видел, у вас есть пистолет. Вы умеете с ним обращаться?
