несколько ступеней, он бежал вниз – прямиком к стоявшему на арене Эйну.
– … а меня там ждало такое платье. Прямо как у…
Договорить ведьма не успела. Раздался взрыв. Воздух вокруг окрасился алым. Грохот, крики, паника. Каменные обломки летели буквально со всех сторон. Я упала на землю, прикрывая голову руками. К счастью, стражи успели выставить щит, и бо́льшая часть каменных осколков приземлилась за его пределами. Я начала осторожно приподниматься на локтях, когда новая волна взрывов обрушила часть амфитеатра.
Произошедшее настолько ошеломило меня, что даже не сразу удалось подняться на ноги. Ко мне подбежала Вивиан и подала руку. Меня шатало. Подруга что-то кричала мне в лицо, но я ничего не слышала. Только следила, как открывался и закрывался ее рот. В ушах стоял звон. Я озиралась по сторонам, пытаясь понять, что произошло, почему мир вдруг стал разваливаться на части. Откуда ждать следующей атаки?
Постепенно ко мне стал возвращаться слух. Вероятно, это заслуга Вивиан. Я видела ее вспыхнувшие фиолетовым сиянием глаза и шевелившиеся губы.
– Темные туаты! Это нападение! – раздавалось со всех сторон, а ведьма уже тащила меня прочь. Наверх. Туда, куда стремились перепуганные местные жители. Некоторые из них были ранены. Я успела заметить женщину, которая несла на руках ребенка. Она сильно хромала, по ноге у нее струилась кровь. Она с большим трудом поднималась по ступеням. Я бросилась к ней, но меня ослепила белоснежная вспышка. Я больше не видела ни женщину с ребенком, ни кричащую Вивиан, ни полуразрушенный амфитеатр. Передо мной снова мелькали кадры из видимой лишь мне кинопленки: мускулистая рука в черной перчатке сжала плечо Райденна; стена воды, отделявшая принца от мужчин и женщин с перепачканными черной краской лицами; огромный волк, терзавший шею темноволосого мужчины, лица которого я не видела, и, наконец, придавленная каменной колонной Эмбер с остановившимся взглядом и бегущей изо рта струйкой крови.
– Да пойдем же, черт бы тебя побрал! – Вивиан наотмашь ударила меня по лицу и изо всех сил дернула в противоположную от арены сторону. Видение прекратилось, ко мне вернулись зрение и слух. Женщины с ребенком уже не было видно.
– Вивиан, нам нужно к Эмбер и Райденну.
– Нам нужно спасать тебя, Кася! Посмотри, что здесь творится! Ты, может, не понимаешь? Здесь темные туаты!
Я оглянулась. Кровь, искаженные ужасом лица, туаты, бегущие прочь в попытках спастись, раненые, которые корчились от боли, не в силах найти укрытие. Взгляд уцепился за оторванную руку, валявшуюся в трех шагах от меня. Желудок скрутило. Я с трудом подавила рвотный позыв. Мелькали вспышки заклинаний, раздавались новые взрывы, разлетались обломки. Хаос, крики, разрушения. Если бы не щит, мы все уже давно были бы мертвы. А потом я наконец увидела их…
Наверху, у выходов из амфитеатра, будто всадники мрака, возвышались фигуры мужчин и женщин с измазанными черной краской лицами. Они сидели верхом на огромных черных мохнатых тварях, которые больше всего напоминали волков. Глаза животных и всадников полыхали алым пламенем, что сжигало изнутри, распаляло ненависть и заставляло убивать. Никогда прежде я не сталкивалась с такой жаждой крови. Жаждой властвовать, отнимать жизнь и топтать ее ногами. То были убийцы. Убийцы по своей сути и призванию. Убийцы, не ведавшие милосердия и пощады. Обменявшие души на кровавое ремесло. И корни этого ремесла уходили далеко за пределы нашего мира. Я это чувствовала… я это знала. Мой дар буквально вопил об этом.
Ужас сковал душу, дрожью прошелся по телу, желая парализовать, заставить отступить и сбежать. Меня отрезвили воспоминания. Остекленевший взгляд Эмбер, Райденн, который был вынужден сражаться против темных тварей в одиночестве, и тот малыш с четырехлистным клевером на удачу. Он и еще десятки, сотни, тысячи таких малышей погибнут, если я сейчас струшу. Я не могу их подвести. Нельзя бояться. Может, одна я и не так много могу сделать для Эреша, но Эмбер и Райденн… Эти двое определенно способны на многое.
– Вивиан, у меня было видение, – выкрикнула я и изо всех сил дернула ведьму за руку, вынуждая остановиться. До сих пор она продолжала волоком тащить меня сквозь толпу, подальше от захватчиков, пытавшихся взять амфитеатр в клещи. Они смыкали ряды и блокировали выходы, но стражам и простым туатам все еще удавалось удерживать коридоры, через которые мирные жители могли спастись. Часть черных всадников уже неслась вниз по проходам, стремясь попасть на арену и дальше, в заброшенный город, где оставались Эмбер и Райденн. Где должна была оказаться и я.
Ведьма выругалась так громко и витиевато, что это непременно бы меня впечатлило, окажись мы в другой ситуации.
– И давно у тебя видения? Почему ты раньше не сказала? Ты вообще понимаешь, что они претендентов ищут! Надо уходить, пока тебя не узнали!
– Это сейчас хочешь обсудить? Может, еще про Эйна поговорим? – взорвалась я.
– Может, и поговорим. Вон он! Улепетывает! – выплюнула Вивиан. – Я думала о нем лучше. И не только о нем…
Я проследила за взглядом подруги. Эйн успел не только выбраться из амфитеатра, но даже оседлать лошадь, чтобы в компании двух стражей и Лиса направиться в сторону резиденции. На лошади правителя сидело двое детей, еще двоих захватил Лис, но это не отменяло того факта, что Эйн бросил своих людей. А контрабандист бросил нас…
Дорогу правителю перегородили двое темных туатов. Повинуясь движениям рук Эйна, корни ближайших деревьев вырвались из земли и обвились вокруг шей убийц с алыми глазами, оттаскивая их в стороны. Волки бросились к Эйну, но их остановило заклинание Лиса, серебристой вспышкой ударившее одну из тварей. Стражи воспользовались стрелами, закончив начатое. Никакой Лис не контрабандист, а обыкновенный вор. Я ощутила болезненный укол в груди. Я знала это чувство. Так ощущается предательство.
– Кася, идем. – Вивиан снова дернула меня за руку. – С видениями успеем разобраться. Сейчас нужно уходить.
– Вивиан, если мы не поможем, Эмбер погибнет. Я видела ее мертвой, – не двигалась с места я.
Ведьма снова выругалась.
– Ты неоригинальна! – бросила я.
– Пошли. – Ведьма, стоявшая на несколько ступеней выше, поравнялась со мной и принялась что-то искать в сумке. – Сотри с лица символы. Так больше шансов, что в тебе не узнают претендентку.
Я постаралась избавиться от краски на лице, но не уверена, что мне это удалось.
– Есть проблема. Я точно не знаю, куда нам нужно идти. Видела остатки купален, судя по всему, водоем и полуразрушенный храм с массивными колоннами. Там еще была огромная статуя женщины с тигром, но это все… – проговорила я на ходу. Мы спускались к
