Ну, вы сами понимаете.
Пазл в голове Белого сложился идеально: недавний ответ кинологов и собака с отличным нюхом. Он не мог упустить такой шанс.
– В таком случае у меня есть предложение, которое однозначно понравится Альфи. – Услышав свое имя, пес повернулся к следователю и заинтересованно наклонил морду. – Если вы свободны в ближайший час, мы можем совместить приятное с полезным: прогуляться вдоль набережной.
Мужчина с трудом улавливал намек в словах Александра, зато Сергей моментально все понял и с неожиданной прытью поддержал его:
– Великолепная мысль.
Поколебавшись, Игорь посмотрел на пританцовывающего в предвкушении пса и, вздохнув, согласился. Белый с напарником вышел в коридор и, пока ожидали собирающегося мужчину, первый сказал:
– Спасибо, что поддержал меня.
– Я понял твою задумку. Ты молодец.
– Стоит попытать удачу.
Они вышли из дома и направились к набережной. Альфи радостно подпрыгивал, ведя всю компанию за собой. Игорь придерживал того за поводок, не давая разгоряченному псу вырваться вперед. Обогнув парк по дуге, мужчины вышли к мосту.
– Мы что-то ищем?
– Верно. У Альфи отменный нюх. В прошлый раз вы нашли лишь часть останков. Логично предположить, что остальные части тела должны быть также где-то рядом.
Игорь поежился, услышав такой ответ, и больше не задавал вопросов. Они перешли на другой берег и спустились к набережной. Альфи принялся активно нюхать брусчатку, то и дело натягивая поводок и ускоряясь. Сердце Белого замирало каждый раз, когда пес останавливался на месте. Внимательно изучая водную гладь, следователь мысленно умолял удачу повернуться к нему лицом. Ветер трепал воротник, так и норовил сорвать фуражку и гудел в ушах, заглушая звуки проезжей части, вдоль которой они шли.
Компания вышла на Английскую набережную, прошла мимо Благовещенского моста и спустилась к Никольской часовне. Короткий деревянный мостик заканчивался закрытой калиткой. Александр огляделся по сторонам. Прохожих в этой части города было немного: со стороны причала на велосипеде ехал молодой парень, вдоль домов шла пожилая пара.
Альфи потянул хозяина к калитке и громко залаял. Белый оперся руками на перила и посмотрел сначала на Неву у высоких камней справа, а после стал разглядывать канал, погруженный в тень густых деревьев слева. Пес продолжал лаять и рванулся к зеленой щели мостика. Игорь едва удержал его, крикнув:
– Альфи, успокойся! Фу!
Александр прищурился, силясь рассмотреть, что выбросило на бордюр приливом. Темные очертания под ветвями приковали все его внимание. Сергей подошел к нему, подставляя ладонь козырьком.
Наклонившись еще ниже, Белый рассмотрел то, что искал. Удача наконец одарила его широкой девичьей улыбкой. На влажном сером камне, который лизали то и дело поднимающиеся от ветра волны, лежала человеческая кисть.
Глава 25
Куда стрела укажет, откуда импульс придет, туда и направятся. Сменяют друг друга в хороводе незнания и Истины подобно полосам на Колесе Фортуны.
«О Великих Воронах»
I
Свет раннего солнца нимбом подсвечивал очертания серого здания, возвышающегося за металлическими решетчатыми воротами. В воздухе смешались запахи мокрой от росы зелени на лужайке и цветущей липы у каменной дорожки. Открытые плечи покрылись мурашками, когда легкий порыв ветра коснулся ее лица и погладил ниспадающие на ключицы синие локоны. Этим чудесным летним утром Алиса чувствовала удивительное удовлетворение и спокойствие. Ей хотелось отключить самоконтроль, скинуть кроссовки, ступить на прохладную траву голыми стопами, вскинуть руки, смеяться и кружиться до потери равновесия. А потом упасть на спину, устремить нечеткий взгляд в молочно-голубое небо и дышать полной грудью. Дышать так глубоко, так неистово, так живо, что не останется больше сомнений – она жива. И чувство это, поистине головокружительное, наполнит все ее существо, придаст сил и уверенности, которых так не хватает в обычные серые будни.
Улыбка расцвела на лице девушки. Нарисованная в мыслях картина грела душу осознанием, что никто и ничто не способно помешать ей исполнить задуманное. Она обернулась на звук шагов и наклонила голову в знак приветствия. Стася, высоко поднимая ноги, прыгала с камня на камень с детским восторгом, раскинув руки в стороны. Подбираясь к ней, девушка остановилась, прицелилась и, оттолкнувшись, почти подлетела к подруге. Алиса удержала ее, едва не упав, и они засмеялись, держа друг друга в полуобъятиях. Их смех был подобен чистому звону колокольчика и мурлыканью одинокой кошки.
Стася легко чмокнула подругу в щеку и спросила:
– Давно ждешь?
Алиса отпустила ее из объятий, взглянула на лужайку за воротами и, помедлив, ответила:
– Совсем нет. Я лишь немного задумалась.
– О чем-то конкретном?
Подумав, девушка рассказала о внезапно посетившем ее порыве, но, заметив озорной огонек в глазах Стаси, поспешила добавить:
– Не думаю, что сейчас для этого время…
– Вздор! Когда, если не сейчас?
Она подбежала к воротам, похлопала себя по одежде – только сейчас Алиса обратила внимание, что та пришла в коричневой форме Академии, – запустила руку в спрятанный между складками длинной юбки карман и выудила оттуда бело-золотую карточку, которую приложила к сканеру. Раздался протяжный писк, и двери сами распахнулись перед ними. Стася шутливо поклонилась девушке, указала рукой на вход и сказала:
– Добро пожаловать в Академию Воронов, мадам.
Она вошла во внутренний дворик и обернулась. Стася перебросила обувь через ворота и забежала за Алисой. Схватив девушку за ладонь, потянула за собой к лужайке слева от дорожки. Поспешно избавившись от кроссовок и носков, Алиса ступила на покрытую влагой траву, ощутив щекочущую прохладу. Стася закружила ее в легком танце, она шла на носочках, то поднимая, то опуская ноги, прогибалась и двигала плечами. Девушка отдалась мелодии души, что требовала полной свободы. И приглашала присоединиться к ней.
Сначала неловко, но постепенно все более раскованно, Алиса поймала ритм девушки и тоже закружилась в незнакомом, но таком раскрепощающем танце. Солнечные лучи коснулись верхушек зеленых деревьев за воротами Академии, медленно, но верно приближаясь к ним. Стася напевала незамысловатую мелодию, прерываемую лишь редкими взаимными смешками, гладящими движениями касалась рук Алисы и дышала так глубоко, что ее обтянутая коричневым жилетом поверх белой блузки грудь вздымалась дугой. С ней было легко и весело. С этой девушкой, которую она знала чуть больше недели, Алиса ощущала себя живой, как никогда прежде.
Наконец, когда их запал иссяк, они, тяжело дыша, упали на траву и разразились смехом. Стася откинулась так, что ее белые волосы рассыпались по траве сахарной пудрой. Алиса привстала на локтях, подняв взгляд к небу, по которому ветер лениво подгонял длинные перьевые облачка. Словно сами небеса давали знак свыше о том, что
