пальцами вцепилась в измятую рубашку на его пояснице. — … я не смогу…
— Когда ты перестала наблюдать за её квартирой?
— Где-то в половину десятого… а что?
— Я приехал домой в пять минут одиннадцатого, а Лоренцо нам позвонил где-то через сорок минут. Следовательно, она вышла из дома в этот промежуток в полтора часа.
— И что это значит? — она отодвинулась и затаённой надеждой заглянула ему в лицо.
— Скорее всего, экзекуция над твоей подружкой сейчас в самом процессе. Если бы её хотели просто убить, то не стали бы тащить в черту города, а прирезали бы в первой попавшейся подворотне. — Курт обнял её лицо ладонями и провёл большими пальцами под глазами, размазывая слёзы по щекам. — Я не утверждаю, что Лоренцо сможет вернуть Джулию целой и невредимой. Но он сделает всё, чтобы она выжила. А остальные ребята подстрахуют его.
— Спасибо, — шепнула Аннель и, подтянув его ладонь ко рту, прижалась к той губами. — Спасибо за то, что заботишься обо мне и помогаешь моим друзьям. Ты не обязан этого делать, особенно после тех грубых слов…
Он ничего не ответил, просто обхватил её голову руками и поцеловал. И в нежной трогательности прикосновений она прочла всю глубину и сложность его чувств. Губы и язык почти что кричали о своей безнадежно безумной любви, убеждали Аннель — на какую бы глупость она не решилась, они всё простят.
Откуда снизу пиликнул телефон, она ощутила вибрацию под ногой и распахнула глаза.
— Думаю, это от Лоренцо, — Аннель соскочила с его коленей быстрее, чем Курт успел договорить. Он скользнул по её голым, из-за задравшейся юбки, бёдрам голодным взгляд и вытащил телефон. — Они едут в госпиталь. Переоденься, если тоже хочешь туда поехать.
— Сейчас вернусь, — кинула она на ходу, рванув к гостевой комнате на втором этаже, что давно стала её личной спальней.
Выдернув из шкафа первые попавшиеся брюки и свитер, поскидывала прямо на пол домашнюю одежду. Дрожащими от перевозбуждения пальцами причесала волосы и побежала обратно. На всё у неё ушло не больше пары минут, поэтому вернулась она в зал часто и шумно дыша.
— Я готова!
Всё дорогу до госпиталя Аннель провела как на иголках. Хоть умом и понимала, что раз Джулию повезли в больницу, значит она жива. А раз жива, то остальное — мелочи. Как бы ту не избили, она поможет ей со всем справиться. Они пройдут через все сложности реабилитации вместе.
Возле двери операционной глубоко склонившись над коленями сидел Лоренцо. И выглядел он неплохо для человека, поучаствовавшего в серьёзной драке: помимо пары ссадин на лице и сбитых костяшек, его голову опоясывало несколько слоёв бинта, а загвазданная в пыли одежда в паре мест могла похвастаться модными дырками.
Услышав гулко разносящиеся по коридору цокот их обуви, Лоренцо вскочил на ноги и быстрыми, широкими шагами приблизился к Курту. Его глаза горели первобытной злостью и говорили о готовности убивать прямо здесь и сейчас.
— Ты — молодец, — тихо произнёс Курт и, положив руку ему на затылок, притянул к себе.
— Ещё чуть-чуть и я бы не успел, — прохрипел Лоренцо. Прислонился лбом к чужой груди и как-то странно обмяк: спина сгорбилась, а руки безвольными плетями повисли в воздухе между ними. — Они не собирались оставлять её в живых.
— Но ты успел, — Аннель прихватила его кисть и аккуратно сжала в своё ладони, чтобы нечаянно не задеть ссадины. — Спасибо. Огромное спасибо, Лоренцо.
— Ты не понимаешь!.. — вскрикнул он, и в его голосе ярче прорезалась гнусавость, которая до этого успешно скрывалась за хрипотцой. — Промедли я хотя бы на пять минут и уже не успел бы! Они задержались с ней только потому что решили развлечься, перед тем, как!.. На ней нет живого места… боксёрская груша и та выглядит лучше…
Операция длилась уже двенадцать часов. И за это время Аннель едва не сошла с ума от беспокойства. Что там можно так долго делать? Они ей что ли позвоночник заново собирают? Или половину органов решили заменить? Хоть бы одна медсестра выскочила и заверила, что всё удачно складывается и им не о чем беспокоиться.
Напротив неё сидел не менее нервный Лоренцо. Его правая нога уже несколько часов отбивала пяткой в пол конвульсивную чечётку. Прерывалась на пару минут лишь тогда, когда он откидывался на спинку скамейки, чтобы кинуть ненавидящей взгляд на табличку с горящей надписью: «идёт операция».
— Чего так долго? — раздался сбоку спокойный голос Курта.
Она перевела на него взгляд и поняла, что обращался он к долговязому блондину метрах в двадцати от них. Незнакомый мужчина в белоснежных кроссовках почти не издавал никаких звуков по мере приближения, один большой квадратный пакет иногда шелестел, случайно задевая штанину спортивок.
— Купишь мне личный самолёт — будет быстрее, — гаденько ухмыльнулся блондин.
Светло-голубые глаза, похожие на кусочки льда, пробежали по Аннель от головы до пят оценивающим взглядом. И не таким раздражающим, когда прикидывают насколько ты хороша для постельных утех, а куда более мерзким и даже чуть пугающим, точно подсчитывающим стоимость твоей жизни. Холодно и расчётливо.
— За те деньги, что я тебе плачу, у тебя ещё язык поворачивается просить надбавки? — иронично приподняв бровь, уточнил Курт, забирая у неприятного типа пакет. И как бы между делом обронил: — Не советую так смотреть на неё.
— Ох, прощу прощения, госпожа Лагвури, профессиональные привычки, — блондин нацепил дежурную улыбку и протянул ей руки, — Николас Блэк — личный адвокат господина Нейпера. Но вы можете обращаться ко мне просто — Ник.
— Приятно познакомиться, господин Блэк, — намеренно подчеркнув формальность обращения, Аннель ответила ему зеркальной насквозь фальшивой улыбкой. Внутри её и без того знобило от переживаний за подругу, не хватало только стресса от общения со скользким законником.
— Подготовь отдельную палату для госпожи Марблс, — и стоило Курту договорить, как табло, оповещающее о ходе операции погасло. — И поскорее.
Николас ушёл. Но прежде, повернулся к Лоренцо и заговорщицки подмигнул, на что тот ещё долго сверлил удаляющуюся худощавую спину свирепым взглядом. И, кажется, шепнув себе под нос что-то вроде: «не перевариваю этого ублюдка», возобновил бдение за дверью операционной.
В палату к Джулии их пустили на следующие сутки. И то, исключительно благодаря особым каналам связи.
Первое, на что обратила внимание
