class="p1">— Я не буду тебе помогать. И мешать не буду. Действуй сам в частоколе препятствий. И завоёвывать надо не государственную необходимость, сын. А девушку. У тебя ведь есть уникальный шанс! — Её вдруг осенило, что энергию чада можно направить и в мирных целях. — У тебя куча времени! Ты можешь очаровать её, заинтересовать собой, привлечь к себе в полной мере, и тогда большая часть проблем будет решена.
Дий сморщился, будто ему снова предложили какие-то время посидеть на диете из овощей, пока процессы в желудке и кишечнике не наладятся.
— Это же сколько возни, мам, ну в самом деле! Мне есть чем заняться! Я бы лучше посвятил себя более полезному делу. Ну там, управлению и прочему. Мне учиться надо. А пока и невеста дозреет.
Королева закатила глаза к потолку.
— Да ёлки…
— Мам!
— Что — «мам»?! Я тебе вот что скажу, и будь уверен: со временем ты только убедишься в том, что мама права. Если ты сумеешь влюбить девушку в себя, большая часть задач решится сама собой. Любовь решает проблемы, да-да, сюрприз-сюрприз. Не знаешь, почему, это само собой. Зато я отлично знаю. Можешь, конечно, не верить. Да потом убедишься, насколько я была права. Но будет уже… Нет, не поздно. Но придётся ох как попотеть над разруливанием сложностей, которые запросто расщёлкала бы банальная привязанность женщины к тебе.
— Мам!
— Угу. Мама. Уже много лет. Глупо, Дий. Все нити в твоих руках, но ты… Ладно. Набивай собственные шишки, раз тебе так угодно.
— Я же готов слушать советы! — надулся он.
И Агата отлично знала, что это означает: «Готов слушать то, что мне понравится». Сын и не подумает услышать идеи, которые вряд ли придутся ему по вкусу. Он заранее настроен против всего, что может прозвучать на его вкус сомнительно. Вот только настрой заносчивого мальчишки не значил, что родителю (или уж родительнице, неважно) можно воздержаться от воспитания чадушки. Ага, щас! Уж если маленькое чудовище произведено на свет, так давай, старайся, вправляй разгулявшиеся буйные мозги, делай из бешеного, гормонального, дурного подростка приемлемого члена общества, нравится это тебе или не нравится. Там уж получится или нет — будет видно. Но пытаться нужно, и при этом выложиться предстоит по полной, иначе несчитово!
А значит, ей нужно будет и подобрать нужные слова, и взять свою долю ответственности, и воздержаться от приложения физической силы, хотя очень хочется. Прямо ну очень. Женская солидарность просто в горле бурлит, осталось начать плеваться кипятком.
— Ла-адно. Допустим. Вот тебе мой совет: вспомни, что Анна — тоже человек со своими желаниями, устремлениями, интересами, притом она ни фига не ты. Она может хотеть совсем другого. Ей-то зачем за тебя выходить?
— Она станет королевой драков!
— Допустим, она не хочет быть королевой драков.
— В смысле?! Как это?!
— Вот так! — рявкнула Агата, подобравшись, словно мифическая химера. Ей даже показалось, что тело ощетинилось настоящими роговыми наростами. Магическими, конечно, но всё же. — Молча! Я тоже не хотела за твоего отца выходить, потому что в гробу видела его трон! И его корону! И что там ещё! И вообще все обязанности! Но всё же вышла. Как думаешь — почему?!
Ошалевший Дий даже отпрянул от матери.
— Ну-у… Это… Ты его полюбила?
— Да-а! Именно так! Полюбила!
— Н-но… Просто я…
— А ты просто думай! Соображай! У тебя мозги сохранны, мне и медики, и преподаватели это гарантировали! Думай! — С усилием королева выдохнула и добавила уже спокойнее: — Вот и рассуждай. А я пошла. Мне ещё на совете надо присутствовать.
И поплотнее запахнула халат.
Кристальный Иоиль, принц Высокогорья
К венценосной невестке удалось попасть только к вечеру. Сперва было заседание Большого совета, где пришлось работать от и до, слишком уж серьёзные вопросы обсуждались. Потом её величество общалась с командой мастеров, которые трудились над планами новой областной системы водоотведения с очистными станциями — в ближайшем будущем им предстояло всё это строить. Следом было заседание Комитета попечительства младших школ. И всё это важно, всё первоочерёдно, всё в сфере обязанностей королевы Высокогорья.
Ничего удивительного, на правящей государыне всегда лежит огромное число обязанностей. Если она — лишь супруга короля, мать его детей, и не более того, у неё расписание может быть посвободнее. Но тоже не сильно. Так что ничего удивительного. Иоиль заранее запасся терпением и в итоге сумел попасть к Агате, но уже поздно вечером и прямо в её покои. В малую гостиную.
Она буквально вывалилась из гардеробной, поправляя на себе пояс охабня. Следом гналась младшая горничная, тоже, судя по всему, уставшая до полумёртвого состояния.
— Шаль, госпожа! Вы шаль забыли!
— Ой, и так нормально, — отмахнулась королева и рухнула в мягкое кресло. — Скажи Фоите, что ну их, остальные дела, пусть всё ждёт до утра. И пусть шагает спать! Ты тоже иди. Только передай, чтоб мне подали чаю, и всё.
— А как же подготовка ко сну?
— Сама справлюсь! Иди. — Проводила служанку взглядом и вопросительно взглянула на Иоиля. — Спорим, сейчас пригонит ко мне старшую горничную?
— И спорить не буду. Это её обязанность.
— Ой! Я столько лет прожила, самостоятельно купаясь, причёсываясь, одеваясь-раздеваясь — а тут вдруг не сумею?
— Ты же понимаешь, что речь о протоколе, — улыбнулся он. — И об этикете. Так положено.
— Ага. Покладено. И даже не зарыто толком, — проворчала она как-то совершенно непонятно для принца. — Ну, рассказывай. Что-то случилось? У Веи что-то не так?
— С Веей всё так. Я хотел поговорить с тобой о магии.
Агата слегка округлила глаза.
— Неожиданно. С чего вдруг? Что именно ты хотел выяснить?.. — Отвлеклась на открывшуюся дверь — старшая горничная принесла чайный поднос, сноровисто накрыла стол и, мягко улыбнувшись, ушла в гардеробную наводить порядок, но перед тем взяла с королевы слово, что та сразу её позовёт, как только потребуется. — Ну, что за беда?
— Речь не о беде. Я хотел обсудить с тобой бытование энергий, прежде чем уговаривать Ария собрать семью и служителей, чтоб поговорить о том же узким кругом и потом ставить вопрос перед Советом.
— А Вея? Я думала, ты первым делом спросишь её.
— И её спросил. Она не уверена в своих выводах. Говорит, ей знаний не хватает и опыта. А ты всё же получила полное академическое образование.
— Ну да, дело такое… — Королева задумалась. — Нам бы с ней всё обсудить, причём желательно либо под пламенной кроной, либо под серебрящейся. Понимаешь, о чём я?
— Разве Пламенеющее соглашается говорить с Веей?
— Ну здрасте! Ты же знаешь, что да. Упирается, что Вея
