и посмотрел на напарника. Тот выглядел не менее озадаченным.
– Твой ИИ тоже сбрендивший? – предположил кэп, перейдя на приватный канал. – Может, начнём резать шлюз, пока не поздно?
– Он нас проверяет, – догадался Стас. – Вроде как пароль. Переключай обратно.
– Готово.
– Нам не страшен серый волк, серый волк, серый волк… – Стас пропел песенку трёх поросят. Это была одна из немногих сказок, которую он помнил с детства. – Открывай. И смотри, если внутри обнаружится чан с кипятком, я тебе весь фольклор в базе вычищу.
Внешний люк дрогнул и отошёл в сторону, пропуская пиратов в шлюз.
«Где ты ходишь, глупый волк, старый волк, страшный волк…», напевал себе под нос Стас, чтобы не отключиться, когда капитан затаскивал его внутрь.
* * *
Балансируя на грани обморока, Стас заворожено наблюдал как, словно в замедленной съёмке, сокращается щель между створкой шлюза и полной опасностей чернотой космоса. В ушах звенело. Перед глазами в белёсой пелене прыгала чёрная точка. Точка росла и увеличивалась в размерах. Уже можно было различить завораживающе красивые переливчатые крылья и светящиеся фиолетовым хищные челюсти. Упрямая тварь направлялась прямиком в провал закрывающейся двери.
– Гвен, – прошептал Стас, с трудом вытягивая руку в сторону надвигающейся опасности, чувствуя, как сознание неумолимо проваливается в черноту не менее бездонную, чем космос за бортом.
Шум в голове сменился крепким ругательством кэпа и серией плазменных вспышек. Настырная моль, не долетев до цели пару метров, вспыхнула и взорвалась. Люк, наконец, захлопнулся. Изнурённые беглецы оказались в безопасности. Как они думали.
– Надеюсь, мы от них избавились, – выдохнул кэп, стягивая шлем и вытирая ладонями струящийся по лицу пот. – Ты, Хвост, молодец. Задал им. Права была Эли. Эй, Хвост?…
Заметив, что напарник не отвечает, Гвен выругался, и склонившись над обмякшим телом Стаса, снова активировал медицинский арсенал скафандра, после чего снял с него шлем и принялся хлестать по побледневшим щекам:
– Давай, приходи в себя. Нет времени в обмороке валяться.
Стас застонал и неуклюже сел. Жадно глотая воздух, он принялся расстёгивать крепления скафандра, собираясь скинуть тяжёлую экипировку.
– Не торопись, – остановил кэп. – Ты уверен, что наши зеркальные пташки не залетели внутрь? Зубки-то у них, как оказалось, острые. От прямого попадания костюмчик не очень спасает, но лучше всё-таки в нём.
– Полагаю, опасаться нам нечего. Корабль защищает покрытие «хамелеон», – поделился Стас соображениями. Лошадиная доза стимуляторов начинала действовать – он почувствовал себя лучше.
Они осторожно выбрались из грузового отсека, и выглянули в коридор. Тишина и ни одного постороннего движения.
– На обшивку надейся, но скафандр надень, – пробормотал себе под нос кэп, напомнив в этот момент Тони Лапку. Тот тоже любил простые присказки.
То есть любит. Стас отчаянно надеялся, что и Дик, и «Ренегат» с остальной командой благополучно вернулись на базу. А трудности и опасности выпали исключительно на их долю с кэпом.
– Нужно скорее добраться до Колобка и всё узнать, – Стас задумался и добавил: – Если он не перепрограммировался на сторону врага. Я сейчас ничему не удивлюсь.
Прислушиваясь и озираясь, пираты медленно продвигались вперёд, держа на изготовку выставленные на максимальную мощность пистолеты.
Конечно, стрелять на борту – не лучший выход, но другого у них может и не быть. Стас подумал, что даже один взрыв плазменнобрюхой твари в тесном коридоре, скорее всего, будет стоить им жизни, а кораблю – целостности.
В кают-компании, знакомой до последней царапины на полу, никого не было. Кроме Стаса, Гвена и…
На стене работал коммуникационный экран. На прибывших обрушились оглушительные звуки бравурного марша звездопроходцев «Первые в космосе».
– Добро пожаловать на борт, капитан, – поприветствовал их самый болтливый член корабельной команды. – Долго ли, коротко ли…
– Не сейчас, тостер, – Стас скривился и опустился на диванчик, устало вытянув пульсирующую болью ногу. – Твари на борту есть?
– Кроме вас – никого, – обиженно ответил Колобок. – Хочу напомнить: я неоднократно просил не употреблять в моём отношении этот безличностный штамп.
– Хвост, заканчивай трепаться – сваливаем, – вмешался кэп. – Пусть стартует.
Узнав, что опасности на борту нет, он принялся отстёгивать амуницию и стаскивать тяжёлый скафандр. Стас последовал его примеру, но разоблачиться удалось только по пояс: на бедре защитная ткань оплавилась и врезалась в тело.
– Заводи двигатели и отстыковывайся, – приказал Стас, проигнорировав жалобы своенравного ИИ. – О твоём имени и умении выполнять приказы мы ещё поговорим.
– Не могу, – печально отозвался Колобок. – Прошу меня простить, капитан.
– Что это значит?
Видимо, худшие опасения подтвердились и Колобок принял сторону сумасшедшего станционного диспетчера. Нужно поскорее отрубить его от систем корабля. Успеть бы! Стас, сжав зубы, попытался встать. Нога не слушалась. Мостик, единственное место, где можно было перевести корабль на ручное управление, казался сейчас бесконечно далёким.
– Я не могу завести двигатели, – пожаловался не подозревающий о грозящем ему отключении Колобок. – Меня обманом завлекли в сети и выпили досуха.
– По-моему, кое-кто заговаривает нам зубы, – заметил кэп. – Хорошо бы его перезагрузить.
– Не надо, – взмолился Колобок. – Я вам ещё пригожусь!
– Докладывай, – мрачно приказал Стас. – Но будешь вилять – регистров не соберёшь.
– Я просто хотел пополнить топливные баки, – начал рассказ Колобок, благоразумно умалчивая о личных мотивах. – Опасался, что топлива до базы не хватит. Соваться на заправки в населённых мирах я не рискнул. Там меня могли раскусить и поймать, поэтому искал автоматическую станцию, – он немного помолчал, прикидывая, как оправдать то, что была выбрана именно эта станция, и, ничего не придумав, добавил: – Но здесь меня тоже поймали. Пообещали дозаправку, прочистку дюз, беспроцентный кредит и три сервисные услуги в подарок. А оставили с пустым котелком.
– Выражайся точнее, – теряя терпение, потребовал Стас. – Нам сейчас не до болтовни.
– Этот подлый, мерзкий, бессовестный заправщик…
– Тостер! – Стас жёстко оборвал так и норовящего укатиться в сторону ИИ.
– Слил всё моё топливо, – наконец, по делу сообщил Колобок. – До последнего кубического дециметра на дне. Я и опомниться не успел!
– Вот значит, что случилось с теми раскуроченными бедолагами, – понимающее протянул кэп. – У них просто не осталось возможности улететь, а отключённый ретранслятор не позволил подать сигнал бедствия.
– Колобок, что было дальше? – потребовал объяснений Стас.
– Ваш спутник мне незнаком, – поделился сомнениями Колобок. – Можно ли ему доверять?
– Твоя микросхема точно спятила, – расхохотался кэп.
– Этого человека зовут Гвен Ранье, – представил своего спутника Стас. – Он капитан «Бессердечного». Гвен, это семь-шесть-четыре.
– Рад познакомиться, – тут же перешёл на почтительный тон искусственный разум. – Много слышал о ваших подвигах, капитан. Со своей стороны, хотел бы попросить…
– Ты начнёшь рассказывать? – осадил его Стас, которому крайне не понравилось с какой готовностью Колобок принялся лебезить перед Гвеном. Совсем не подобающе развитому
