и девичник!
А я подумала и решила, почему бы и нет?!
Раз Реджи сказал, что обо всём позаботится, пусть и заботится, а я буду отдыхать. В конце концов, потом начнётся работа и будет уже не до веселья.
Я не собиралась бросать лавку после замужества. Быть лишь домохозяйкой это не по мне. Да и я всерьёз полюбила артефакторику и магию. Они стали не просто способом заработка, но и моей отдушиной. Хорошо, что Реджи это понимал.
Поэтому мы гуляли почти всю ночь. Катались с горок, на коньках, играли в салочки снежки, сидели у камина и пили горячий чай с печеньем, болтая обо всём на свете. Кстати, там мы всей гурьбой и заснули. Утром нас разбудили те же феи красоты, что и в прошлый раз. Они быстро вытряхнули меня из помятого домашнего платья, намыли, накрасили и упаковали в пышный белый наряд невообразимой красоты.
И да, этот наряд был даже лучше бального. Как ни грустно это признавать, но у Реджинальда и правда отменный вкус. Бело-серебристое платье из тончайшего кружева сидело на мне как влитое. И казалось сплетённым вовсе не из ниток, а изо льда и снега. В зеркальном отражении я смотрелась настоящей снежной королевой, сошедшей с какого-то рисунка.
Лёгкий красивый букет из голубых гортензий и белых фрезий очень органично подходил к образу и дополнял его.
— Сестра, ты такая красивая, словно действительно дух зимы спустился с небес, — отвесил мне комплимент Лео.
Правда, братишка не выглядел счастливым, наоборот, очень обеспокоенным.
— Спасибо. А чего ты нос повесил, солнышко? — я присела, опускаясь до уровня глаз брата.
— Да ничего, не волнуйся, — попытался ускользнуть Лео.
Но я не отпустила его, так как понимала, проблему нужно решить здесь и сейчас. Дальше будет суматоха, и ребёнок может ещё больше закопаться и надумать невесть что.
— Тебя тревожит мой брак? — догадалась я.
Лео закусил губу и кивнул.
— Но ты же убедился, что Реджинальд Хоук не обманщик. Он держит своё слово, честный и справедливый. И меня не опозорил, а предложил замужество, несмотря на то, что я, по сути, бесприданница.
— И всё же он дракон… — наморщил нос Лео.
— Послушай, раса не делает человека плохим или хорошим, как и принадлежность к какому-либо сословию. В любом стаде может найтись паршивая овца. Но судить всех по ней — большая ошибка.
— Я понимаю, но может быть и наоборот! — горячо произнёс Лео. — И понимаю, что Реджинальд Хоук для тебя прекрасная партия. Что ты, как никто другой, заслуживаешь чести стать герцогиней. Но я боюсь, что он обидит тебя, боюсь, что ты бросишь меня и лавку, и…
— Стоп, малыш! — обхватила лицо брата ладонями. — Во-первых, я не собираюсь бросать ни тебя, ни лавку, ни кого бы то ни было из своих домочадцев. Во-вторых, я очень тебя люблю. Ты мой брат, и это никогда не изменится. В-третьих, дом нуждается в ремонте. Поэтому мы все на этот срок переедем в замок. А лавку в это время починят. А после ремонта уже решим, где будем жить, вместе. В-четвёртых, разве я хоть кому-то позволяла себя обижать?! А если такое произойдёт, мне всегда есть куда вернуться. Ты ведь меня не выгонишь из дома?
Брат помотал головой и кинулся мне на шею. Мы долго обнимались, пока служанки не сообщили, что прибыла карета и нам пора выезжать в храм.
Венчание и праздник пронеслись за один миг в полной суете. Так что у меня даже не получилось насладиться моментом. Прочувствовать всю важность и значимость события. Мы постоянно выполняли какие-то важные обычаи, двигались по регламенту, отдавали дань уважения гостям. У нас даже не нашлось свободной минутки, чтобы побыть наедине. Поэтому когда меня и Реджи, наконец, проводили в спальню, где мы остались вдвоём, я просто рухнула на постель прямо в одежде.
— Не знаю как ты, а я сегодня буду спать! — проворчала я. — И только попробуй мне помешать!
Реджинальд засмеялся.
— И не собирался. Я, знаешь ли, тоже жутко устал. Ведь мне пришлось заниматься организацией всего этого балагана. А всё потому, что свадьбы высшего сословия ужасно скучные… И я всё же рискну тебе предложить горячую ванну, пару бокалов вина и массаж — самое лучшее лекарство от усталости.
Я не видела ничего плохого в этом и согласилась на предложение. Однако не учла одного, что коварный дракон никогда не отпустит свою добычу.
Я думала, Реджи позовёт служанку, но он подхватил меня на руки и отнёс в ванну. Поставил в центре комнаты, включил воду, и сам начал расстёгивать моё платье. Пуговку за пуговкой. Его пальцы едва касались кожи и нежно поглаживали затёкшие места. Ещё никогда в жизни я так не наслаждалась процессом. Заметив, что я не сопротивляюсь, к рукам добивались нежные поцелуи и лёгкие покусывания.
Когда Реджи, наконец, расстегнул все пуговки, развязал все ленточки, и платье невесомым облачком опустилась к моим ногам, внутри меня уже бушевал пожар.
Я заворожённо следила за тем, а что же будет дальше. Перейдёт ли дракон границу или остановится? После его касаний я уже не была уверена, что так сильно хочу спать. Нестерпимый жар скапливался внизу живота, заставляя изнывать от желания.
Реджи отошёл чуть в сторону, оглядел меня и стянул с себя сначала рубашку, а затем брюки и исподнее. И хоть я как современный человек была весьма подкована и искушена видом нагих мужчин, всё равно не могла оторвать взгляда от Реджи. Настоящее тело воина: тренированное и мускулистое. От одного взора на такого текли слюнки, и мокли трусики.
Раньше я всё это подавляла внутри себя, а, теперь будучи замужней девушкой, я ослабила контроль. Невольно поёрзала и переступила с ноги на ногу.
Что не укрылась от внимания дракона. Он подошёл ко мне и будто дразнясь, опустился на колени. Ловко подцепил резинку чулка и стащил её вниз, затем поцеловал внутреннюю сторону моего бедра.
— Что ты творишь? — ахнула я.
— Раздеваю… глупый вопрос. Ты же не хочешь купаться в одежде?
А я уже вообще не понимала, чего я хочу. Тем временем Реджи повторил эту процедуру с другой ногой, и я не смогла сдержать шумного вздоха. И тут на устах дракона появилась улыбка.
— Ты сама сказала, сегодня мы только спим…
Он подхватил меня на руки и вместе со мной зашёл в воду. Ванна у Реджи была большой и напоминала маленький бассейн. С боков били струи, обеспечивая лёгкий массажный эффект. Только я не могла оценить всё это в полной мере, так лежала
