обратно.
«До заката», – повторил голос, и корни вновь уснули.
«Райденн и Вивиан живы… Они все-таки живы! Живы!» – набатом стучало в голове, вытесняя все прочие мысли и чувства. Слезы заструились по щекам. Я не тряслась, не всхлипывала, не рыдала. Это были молчаливые, тихие слезы. Слезы надежды.
Эмбер же словно окаменела. Она смотрела в одну точку и не двигалась. Только желваки ходили на лице. Заметив мой взгляд, она нахмурилась и бросила вниз сухой сучок – ничего не случилось. Корни продолжали спать.
– Пошли, – скомандовала она, и я начала спускаться.
Дождавшись, когда ведьма спрыгнет на землю, я поинтересовалась:
– У тебя есть план?
– Не здесь. Сначала найдем укрытие. Если они сказали, что ты должна прийти сама, это вовсе не означает, что они перестали нас искать. Нам нужно подумать.
Слова Эмбер меня не успокоили. Что-то в ее тоне, в ее взгляде настораживало, но спорить я не решалась. Знала, что ведьма права. Здесь нас могли найти в любой момент. И нам действительно нужен был план. Вот только времени до заката оставалось совсем немного.
Глава 21
Не знаю, сколько мы бежали, а потом и вовсе просто шли, пока наконец не набрели на какую-то богом забытую каменную постройку, которую я про себя окрестила сторожкой. Она затерялась среди деревьев и зарослей, и, если бы не шеду ведьмы, мы бы и не заметили эту покосившуюся развалину.
– Пойдем, – сухо скомандовала Эмбер, и я послушно вошла внутрь. В сторожке было не теплее, чем снаружи. Должно быть, потому что ее ставни давно прогнили и ветер свободно гулял по крохотной комнате. На полу валялась солома, а у разрушенного очага я обнаружила какие-то палки, поленья и коряги. Если здесь раньше кто-то и бывал, то очень давно…
Ведьма задержалась перед входом. Опустилась на землю, начертила руну, коснулась ее ладонью и прошептала три коротких слова. Руна полыхнула золотом, поднявшись в воздух. Эмбер подула на символ, и тот впечатался в стены постройки.
– Защитит от ненужных гостей. А Рэдши присмотрит за нами снаружи, – пояснила она, проходя внутрь и озираясь по сторонам.
Ведьма держалась так спокойно, будто ничего не произошло. Будто не было испытания, сражения, где едва не погибли Райденн и Вивиан, бегства от темных туатов и этого страшного голоса, который требовал явиться к амфитеатру до заката. Эмбер ведь и сама чуть не погибла! Но нет, ей все нипочем! Она продолжала вести себя так, будто сегодня обычный день. Обычный день, на закате которого погибнут все, кого я знаю: малыш, вручивший мне клевер, улыбчивый беззубый старичок в смешной шапке, та раненая женщина с ребенком на руках, красивая кареглазая девушка, расцветавшая от взглядов одного из стражей… Как я ни пыталась укрыться от мыслей о самых близких для меня людях, осознание все равно пришло. Вивиан тоже погибнет. В горле встал ком. И Райденн. Мой Райденн. Меня затрясло.
Я обхватила себя руками, пытаясь скрыть свое состояние. Нужно держаться. Не впадать в истерику и не показывать слабость. Насколько я успела понять, Эмбер примет лишь разумные, рациональные доводы. Я отвернулась, делая вид, будто осматриваю скудный интерьер, а сама незаметно подвигала челюстью и сделала несколько глубоких вдохов в неловкой попытке хоть немного унять растущее напряжение.
– И что мы будем делать? Какой план? – спросила я настолько спокойно, насколько могла.
– Я наложила заклинание, чтобы нас не услышали. Это, конечно, не полог безмолвия, но подслушать не должны, – ушла от ответа претендентка, скрестив руки на груди и явно не собираясь делиться со мной своими мыслями.
– Я спросила не об этом.
– Какого ответа ты от меня ждешь?
– Искреннего. – Я твердо посмотрела на ведьму. – Мы же собираемся за ними вернуться, верно?
– Мы вернемся, и что, по-твоему, будет? Темные туаты, к слову, это не добрые феи, размахивающие крылышками и беззаботно порхающие по жизни. Темные туаты, Кася, это безумцы, ненормальные, отвратительные моральные уроды, которые отреклись от собственных шеду. Они душу продали ради мести. Буквально убили часть самих себя. Их ремесло – это смерть. Они подобны Ковену мести. У них нет чести. Нет достоинства. Нет души. Они те, кого стоит бояться. – Говоря это, ведьма прохаживалась из угла в угол. А когда сообразила, что делает, остановилась у входа, подобно каменному изваянию, и зло посмотрела на меня. Так, будто причина всех ее бед крылась во мне.
– И ты боишься?
– Боюсь. Я много чего боюсь. Ничего не боятся только идиоты. Но я иду навстречу своим страхам. Страх – не повод остановиться, а повод идти вперед. Если цель того стоит.
– Не понимаю. Они сожгут наших друзей. Если это недостаточно весомая цель, то что вообще может иметь значение?
– Спасение Эреша. Мы проиграем в битве, но выиграем войну. Сегодня нам их не одолеть. Если мы придем, они просто добавят два трупа к списку своих жертв. Сейчас наша с тобой задача заключается в том, чтобы выжить. Жертва Вивиан и Райденна не должна стать напрасной.
Эмбер говорила это с таким обреченным лицом, с таким смирением, что мне сначала хотелось стиснуть голову руками и выть от безысходности, а потом схватить ведьму за волосы и хорошенько приложить об стену. Может, тогда в этой упрямой, непробиваемой девушке проснутся хоть какие-то чувства! Холодный расчет и бездушная логика – вот и все, чем сейчас руководствовалась претендентка. Но как же любовь, сострадание, дружба? Эмоции и чувства она просто исключила из уравнения.
Я не знала, что сказать. Не знала, как ее переубедить, а потому принялась молча мерить шагами пространство, периодически бросая на Эмбер взгляды, полные недоумения.
– Нечего на меня так смотреть. Думаешь, мне их не жалко? Вот только темные туаты не те, кто держит слово. Пойдем туда, и нас просто убьют, – повторила она.
– Тебя прийти не просили. – Я выделила первое слово голосом.
– И что? Пойдешь одна?
– Может, и пойду, – зло бросила я.
– И что сделаешь? Ты обычный человек. У тебя нет дара, нет необходимых навыков, нужных умений. Не будь ребенком.
«А кем мне быть? Трусом? Предательницей?» – хотелось выкрикнуть ей в лицо, но я сдержалась, сказав вместо этого:
– Я Избранная. Диона даровала мне предвидение. Именно с помощью моего дара мы сегодня спасли тебя. Я и Вивиан. Та самая, которую ты готова отдать на растерзание темным туатам! – все-таки не выдержала я.
Злость требовала выхода, а рядом была только Эмбер. Больше всего меня бесило то, что в ее словах был смысл. Много смысла. Я не знала, что смогу противопоставить
