к людям на работу и говорить с коллегами.
– Что?! Как он это делает?
– Это расследование. Он обладает большой свободой действий.
– И что мне делать, если он появится здесь?
– Давай не будем торопить события. Обычно это происходит лишь после того, как офицер увидит, как идут дела на интервью Стокса. Я лишь хотел предупредить тебя о том, что произойдет в будущем. Постарайся не паниковать. Пока даже официально ничего нет.
Паника давно прошла. Но что я мог поделать? Ничего. Поэтому я покачал головой.
– Да, хорошо. Попробую.
– Мне жаль, что я звоню не с лучшими новостями, Колби. Но все еще можно исправить. У меня были дела, которые доходили до интервью, а затем выдавалась грин-карта. Это еще не конец.
Нет? Тогда почему у меня такое чувство, будто кто-то только что заколотил гвоздями мой гроб?
Пятнадцать минут спустя я наливал себе второй стакан виски, когда раздался стук в дверь. Я замер, решив, что это офицер Вебер. Потом подумал, что это, вероятно, всего лишь Билли. Она обещала зайти сегодня вечером после своего последнего сеанса.
Впервые с тех пор, как я зашел в тату-салон, чтобы представиться ее арендодателем, я не хотел видеть Билли. Я подвел нас сегодня и боялся сделать ей еще больнее. Но отменять встречу было поздно. Я подошел к двери и постарался нацепить на лицо самую умиротворенную маску.
А Билли, очевидно, была не менее проницательной, чем моя дочь. Билли бросила на меня один взгляд, и улыбка мгновенно сползла с ее лица.
– Черт. Что случилось?
Глава 26. Билли
Как только мы начали готовиться к худшему, все стихло. У нас выдался трехнедельный перерыв, пока мы ждали следующего шага в процессе. Каждый день казался мне временем, выданным нам взаймы, и мы с Колби опять дорожили каждой минутой. Этот неожиданный последний период безмятежности был прерван не менее неожиданно однажды в пятницу вечером.
В преддверии выходных Колби вышел, чтобы купить что-нибудь навынос. Я рано закрыла салон, и мы планировали поужинать и посмотреть с Сейлор какой-нибудь детский фильм.
Раздался стук в дверь, и я предположила, что это Колби вернулся раньше, чем ожидалось, с нашим ужином: суши для нас и китайской едой для Сейлор. Ей нравилась их курочка с апельсинами. Я подумала, что он стучит, потому что забыл ключ или потому что у него заняты руки.
Я открыла дверь с улыбкой, которая быстро исчезла, когда поняла, что передо мной не Колби. Это был незнакомый, странного вида мужчина с закрученными вверх усиками.
– Чем могу помочь?
– Я ищу Колби и Майю Леннон, – сказал он.
У меня сжался желудок.
– Их нет дома. А кто вы?
– Я офицер Ричард Вебер, следователь по иммиграционному делу миссис Леннон. Сегодня мне поручено навестить ее на дому.
Черт. Я понимала, что этот визит законный, но мне нужно было выиграть время любой ценой.
– У вас есть удостоверение? – спросила я.
– Безусловно, – сказал Вебер, достал свой официальный значок и показал его мне.
Сейлор играла на полу. Я оглянулась на нее через плечо, потом снова посмотрела на него.
– Как я уже сказала… их сейчас нет дома.
– А кто вы? – спросил он.
– Я няня. Меня зовут Билли.
– Рад познакомиться. – Он кивнул. – Они скоро вернутся?
– Думаю, да. Мы не обсуждали точное время.
Он шагнул в квартиру.
– Вы не возражаете, если я подожду их здесь?
Тьфу. Я задумалась. Моим первым побуждением было попросить его уйти. Но что потом? Если я его отправлю, наша ситуация покажется еще более подозрительной. Но, какое бы решение я ни приняла, одно я знала точно: к Сейлор я его не подпущу.
– Я как раз собиралась уложить ее вздремнуть. – Вспомнив, что сейчас вечер и время для сна неподходящее, я поспешно добавила: – Она плохо себя чувствует. Ее родители сказали мне, что она не выспалась прошлой ночью и ей нужно прилечь.
– Ее родители уехали, несмотря на то что их дочь больна?
Меня захлестнул адреналин.
– Ну, слишком уж строго не судите, – возразила я. – Они позвонили, чтобы все отменить, но, честно говоря, я сказала им, что не боюсь заразиться. Откровенно говоря… Мне очень нужны деньги. – Я фыркнула. – Так что просто подождите здесь, пожалуйста.
Черт. Кажется, я что-то напутала. Я подошла к Сейлор, которая играла со своими игрушками.
– Пойдем со мной на минутку, милая.
Она послушно положила игрушку и последовала за мной в ее спальню без вопросов.
Я опустилась на колени, посмотрела ей в глаза и прошептала:
– Сейлор, мне нужно, чтобы ты меня внимательно выслушала, хорошо? Мне нужно, чтобы ты оказала мне услугу. Ты согласна?
– Согласна, – округлив глаза, ответила она.
– Все хорошо. Но мне нужно по-взрослому поговорить с этим мужчиной, поэтому сиди в своей комнате и не выходи, пока я тебе не скажу.
– Долго?
– Пока не знаю, сладкая моя. Но мне нужно, чтобы ты поиграла здесь, пока я не разрешу тебе выйти.
На ее лице мелькнул страх.
– Он плохой человек?
Черт. Что я натворила? Я не хочу ее пугать.
– Нет, вовсе нет, милая, – сказала я, сжимая ее плечи. – Вовсе нет. Он хороший человек. Но есть кое-какие взрослые вещи, о которых нам с ним нужно поговорить. Тебе не о чем беспокоиться. Хорошо?
Она несколько раз моргнула.
– Хорошо, Билли.
Я крепко ее обняла.
– Большое тебе спасибо, тыковка. Я вернусь, как только смогу.
Я поняла, что оставлять ее в комнате одну было не идеальным решением. Но для меня важнее всего было, чтобы следователь не начал ее допрашивать. Или чтобы сама Сейлор случайно не выдала ему лишнюю информацию. Что тогда? Тогда все будет кончено.
Нужно предупредить Колби.
Прежде чем выйти из комнаты, я быстро набрала сообщение. Мои руки дрожали.
Билли: Здесь следователь.
На экране двигались точки, пока он отвечал.
Колби: О господи! Что?!
Билли: Я сказала, что я няня.
Колби: Блин! Я думал, он не появится, пока мы не пройдем все собеседования!
Билли: По-видимому, ты ошибся.
Колби: Он ведь не разговаривает с Сейлор, не так ли?
Билли: Я соврала, что она плохо себя чувствует, и попросила ее оказать мне большое одолжение и посидеть в
