Пусть Сварог решит мою судьбу…
Собственный голос парня грохотал в его ушах, а перед глазами уже проносились новые картинки…
— Пересвет, с тобой всё хорошо? Не молчи, скажи, где болит? — искренняя тревога в голосе девушки пробилась сквозь звон.
Тёплые, дрожащие ладони девчонки удерживали его лицо, пальцы осторожно касались висков, где ещё пульсировала боль, а испуганные глаза, казалось, заглядывали в саму душу. От её заботы на сердце Пересвета потеплело, и мутная тошнота начала отступать, сменяясь странным покоем.
— Тебе очень идёт коса, — начал он и почувствовал, как уголки губ сами собой поползли вверх, и увидел, как она нахмурилась, не понимая, и словно невзначай погладила по голове, проверяя, нет ли на нём ещё какого артефакта подчинения. Улыбка, как ни старался сдержаться Пересвет, скользнула по его губам, и он закончил, — ты выглядишь с ней совсем соплюшкой.
Её глаза широко распахнулись, в них плескалось недоверие, смешанное с сумасшедшей надеждой, в которую девушка боялась поверить. Губы её задрожали, и Пересвет не стал её мучить ожиданием.
— Как же ты нашла меня, Наденька? — имя сорвалось с языка само, легко и привычно.
— Нажала на светящийся камешек… — Она замолчала, на миг вернувшись в тот ужас: холод портала, беззвёздное небо, бесконечная мгла космоса… — и попала к богине Карне, а дальше меня уже светлые боги вели, — шепнула она, и Пересвет засмотрелся в её глаза, сияющие счастьем, как две спасённые звезды.
— Ты боялась, что я тебя не вспомню… — почти в её губы шепнул Пересвет, чувствуя, как дыхание Нади смешивается с его.
Желание поцеловать девушку невыносимым электрическим разрядом повисло между ними, но это было неправильно: у него была жена. Жена, чьё имя теперь обжигало, как клеймо лжи. И вот с этим следовало разобраться… Но не здесь. Не сейчас. Этот разговор будет трудным, а сейчас…
Они проговорили до утра. Он держал её руку в своей, и браслет холодным ободком упирался в ладонь — мостик между прошлым, которое вернулось, и будущим, которое нужно было отвоевать.
Глава 31
Глава 31
Чертог Финиста. Одна из обжитых планет. Дом Огненной Фурии…
Ночь пролетела незаметно, когда говорят влюблённые сердца: счастливый взгляд, ласковая улыбка, трепет пальцев, касающихся рук любимого, замирающие от блаженства души. Но утро вступало в свои права и следовало утаить от ведьмы, что к Пересвету вернулась память. Парень прекрасно знал, на что способны фурии, а драться с небольшим флотом пиратов было глупо. Он не успел бы ничего сделать, как Ребека уже послала бы тревожный вызов на корабли, и через несколько минут в доме было не протолкнуться от головорезов. Глупая смерть или рабство не входили в планы ни Пересвета, ни Нади. Однако всё забывать и вновь становиться марионеткой фурии феникс тоже не хотел.
— Может, растоптать шпильку? — предложила Надюша, смотря на артефакт как на ядовитую гадину.
— Нет. Фурия сразу поймёт в чём дело, — задумчиво хмурился парень. — Она должна вытащить её из волос…
— Но тогда ты… — испуганно охнула Надя недоговаривая.
— Да, всё забуду…
— Постой, я, кажется, знаю, что надо сделать, — подскочила девушка. — Сиди здесь и никуда не уходи!
— Ну да, — хохотнул он, — ты за дверь, а я… — Пересвет осёкся, увидев, как болезненно сжались её губы. — Иди, милая, всё будет хорошо. Я жду тебя здесь.
Надежда тихо прокралась к лестнице и спустилась в предоставленную ей комнату. Если кто и мог помочь, то лишь один несносный неживой, но оттого не менее любимый друг, по которому она скучала.
— Ирх, хороший мой, помоги… — быстро зашептала она, доставая клубочек и обрисовывая ситуацию.
По мере того, что говорила девушка, глаз Ирха разгорался сильнее, и наконец он не выдержал:
— Да я вам мастер артефактор, что ли? Или мастерская по ломке-починке? Нет, была у меня одна ненормальная подруга, так теперь ещё и Пересвет умом тронулся! — недовольно бухтел он, но внутри его “тела” уже что-то щёлкало, шипело, а сам он вздрагивал и то нагревался, то моментально остывал.
Когда девушка практически потеряла надежду, из колобка выдвинулся небольшой ящичек.
— Положи шпильку, — требовательно приказал искусственный друг, и как только Надя выполнила, что велели, артефакт пропал в Ирхе.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом полыхнула яркая вспышка на всю комнату, напугав девушку. Она не успела отреагировать, как “мастер по ломке артефактов” устало сказал:
— Забирай, — и отключился.
Так шпилька оказалась в волосах Пересвета, но никакого отрицательного эффекта не последовало, и они успели приготовиться к приходу ведьмы. Ребека не почувствовала подвоха ни тогда, когда “будила” мужа, ни тогда, когда они завтракали. Парень опять ушёл раньше “жены”, а хозяйка дома после него, как только дала распоряжения приживалке.
Ребека думала, что Пересвет, как и вчера, займётся наймом головорезов на свой корабль, но парень, дождавшись, когда супруга покинет дом, вернулся.
— Надя, какой уход предусмотрел Даждьбог? — спросил у неё, с заботой подкладывая на тарелку очередной бутерброд с колбасой, который был с благодарностью принят.
— Я, честно говоря, не совсем поняла, — она чуть пожала плечами, делая глоток кофе, — Тарх Перунович дал разноцветную ленту и сказал, когда трудно станет, вплести её в косу.
— Ага… — отрешённо кивнул Пересвет, о чём-то задумавшись. — А ты помнишь, где была высадка?
— Да, за городом на лесной поляне, — кивнула Надя. — Нам нужно туда попасть?
— Да. Но без денег мы не сможем этого сделать. А по платёжным системам нас очень быстро обнаружат… Нет, мы, конечно, можем идти туда пешком, но сколько это займёт времени… И нас опять же найдут.
— А можно здесь как-то обменять светлый артефакт на кредиты или машину? — спросила Надежда, вспоминая, какие подарки богов у неё остались.
— А у тебя есть артефакт? — изумился Пересвет, прекращая мыть кружку и оборачиваясь к Наде. — Какой?
— Есть, — кивнула она, перечисляя: — серебряное блюдо и золотое яичко, серебряная маслёночка с золотой крышечкой, гусельки, золотом расписанные, со струнами серебряными, да золотое пялечко с иголочкой.
— Ого! — хохотнул парень, с удивлением разглядывая девушку. — Да ты у меня невеста с приданым! А я гол как сокол, не страшно за такого замуж идти?
Вопрос, вроде, был задан со смехом, но в воздухе повисло напряжение,
