с блестками.
Они молчат пару минут, а потом одновременно отвечают.
Лили: Однозначно да.
Мия: А почему мы обсуждаем это, если Хэллоуин прошел?
Джемма: А почему мы, черт возьми, не спим?
Я меняю Лео подгузник и смотрю на время. Пять утра.
Самое время сказать:
— Это будет хороший день. Мы справимся.
Он улыбается мне беззубой улыбкой. Его воспаленные десны такие красные, что у
меня сжимается сердце.
— Ничего, ничего, — я сажаю его на бедро и целую в лоб. — Скоро у тебя вылезет
первый зуб, и ты сможешь укусить Джулию в ответ. Только никому не говори, что я тебе это
сказала, ладно?
Лео издает какой-то булькающий звук изо рта, полного слюней, и грызет палец.
Мы заходим на кухню, залитую первыми лучами утреннего весеннего солнца. Я встаю
напротив окна, впитывая витамин D с закрытыми глазами до тех пор, пока Лео чуть ли не делает
сальто назад, чтобы выбраться из моих рук.
Я сажаю его в детское кресло и достаю из холодильника кусочек охлажденной
морковки. Это должно хоть немного успокоить десны. Он вгрызается в нее с остервенением льва,
преследующего газель.
Телефон пиликает от входящих сообщений. Я поглядываю в экран, пока одной рукой
снова и снова поднимаю кусок моркови, мою и отдаю Лео обратно, другой делаю кофе без кофеина
(богохульство), а ногой закрываю холодильник.
Девочки в чате продолжают обсуждать все на свете, ведя несколько веток разговора
на темы, полностью противоречащие друг другу. Я пытаюсь за ними угнаться, но это все равно
что пытаться догнать Усэйна Болта.
От первого глоткане кофе у меня чуть не закатываются глаза.
Это хорошо, даже если отвратительно. Интересно, когда я смогу выпить нормальный кофе, то
испытаю оргазм? Думаю, да.
С оргазмами вообще ситуация критическая. Я бы сказала, что давно пора послать
сигнал SOS, но ничего, мы — я и моя госпожа Виолетта — справляемся. И да, у моей вагины есть
имя. И да, это лучше, чем другие названия. Задумывались ли вы, что мужчинам даже в этом
больше повезло? Ведь у их члена нет названия «вагина», больше ассоциирующегося с болезнью по
типу ангины, чумы или какой-нибудь ветрянки.
Лео опять роняет морковь, я опять ее мою и опять возвращаю ему. Потом он просит
пить, крича так драматично, будто провел сорок дней в пустыне.
— Почему вы, мужчины, такие нетерпеливые? — бормочу я, закручивая крышку
поильника.
Лео швыряется морковью, а потом пытается вылезти из кресла для кормления.
— Нет, товарищ, — я опускаю его обратно и вручаю поильник, чтобы он занял свои
руки и рот хотя бы на минуту. — Я пью некофе, ты пьешь воду, договор?
Он хлопает глазами и запрокидывает голову, поднося ко рту поильник.
Я со вздохом опускаюсь на стул, закрываю глаза лишь на мгновение и пытаюсь
ощутить райское наслаждение от остывшего некофе, напоминающего по вкусу разведенную в воде
землю.
Растянувшись на столе и положив под голову руку, быстро оплачиваю необходимые
счета за этот месяц. Заказываю подгузники, влажные салфетки, новую пустышку и еще целый
список чего-то, что явно не является книгами, к сожалению.
Я пролистываю сообщения на телефоне.
Лили:@Lols Тебе помог тот крем от растяжек, который я тебе советовала?
Я быстро захожу в галерею, чтобы отправить фото, и именно в этот момент Лео
швыряет в меня свой поильник-непроливайку.
Вода заливает мое лицо и экран.
— Лео! — ахаю я. — Ты мне чуть в глаз не попал. Хочешь, чтобы твоя мать ходила с
фингалом, как милашка Бетти с Девятой улицы?
Милашка Бетти — это одна из старожилов Флэйминга. Она милашка. Но милашка только
тогда, когда пьяна в стельку. Я вообще считаю, что у нас в городе самые вежливые алкаши. Они
всегда открывают для меня двери, хотя явно спешат на экстренное заседание в «Пей или уходи».
Джентльмены, не иначе.
Я вытираю себя, телефон и стол Лео, забрызганный водой. Зачем вообще нужны
непроливайки, если из них все выливается?
За утренней рутиной я не замечаю, как пролетает время. Когда на часах мигает
десять утра, с ужасом понимаю, что пора выходить на пробежку (я что, зря купила специальную
коляску для спортивных мам?), а я еще даже не умылась, зато три раза помыла пол на кухне.
Я сажаю Лео в манеж, ставлю видеоняню и хватаю телефон, чтобы иметь возможность
наблюдать из ванной, но… резко замираю, когда вижу множество уведомлений на телефоне.
Их столько, что мой большой палец в какой-то момент устает листать.
Самое страшное? Они не только в чате «Дурка».
Лоб покрывается испариной, когда я осознаю, что, скорее всего, фото, которое я
хотела отправить Лили, увидела… половина Флэйминга?
Я пролистываю диалоги.
«Дурка», Нил, миссис Трент, папа, Эрик Механик, старушка Роуз, Люк Самый
Красивый Саммерс, Гарри…
Матерь Божья. Я даже не чувствую своего дыхания, не говоря уже о сердцебиении.
И именно в эту секунду приходит ответное сообщение от Гарри.
Я смотрю на слова, как если бы впервые увидела буквы, пока сердце барабаном
отдается в ушах.
Дрожащим пальцем я нажимаю на диалог.
— Бог ты мой, — шепчу. — Бог ты мой! — уже кричу.
Я тупо стою посреди гостиной и смотрю в экран телефона, где моя задница в
полупрозрачных трусиках с вышитой клубникой желает привлечь внимание Гаррисона Эшфорда.
Я: Посмотри на эту попку и, пожалуйста, не завидуй. *Фото*
Гарри: Я завидую, но не смотрел.
Я печатаю дрожащими пальцами.
Я: Правда?
Гарри: Классные трусики, Лолс.
Я отбрасываю телефон на диван, будто он в огне, и закрываю лицо руками. Что мне
делать? Что мне делать со своей задницей во всех этих чатах?
Я беру себя в руки и быстро удаляю подчистую все чаты, где сообщения не
прочитаны. Из самого ужасного остается Люк, у которого стоит запрет на удаление.
Что за человек? Кто так вообще делает?
А еще миссис Трент, которая прочитала и ответила, что мне нужно схуднуть.
Спасибо, старая карга, я знаю.
Сложно не знать об этом, когда после родов мое тело больше не выглядит как с
картинки из Pinterest. Растяжки покрыли бедра, грудь и низ живота, словно я решила стать
тигром.
К тому моменту, как я заканчиваю зачистку, руки ледяные и мокрые от тревожного
пота.
Я возвращаюсь в диалог с Гарри, утопая в стыде, как в ванне с пеной.
Боже, только со мной происходят такие вещи. Ладно, будем винить во всем воду,
потому что я не дура, чтобы винить ребенка. Проблема в воде. Это она попала на экран и
начала хозяйничать на
