не могу просто сидеть сложа руки, и распечатал на принтере множество объявлений с предупреждениями для жителей нашего района.
«Внимание! Не подходите к кустам! Не подбирайте никакие вещи!».
Потом я обошел все подъезды дома и приклеил листы на каждую доску объявлений.
Но оказалось, что не только я видел страшного коротышку. Жители уже и без моего предупреждения знали о происходящем. Детей по вечерам не выпускали за порог, а взрослые организовались, чтобы, наконец, выяснить, откуда явилась угроза.
Несколько ребят ходили по улице и спрашивали всех прохожих, что они видели и слышали. Я решил присоединиться к ним. Мы полдня провели во дворах, беседуя с каждым встречным. И наши старания не прошли даром. Мы с ребятами встретили деда, который указал нам на соседний дом и сказал:
– Эта свинота живет внизу! Я сам видел, как он вечером выскакивает из подвального окна, а потом забирается обратно. Еще давно говорил, а меня никто не слушал. Ребятки, выкурите его оттуда!
Дед выглядел совсем старым и заметно слеповатым. Неизвестно, что на самом деле он видел, но мы должны были проверить. Сами лезть в подвал не собирались, поэтому я вызвал полицию.
Наши стражи порядка тоже давно хотели разобраться с тем, что у нас творится. На вызов приехали двое: бывалый офицер и молодой сержант.
Мы привели их к месту и указали на дверь подвала.
Офицер сомневался, спрашивал нас хамовато:
– А вы сами видели?
– Дед сказал, – ответил один из ребят.
– Дед сказал, а нам по вонючим подвалам ползать, – хмыкнул он. – Ладно, сейчас схожу. Если там ничего не будет, приведете мне этого деда сюда!
С двери сняли замок. Офицер сказал сержанту стоять на стреме, а сам пошел вниз, освещая путь фонариком.
Зная, на что способен коротышка, я боялся за полицейского и кричал ему:
– Пистолет достаньте!
Он остался глух к моим словам. Спустился в подвал и растворился в темноте. Только и слышно было, как он матерится себе под нос.
Мы обступили дверь кругом и молча смотрели во мрак.
Потом стало тихо. Все ожидали хоть какого-нибудь звука, сигнала, подтверждения, что все в порядке.
Но вместо этого из темноты донесся сдавленный крик, полный ужаса и боли. Напарник полицейского выхватил пистолет.
Спустя мгновение из темноты выполз офицер. Он лез по ступенькам на коленях. Его лицо было бледным, покрытое каплями крови.
– Что там, Григорич?! – заорал молодой сержант.
Но офицер был не в состоянии отвечать на вопросы. Он опирался на одну руку, а второй у него не было! Как и обеих ступней…
Ребята помогли ему выбраться. Полицейского изорвали, как тряпку! Все его тело было изуродовано множеством укусов. Он сказал всего два слова перед тем, как потерять сознание:
– Убейте его…
Некоторые парни вырвали ремни из штанов, кинулись перетягивать кровоточащие конечности.
А из подвала послышалось чавканье и быстрый топот. В темноте повисло жуткое зубастое лицо. Присутствующие бросились врассыпную. Только сержант не отступил. Он стрелял в дверной проем, пока у него не закончились патроны. Пистолет дымился в руке. Парень трясся и смотрел вниз.
– Я попал, – сказал он дрожащим голосом.
Мы осмелились приблизиться и посмотреть. Голый коротышка валялся на верхней ступеньке. Между его глаз чернела круглая рана от пули. Фиолетовый язык свесился из пасти.
Мы рассматривали его и не могли понять, кто он такой: вроде и человек, а вроде и нет!
Мутант? Дитя кровосмешения?.. Какой-то монстр, одним словом.
Его тело было покрыто необычайно развитыми мышцами, которые выпирали под кожей, словно каменные глыбы. Фигура напоминала дикого кабана: широкая грудь, толстые ноги, мощные плечи.
Отвратительно!
Может, он давно здесь жил, но сожрал всех подвальных крыс и стал выходить, чтобы охотиться на дичь покрупнее?
Мозги у него работали – это точно. Он знал, чем приманить людей…
На место приехала скорая и полиция. Медики попытались спасти офицера, но не удалось. Он скончался от кровопотери.
Тем временем полицейские проверяли подвал. Там нашли много разных вещей: кошельки, золотые украшения, мобильники. Они лежали в одном месте, как коллекция приманок, которые уродец использовал, чтобы цапать людей. Умник…
С тех пор я ничего не подбираю на улицах. Если вижу вещицу на дороге, сразу прохожу мимо, прибавляя шаг. Однажды это чуть не стоило мне руки.
Спасибо Тине, что спасла меня… Сейчас ее уже нет – умерла, прожив свои шестнадцать лет. Я до сих пор мысленно благодарю ее, глядя на свои уцелевшие пальцы, которыми за эти десять лет написал целую серию детективных романов.
История разложения
Я нашел в почтовом ящике конверт без подписи. Обычный белый конверт. На нем не было ни марки, ни адреса.
Внутри лежала квадратная фотография, сделанная на полароид. На ней девушка, бледная, как привидение, в белоснежном платье с открытыми плечами. Она словно спала, сидя в кресле, откинув голову на спинку.
Ее кожа казалась фарфоровой, просвечивающей, а тонкие черты лица были как будто высечены из мрамора. Глаза подкрашены тушью. Губы, полные и алые, слегка приоткрыты. Лицо обрамлено черными волосами, гладкими, как шелк. Руки с тонкими пальцами расслабленно раскинуты в стороны.
Эта девушка казалась, несомненно, красивой, но даже статичный снимок выдавал ее неестественную неподвижность. В ее позе было что-то странное, что-то… неживое.
На обратной стороне фото кто-то написал от руки: «Храни тайну. Это спасет ей жизнь».
От этих слов меня пронзило ледяным ознобом.
Я долго смотрел на фотографию, не в силах оторвать взгляд. Кто эта девушка? Где она? Что за тайну нужно хранить? И что за человек положил в мой ящик этот конверт?
Если это шутка, то довольно жуткая!
Я бросил фотографию в мусорное ведро, но потом достал и убрал в шкаф. Меня тревожило предчувствие, что все не так просто!
Прошла неделя, и я уже почти забыл о странном конверте с фотографией. Жизнь шла своим чередом, но, проверяя почтовый ящик, в груди трепетало от волнения. Я надеялся, что больше не найду там ничего непонятного.
Однако там снова оказался конверт – точно такой же, без адреса и без марки. Я вскрыл его дома, и меня прошиб ледяной пот. Внутри еще одна фотография. Все та же девушка. Та же поза. Но ее кожа была уже не такой фарфоровой. Она стала синеватой, с проступающими зеленоватыми оттенками. На лице в нежных чертах уже можно было разглядеть признаки разложения. Под глазами появились темные круги, и губы высохли.
Тонкое кружевное платье будто прилипло к телу. А чуть ниже шеи отчетливо виднелась глубокая резаная рана.
