слову, представлял довольно интересное поселение и на первый взгляд неплохо укрепленное. Самый настоящий высокий частокол из толстых деревянных бревен окружал небольшую деревеньку из глиномазаных домишек. В этих домишках, естественно, жили люди, и эти люди совсем не походили на владык пустоши. Глаза их были другими. Нет, не измененными некой марсианской радиацией или, тем паче, временными искажениями, просто их глаза, в отличие от глаз владык пустоши, что излучали страх, боль, агрессию или смиренную покорность, светились спокойствием, добротой, а иногда даже счастьем. Здесь Денис, несмотря на то, что местные взирали на них с отцом с интересом и опаской, за четверть часа увидел гораздо больше искренних улыбок, чем за все время, проведенное в городе-лагере. Да и внешний вид жителей, одетых в простые светлые льняные рубашки, широкие штаны и часто в лапти (это вообще поразило Дениса до глубины души), совсем не походил на агрессивный облик владык пустоши, предпочитающих грубую кожу.
Город Грез всеми чертами мог сойти за средневековое городище, если бы не одно «но», что агатовой иглой вырывалось из центра деревни и, словно сказочная башня черного властелина, вносило фэнтезийные нотки в унылый пейзаж. И пускай Черная башня уже была не столь величественно высока, как прежде, зато фиолетовое облако, что пестрило всполохами молний и окутывало вершину башни, словно макушку Эльбруса, выглядело воистину пугающе и угрожающе. Денис даже вздрогнул, ощутив себя маленьким хоббитом, пришедшим к роковой горе и понявшим, что вражеское око самого Времени сейчас взглянуло на него в упор. Впрочем, хоббитом он не был, да и никакого сказочного артефакта, который необходимо было уничтожить, тоже не существовало. Но Фиолетовое око все же не сводило со Стража времени пристального взгляда и, казалось, даже сосредоточило на нем взор, пытаясь что-то понять или сказать. Хотя, конечно же, никаким разумным оком фиолетовое облако не было, оно являлось лишь материальным скоплением z-частиц, непонятно каким Макаром кучкующихся в точке изменения пространства и самого Времени.
«Впрочем, о природе z-частиц даже всезнайка-ёжик не смогла бы поведать больше, – поймал себя на мысли Денис. – Поэтому, кто знает, не обладает ли Время чем-то подобным сознанию. А если даже и обладает, то чего оно хочет в действительности?»
Страж времени с сомнением взглянул на Фиолетовое око, пытаясь понять желание всемогущего Времени, но осознать так ничего и не успел, поскольку Кики бесцеремонно подтолкнула его вперед ко входу в башню.
Башня, к слову и от удивления открытому рту Дениса, функционировала, в ней даже имелось электричество, горело маломальское освещение и работали лифты. На одном из таких лифтов японская лисичка и подняла «гостей» наверх. Створки лифта разъехались в стороны, и Стражу времени вновь пришлось раскрыть рот и выпучить глаза, поскольку они оказались прямо на вершине. Полуразрушенные стены, потолок отсутствует, зато вместо него огромная фиолетовая звезда над головой – то самое Фиолетовое око, что видно издали. Но одно дело издали, а другое, когда это фиолетовое подобие солнца пульсирует над твоей головой, переливается и шевелится. Денис даже сглотнул, к стыду своему, ощутив страх и трепет перед этой непонятной субстанцией, созданной из самих частиц прошлого, настоящего, а может даже грядущего. Громов-младший так и застыл, глядя наверх на волны переливающейся энергии, скопившейся в воздухе. Словно бог взглянул на него в этот момент, и под взглядом этого бога Денис ощутил себя жалкой даже не точкой, а запятой на страницах бесконечного фолианта истории вселенной.
– Согласен, зрелище и в самом деле завораживающее, Денис. Когда впервые увидел его, я битый час не мог отвести взгляд.
Страж времени вздрогнул. Голос казался смутно знакомым. Денис отвел взор от мерцающего потолка и взглянул вдаль. В помещении, в котором они оказались, некогда располагалась лаборатория профессора Лыкова, теперь же огромный зал пустовал, лишь в центре стоял тот самый аппарат АПУВП. И, похоже, функционировал, с какой-то надеждой в сердце отметил Денис. Несколько советских мониторов на аппарате пестрили белым шумом, один, правда, горел черным, но зеленая строка ввода то и дело мерцала на экране. Но сейчас ни воспользоваться аппаратом, ни даже ознакомиться с ним у Громова-младшего все равно бы не получилось. Кики грубо толкнула в спину, что, мол, замер, топай. И Денис потопал в свете фиолетовой звезды над головой, различив шесть деревянных кресел вдали за аппаратом. Глаза скользнули по сидящим: какие-то старцы и… сердце екнуло.
– Настя! – вырвался радостный стон. – Ты жива?!
Царевна улыбнулась, ее васильковые глаза заблестели, казалось, они наполнились влагой, и вот-вот, девушка даст волю чувствам, сорвется с места и кинется в объятья друга. Но с истинно королевской выдержкой Анастасия даже не поднялась с кресла, а лишь опустила взор и слегка подрагивающим голосом произнесла:
– Я тоже очень рада тебя видеть, Денис. И разумеется вас, Константин.
Громов-старший сухо кивнул, а сын лишь сглотнул обиду и постарался найти какое-то оправдание подобному Настиному поведению. «Возможно, она просто не хочет показывать собственных чувств перед этими людьми? Возможно, она блюдет свое положение в обществе этого странного поселения? А возможно, – последняя мысль, словно игла врача, что берет кровь из пальца, хоть и ожидаемо, но больно уколола, – она просто не может простить мне то, что Юля с самого начала вела ее на убой? Но я ведь не знал! И не хотел этого!»
– Даже я в какой-то степени рад видеть вас в добром здравии, Громовы, – вдруг заговорил сидящий по центру мужчина.
Денис перевел взгляд на заговорившего, к слову, отец уже давно с неподдельным интересом разглядывал этого человека. Старше средних лет, старше даже отца, длинные полностью седые волосы, усы и борода тоже пепельного оттенка, одет в белую мантию, а в руках посох. «Ну, прямо Саруман Белый из небезызвестной трилогии, помянутой уже не один раз», – скривился Громов-младший. Холодный орлиный взгляд владыки башни Фиолетового ока скрестился со взглядом Дениса, и Стража времени будто локтем об угол садануло, словно молния прошла сквозь все тело, стоило только заглянуть в глубину этих серых глаз.
– Кир?
– Да, Денис, – кивнул Бахчисараев и открыто улыбнулся, – это и в самом деле я. Вижу, ты недавно в этом мире, я же провел здесь долгие тридцать лет. Видишь, какую шутку сыграло со мной Время?! А впрочем, – его холодные глаза блеснули, – может быть, это была и не шутка, а судьба, Денис!
– Никакая это не судьба, – фыркнул Громов-младший. – А всего лишь череда ошибок. И начались эти ошибки с ме… – он не договорил, виновато взглянул на Настю, и та опустила взор.
«Язык мой, враг мой», – в сердцах упрекнул себя парень.
