— В очищающем костре или в ритуале экзорцизма? — горько усмехнулась Тэйра. Она пребывала в упадническом настроении и не собиралась бежать. Что толку? Бесовка опять трусливо затаилась, а ей самой нечего было противопоставить инквизитору, да и не хотелось. На Феликсе в свете амулета блестела кольчуга, из-за плеча выглядывала крестовина меча, а вокруг валялись клочья соломы, которые наверняка затрудняли шаг. Хватит, набегалась. Знала же, что рано или поздно попадется… только морально все равно так и не настроилась, не смирилась.
— Зачем ты так? Постарайся не нервничать, иначе включится защитный механизм.
— Это ты бесовку так называешь?
— Тень.
— Тьму, ты хотел сказать.
— Я сказал то, что хотел. Голова болит? Ты нормально соображаешь?
— Болит, — буркнула Тэйра. — Но думать это не мешает… почти. Я все-таки не сумасшедшая, а одержимая!
— Мнительностью ты одержимая, глупышка, — протянув руку, погладил ее Феликс горячей ладонью по плечу. — Не нервничай и не терзай себя. Ты — провидица.
От лицемерного участия образнице захотелось расплакаться. Она с раздражением оттолкнула руку инквизитора и только тогда сообразила, что даже не связана. Хотя… что это меняет? Феликс теперь знает о ее истинной сути и не успокоится, пока не уничтожит. Она утратила право даже на предыдущее зыбкое место в мире, когда можно было сохранять видимость нормальной жизни.
— Не держи меня за дуру! — процедила девушка. — У провидиц не бывает острых когтей.
— Извини, — выставил перед собой руки в примирительном жесте Феликс. — Я, наверное, не совсем грамотно выразился. Таких людей, как ты, мы называем «глазами тьмы». Я просто испугался, что это определение тоже заставит тебя нервничать, оно звучит…
— Да без разницы, как оно звучит! Суть от этого не меняется, — тяжело вздохнула образница.
— Не скажи. Разница очень большая. Например, есть день, есть ночь и есть то, что между ними, — вечерний или утренний сумрак. Так вот, одержимые — это однозначно ночь. А «глаза тьмы» — это тот самый сумрак, отделяющий черное от белого.
— Я убивала, — глухо призналась Тэйра и почувствовала, как по щеке скатилась слезинка.
— Ты была в сознании, когда это делала? — напряженно спросил инквизитор. — Ты сама этого хотела?
— Нет! — возмущенно воскликнула девушка и от боли схватилась за голову. На лбу под пальцами обнаружилась громадная шишка. И это несмотря на ускоренную регенерацию!
— Расскажи мне, как это происходило, — мягко попросил Феликс, подсаживаясь поближе. Подняв шаль, он накинул ее на спину Тэйры, перебросив концы вперед.
И образница заговорила, торопясь, глотая слова, но при этом чувствуя, как на душе после страшных признаний становится легче. По щекам уже ручьем текли слезы, но девушка их не замечала и даже не пыталась ни смахнуть, ни вытереть. Она вспоминала… И могла бы, наверное, проговорить так несколько часов, если бы инквизитор не сказал:
— Хватит. Теперь послушай меня. Все это время ты просто не понимала, что происходит. «Глаза тьмы» не убивают сами, хотя и у них в душе есть тень, они просто видят события очами убийцы и стремятся как можно быстрее добраться до места совершения злодеяния. Такие люди тесно сотрудничают с инквизицией и помогают нам выявлять и задерживать одержимых, среди них не редок дар мгновенного переноса образов, как у тебя. Изображения нагляднее любых слов при поиске врагов. У нас есть легенда, согласно которой однажды основатель воинства церкви в неизвестном и давно забытом городе в отчаянии стал молить Бога о помощи, так как бесоватых расплодилось сверх меры и не было средства их выявить и обезопасить тех, кто не поддался пока искушению. И как ответ приснился ему в эту же ночь сон, где прозвучала просьба в полдень указать на двоих — мужчину и женщину, — кто станет средством и орудием очищения. В полдень основоположник инквизиции указал на своих сына и сестру, и средь бела дня упала на них тень.
«Затмение это, наверное, было», — подала голос трусливая негодница в голове, и Тэйра поняла, что та бессовестно и с любопытством подслушивает.
— С того времени способность видеть глазами тьмы передается по наследству, но потомки тех двоих расплодились и расселились по всей земле, — продолжил Феликс. — У одних дар передается только по мужской линии, у других — только по женской. Проявляет себя тень где-то в десяти- или одиннадцатилетнем возрасте, реже — чуть раньше, особенно при сильных потрясениях. Обязательное условие инициации сознательного управления даром — это присутствие рядом инквизитора, ведь только вместе «глаза тьмы» и воины церкви являются целостным инструментом для уничтожения тьмы. А после инициации дара подросткам под руководством родителей и опытных наставников из паладинов приходится учиться пользоваться своей способностью видеть. Не убийства, конечно. Если правильно выбрать дневное сотрудничество, то чаще всего в видениях присутствуют обыкновенные бытовые сценки, лица, дома и улицы, по которым можно выявить и вовремя схватить бесоватого еще до наступления ночи и обращения. Я не понимаю, почему рядом с тобой не оказалось никого, кто смог бы все объяснить и научить. Твоя тень, насколько я понял, вообще страшная нахалка, возомнившая о себе невесть что и воспользовавшаяся ситуацией. Но это и понятно, она не ангел.
— Значит, ей не положено по ночам управлять мною? — с затаенной надеждой спросила образница и, сама не заметив и не сообразив, схватила паладина за руку. Видимо, подсознательно девушка боялась, что столь ценный источник информации внезапно исчезнет.
— Нет, конечно! Она и не смогла бы, если бы ты сама перед каждой полуночью не настраивалась на передачу контроля. Тень выполняет только роль посредницы между тобой и тьмой и еще роль советчицы. Хотя во время видений она действительно главная. Но ведь озарения случаются не каждую ночь?
— К счастью, нет. До совершеннолетия их вообще не было, а после убийства случались по несколько раз в год. Правда, в последнее время сильно участились.
— Слава богу, что при ночных видениях способность тени выполнять непосредственные обязательства, похоже, налаживается только к совершеннолетию! Хорошо, что есть хоть такая минимальная защита рассудка для несведущих, подобных тебе, — с искренней благодарностью произнес паладин, ненадолго возведя глаза к потолку. — А что озарений стало больше, так это вполне закономерно. Раньше у нас и одержимая на город, вероятно, была всего одна, а теперь их гораздо больше, обнаружить кого-то и обезвредить можно лишь при изрядной доле везения. В департаменте ты наверняка уже слышала, что одержимых мужского пола в Эдиабаде нет? Причина проста. Видящий-мужчина активно сотрудничает с инквизицией и помогает вовремя всех выявить. По его описаниям мы просто вычисляем участок в городе, где сейчас находится подозреваемый, и хватаем одного, реже, при сомнениях — нескольких человек, и отправляем для проверки в камеры под собором. Все-таки по видениям не всегда можно определить, что одержим именно этот мужчина, а не стоящий чуть в сторонке. Анк ги Ниэс и двоих наследников сейчас готовит к подобной работе. А вот «глаз тьмы», выявляющих бесоватых женского пола, у нас не осталось, — огорченно сказал Феликс. — Мы уже несколько лет ведем переговоры с некоторыми городами о том, чтобы нам хотя бы на время отправили на проживание подрастающее поколение видящей, обещаем организовать хорошую защиту и беречь как зеницу ока. В столице мы тоже внесены в особый список и ждем, когда до нас дойдет очередь на официальное распределение. Но желающих переехать слишком мало, а Эдиабад пока даже не в первой пятерке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
