«Оларию Тойе».
Оторванные Пальцы разливали вокруг себя тусклое багровое свечение, они словно сжимались и разжимались, то ли в торжествующем, то ли в сочувствующем жесте.
* * *
«Последнее, что можно сделать в безвыходной ситуации – начать паниковать. Потому что это станет для вас последним». Так любил повторять Сол Рандом, известный в галактике под именем Гвена Ранье, а среди команды «Бессердечного» под уважительным титулом «кэп». «Если сложили руки и сдались, то вы не достойны ни благосклонности удачи, ни доброго слова, ни самой жизни».
Эйлин Фаунд, выбравшая себе архаичный позывной Деметра, не помнила своего настоящего имени. Согласно документам, хранившимся в архиве кадетской школы космогации имени Армстронга на Сириусе, где она обучалась с семи до семнадцати лет, значилось, что её обнаружили в полуразрушенном челноке со стёртыми сигнатурами посреди астероидного кольца Тихии, малонаселённой планеты у Порримы, известной преступной клоаки и перевалочной базы контрабандистов. Розыск родных, как это обычно бывает на периферийных мирах, результатов не принёс. Опекунство над девочкой взял меценат Гвен Ранье, который и обнаружил малышку. Что, уже в те годы широко известный продюсер, позабыл в столь сомнительном месте и каким образом натолкнулся на разбитый челнок, так и осталось тайной. Невероятная удача для одинокой потеряшки. Она не только избежала смерти от гипоксии в миллионах километров от поселений, но и получила билет в будущее – престижное учебное заведение, стипендию от попечителя и подарки к праздникам.
Несмотря на блестящие успехи в учёбе, из школы её вышибли на последнем курсе. Потому что она была не только умна, но и, увы, хороша собой. И при том не желала строить карьеру на «ценных связях» в адмиралтействе. На офицерском будущем и космосе оказался поставлен жирный крест, ведь в личное дело Эйлин внесли такие записи, что от прочтения вытекали глаза и сворачивались в трубочку уши. Гражданские же перевозки до орбиты и обратно, не говоря об обычных «планетарных» профессиях не вписывались в амбиции девушки.
И тогда… Милый «дядюшка» Гвен открыл ей свою тайну, и сделал невероятное предложение. Безумное, совершенно невозможное. От которого… от которого она не смогла отказаться. Ведь дальний космос манил её, и сулил ответы на все вопросы, в том числе о том, кто она и откуда. Общество надменно отвергло меня, посчитала Эйлин, тем хуже для общества.
Тысячи звёзд пронеслись за бортом с тех пор. Высохли литры слёз, зажила сотня царапин. И не раз девушка убеждалась в правоте своего покровителя, если ты растерян – значит повержен. В самых отчаянных ситуациях кэп был спокоен, уверен в себе и неизменно оборачивал дела в свою пользу.
«Отчаливайте без нас» – звучал в ушах Деметры последний приказ капитана. С каменным лицом, которое сейчас ей давалось с огромным трудом, она сидела в кресле второго пилота и смотрела на обзорный экран. Оборудование больше не фиксировало возмущений пространства.
Как всегда, разумный и трезвый приказ. Именно такого от неё ждут. Но она никак не могла отдать команду стартовать устроившемуся в соседнем кресле Спару Солянке. Киборг, наконец-то, смог отстегнуть опостылевшие наручники и сейчас остервенело тряс освобожденной рукой. Остальные члены абордажной партии, вместе с незапланированной пленницей, ожидали, выстроившись у входа на мостик.
На месте «Оларии Тойе» сейчас болталось с полдюжины выплюнутых подпространством, или ещё какой-то неведомой субстанцией, капсул. На кодированные запросы они не отзывались. Значит, ни капитана, ни Хвоста там не было. Или… Или, жестко констатировала Деметра, они погибли. В любом случае, дальше ждать бессмысленно. Надо уходить. Возвращаться на базу в отведённые десять дней и действовать согласно инструкциям, оставленным кэпом на такой случай. Но она медлила, в надежде, что космос снизойдёт и изрыгнёт из себя ещё одну, самую нужную капсулу.
– Нужно отправить сигнал бедствия, – приблизившись и встав за спинкой кресла, бесцветным голосом произнёс Дик. – В капсулах люди…
– Уйдём из системы, отправим, – тем же тоном отозвалась Деметра.
– Рекомендация, – глухо продребезжал Маклер. – Осуществить намерение движения немедленно. Опасение за последствия.
– Чтобы ты понимал, рептилоид, – процедил Дик. – Мы своих не бросаем.
– Протест, – покачал головой Маклер. – Хотя морфология наших видов отличается, в целом мы принадлежим схожей эволюционной ветви теплокровных. Можете учитывать это при выборе аналогий, – чужой коснулся какого-то отростка на запястье и по рубке прокатилось фиолетовое свечение. Пираты поспешно отодвинулись подальше. Если бы не Деметра, так и вовсе предпочли бы исчезнуть.
– Он прав, Эли, – смерив чужого взглядом, мрачно выдал Солянка. – Пора прогревать дюзы. Кэп сейчас может быть где угодно. Или – нигде.
– Если он жив, – вставил Жирафа, – то выберется. Кэп всегда выбирается.
– Если… – эхом отозвалась Деметра, откинулась на спинку кресла и скомандовала: – Спар, начать движение с максимальным ускорением, топлива у нас хватает. Первая вахта на тебе. Не позднее, чем через тридцать шесть часов мы должны оказаться на базе. Жирафа, выдай остальным нейролептик, переходов будет много. И завари мне чаю. Лапка, возьми с собой Викки и Понку с Донкой. Отправляйся в трюм, лично проверь как закреплён каждый контейнер и пришли мне полную опись добычи.
– Предостережение, – вдруг с чего-то разволновался чужой. – Аномальная функция артефакта. Вводные безопасности. Резонирующее, – он указал на Дика. – Следовать за мной.
– А может, хватит с меня инопланетных штучек! – Дик скрестил руки на груди. – Уже нарезонировали – дальше некуда.
– Обращение о содействии, – Маклер, не мигая, уставился восковым взглядом на Деметру. – Взаимная выгода.
– Открывашка, исполнять, – распорядилась Деметра и после паузы добавила: – Все за работу. Особые мнения оставить до возвращения.
Дик кивнул и последовал за чужим, жалея, что не может наступить тому на пятку, у высокоразвитого создания их просто не было.
– А что делаю я? – поинтересовалась певичка, про которую в суматохе просто забыли.
– Молчишь! – в один голос отозвались Солянка и Деметра.
Красотка возмущённо поджала губы, всем видом демонстрируя обиду.
* * *
– Мне жаль, что так вышло с твоей ящерицей, – обронил Дик, остановившись возле Тони Лапки, жестами указывающего Викки Зору, куда и как размещать добычу. – Бублик казался нормальным парнем.
Но Тони словно заразился от напарника немногословностью и мизантропией. После того как контейнер встал на нужное место, он молча внёс данные в коммуникатор, активировал магнитный замок и, в точности как приказала Деметра, проверил надёжность креплений вручную.
– Отвали, – хмуро процедил Лапка и, с плохо скрываемой злобой, добавил: – Я хорошо знаю, кого следует благодарить. И не забуду взыскать должок.
– Я с тобой, – наклонившись к самому уху Тони, прошептал Дик. – Мне тоже задолжали.
– Не сейчас, – огрызнулся Тони, нехорошо посмотрев сначала на Дика, а потом в сторону наблюдающего за ними
