единственной девушкой-маратом, связавшей свою жизнь с алеранцем, а такая связь, как знала Исана, каким-то образом позволяла двум существам делиться своими способностям. Ходок – гаргант, связанный с Дорогой, отцом Китаи, – был слишком умен для простого животного, и складывалось впечатление, что он прекрасно понимает Дорогу. Сам Дорога был более высоким и мускулистым, чем мараты других кланов, и Исана знала, что он необыкновенно силен.
Если его дочь связала себя с Тави аналогичным образом, то владение фуриями может стать одним из следствий этой связи.
Неужели Тави наконец овладел наследием своего отца?
Сердце Исаны задрожало от страха и радости. Она старалась спасти его жизнь, затормозив развитие магического дара, и считала, что нанесла сыну невосполнимый вред.
Неужели он исцелился? Неужели ее сын получил второй шанс, несмотря на все ее ошибки? Быть может, он овладел силой, способной защитить его от врагов, которые захотят его уничтожить, как только узнают, кто он на самом деле?
Многие годы Исана тревожилась о судьбе Тави, боялась, что тайна его рождения раскроется, и неспособность защитить сына от таких людей, как госпожа Аквитейн, наполняла ее жизнь горечью.
А теперь что-то странное и почти забытое расцвело в ее сердце, нечто мерцающее и маленькое, но яркое на фоне тьмы ее многолетнего страха.
Надежда.
– Китаи, – прошептала Исана, – мой сын овладел своими фуриями?
Китаи повернулась и бросила пристальный взгляд на Исану.
Прежде чем Китаи успела ответить, лед затрещал, и дверь на крыше башни распахнулась.
Первым появился Арарис, быстро огляделся по сторонам, но даже в темноте Исана сумела разглядеть сияние его зубов, когда он улыбнулся, увидев лед на крыше. Его взгляд проследовал вдоль ледяной дуги к акведуку, и он быстро махнул им рукой, потом повернулся к лестнице у себя за спиной и кого-то поманил.
На крышу вышел Тави, а за ним жуткая фигура из кошмара. Каним, посол Варг, сообразила Исана, возвышавшийся над Тави на целый ярд. Могучая фигура, покрытая черным мехом. Каним сделал несколько шагов вперед, закинул голову назад и широко развел мощные руки с когтями. Затем он встряхнулся, глядя на окружающий его мир, как пес, избавляющийся от воды, расслабился, опустил плечи и последовал за Тави, который поспешил по льду к краю крыши.
Китаи молча швырнула первую веревку Арарису. Тот легко ее поймал и, пока Китаи натягивала ее, убрал меч в ножны и сунул ногу в петлю, как это сделала Исана. Арарис соскочил с крыши и раскачивался взад-вперед, пока Китаи подтягивала его вверх, к акведуку.
Исана бросила быстрый взгляд на девушку. Китаи с легкостью выдерживала вес Арариса в доспехах и с оружием, как чуть раньше вес Исаны, а через мгновение она узнала немного рассеянное выражение, которое появилось во взгляде Китаи. Она видела такое же у собственного брата, когда тот работал в домене.
Китаи использовала фурий, черпала у них силы.
Как только Арарис оказался на акведуке, Китаи бросила веревку Тави, который вставил ногу в петлю и спрыгнул с крыши башни. Арарис, как отметила Исана, зафиксировал веревку за спиной у Китаи, и на его напряженном лице появилась тревога – он никак не мог ускорить процесс, и Исана ощутила его разочарование.
Наконец Тави оказался рядом с ними, его лицо раскраснелось от возбуждения. Он встал на ноги, посмотрел на Китаи и сказал:
– Я ничего не хочу слышать.
Китаи усмехнулась, но промолчала.
Исана смотрела на Варга, присевшего у края крыши, его глаза горели в темноте.
– Какое это… большое существо, – прошептала Исана.
– Да, он большой, – согласился Тави, подчеркнув второе слово. Он посмотрел на Китаи, которая готовила последнюю веревку, сплетенную сразу из нескольких более тонких. – Даже если мы закрепим веревку, ты уверена, что она его выдержит?
Она бросила на него быстрый прямой взгляд.
Тави нахмурился, но поднял руки, показывая, что не собирается спорить.
Китаи швырнула конец веревки, усиленный тяжелым узлом, в сторону дальней части акведука. Веревка захлестнула желоб, сделала почти полный оборот, Тави наклонился и подхватил ее утяжеленный конец, завершив круг. Он передал его Китаи, которая завязала его, а второй конец бросила Варгу.
Каним поймал веревку, быстро ее осмотрел и сделал шаг, чтобы вложить мощную ногу в петлю.
Затем он обернулся в сторону лестницы.
Исана увидела полуодетого человека, выскочившего с лестницы на крышу с копьем в руке. Он дико оглядывался по сторонам, потрясенный тем, что увидел, но потом его взгляд остановился на Варге, гвардеец поднял копье и метнул его одним уверенным и мощным движением. Варг изогнулся, собираясь отпрыгнуть в сторону, но его нога поехала по льду, запутавшись в веревке, и он упал. Исана услышала глухой звук удара, и тишину ночи нарушило нечеловеческое рычание.
– Варг! – закричал Тави.
Однако каним мгновенно оказался на ногах, Исана услышала, как когти его руки-лапы вгрызаются в лед, а другой он выдернул копье из ноги. Оружие выглядело как детская игрушка в руках канима. Варг поднял копье, чтобы отбросить его, но в последний момент изменил решение и швырнул его так, что копье, вращаясь, полетело в сторону гвардейца.
Тот попытался увернуться, но теперь пришел черед алеранца вспомнить, что он стоит на льду. Гвардеец пошатнулся, деревянное древко копья ударило его в бок и сбило обратно на лестницу.
Варг развернулся и устремился к краю парапета, но в последний момент его подвела раненая нога, подломившись под ним. Он взмахнул одной рукой, пытаясь восстановить равновесие…
…и схватился рукой за голый камень зубца.
Послышался оглушительный взрыв, и все гаргульи мгновенно ожили.
Ближайшая находилась всего в пяти футах от Варга и тут же прыгнула на него. Каним упал, схватил гаргулью двумя руками и здоровой ногой отбросил ее, продолжая катиться по крыше. Сила канима была так велика, что гаргулья полетела вниз с парапета, размахивая уродливыми конечностями, пока одна из них не ухватилась за переплетенную веревку, которая болталась в воздухе между ногой Варга и акведуком.
Веревка натянулась, приняв на себя вес гаргульи.
Варг зарычал, отчаянно цепляясь когтями за лед, но его потащило к краю крыши.
Еще три гаргульи бросились на канима.
Варг увидел их приближение и перестал цепляться за лед.
Веревка сорвала канима с парапета как раз в тот момент, когда гаргульи обрушились на то место, где он только что находился. Зубчатая стена не выдержала такого удара, и Варг, гаргульи и каменные глыбы рухнули вниз.
Толстая веревка, неспособная выдержать такую огромную нагрузку, протестующе загудела, а затем лопнула. На плече Исаны вспыхнул огонь, ее отбросило назад, и она рухнула в холодную воду акведука.
На мгновение боль ее парализовала. Она посмотрела вниз и увидела, что ее платье рассечено, как ударом ножа. Хлынула кровь, рукав тут же потемнел. Ее подхватили чьи-то руки, кто-то назвал ее имя, потом появился Арарис и чем-то перевязал ее руку.
Снизу шел мрачный красный свет.
– Проклятые вóроны, – выдохнул
