Тави, посмотрел на Арариса, и в его глазах полыхнула паника. – Он упал на лужайку.
Арарис напрягся:
– Что?
Он поднялся и понес Исану к Тави, чтобы через край акведука посмотреть на лужайку под башней.
Там горел огонь. Нет, не огонь, обычное пламя не могло быть таким плотным и неподвижным.
Ожили фурии огня. Они приняли форму огромных псов, размером с Брутуса, фурию ее брата. Однако ошеломленная Исана заметила различия. Их задние ноги получились слишком короткими, передние слишком длинными, а плечи были бесформенными. И хотя они выглядели плотными, каждый состоял из чистого, яростно сияющего красного пламени. Мерцающий огонь танцевал вокруг их плеч и шей, словно грива, клубы черного дыма окружали лапы и стелились за ними по земле.
Они двигались рывками и как единое целое. Их головы повернулись, волчьи морды посмотрели на… Исана проследила за их взглядами…
Они смотрели на распростертого на лужайке Варга. Две гаргульи разбились и лежали неподвижно, но остальные уже начали шевелиться, неловко пытаясь подняться и возобновить атаки.
Огненные псы разинули пасти, и рев разъяренного пламени пронесся в ночи.
Колокола продолжали звонить, на крыше Серой башни стали появляться гвардейцы.
Лицо Тави приняло ожесточенное выражение, он переглянулся с Китаи, потом молча окунул свой длинный серый плащ в холодную воду.
Арарис резко повернулся к нему.
– Нет! – воскликнул он.
Тави схватился за одну из веревок, все еще свисавших с акведука, и прыгнул вниз.
Исана лишь вздохнула, глядя, как ее сын летит вниз, в водоворот разгневанных фурий и стали, но она была все еще слишком ошеломлена, чтобы что-то предпринять.
– О, – выдохнула она, ей вдруг показалось, что ее сын сошел с ума. – О, мой дорогой.
Глава 36
Тави скользил вниз по обрывку лопнувшей веревки и спрашивал себя, не сошел ли он с ума.
Ему повезло, веревка порвалась ближе к концу, и он мог за нее держаться, пока не оказался на высоте в десять или двенадцать футов над землей. Он выпустил конец веревки, прыгнул вниз, стараясь смягчить падение, и повалился на бок, расставив руки в стороны.
Без доспехов у него получалось лучше, да и земля на лужайке оказалась мягкой. Он сумел почти сразу встать, обнажить меч и броситься к Варгу. Как раз вовремя – гаргульи также готовились к атаке.
Тави не колебался и, не замедляя шага, снова потянулся к стали клинка, подчиняя ее своей воле. Он закричал, подскочив к ближайшей из двух гаргулий с фланга, и нанес горизонтальный удар. Когда лезвие коснулось камня, во все стороны полетели алые и лазурные искры, и сталь гладия прошла сквозь гранитную ногу гаргульи, словно она превратилась в заплесневелый сыр. Тави вложил в свой удар столько силы, что его тело развернулось, он оказался рядом со второй гаргульей и успел повторить то же движение. Вновь полетели искры, закричал рассеченный камень.
Гаргулья упала на бок, размахивая руками, но Тави сумел лишить ее связи с землей, и она начала рассыпаться, словно истекала гравием-кровью.
Очевидно, вторая гаргулья уловила опасность, исходившую от Тави, и переключилась с Варга на юношу. Прежде чем Тави успел восстановить равновесие, она взревела, опустилась на четвереньки и устремилась в атаку.
Тави знал, что, если он окажется на ее пути, она просто раздавит его, и потянулся к фуриям ветра. Мир вокруг вдруг стал кристально ясным, а его собственные движения приобрели изящество, ему даже показалось, будто он танцует. Он все еще не успел восстановить равновесие и понимал, что полностью избежать атаки гаргульи не удастся, поэтому сосредоточился на том, чтобы уменьшить силу удара. Он отпрыгнул в сторону, вытянув тело, выставив руки перед собой, вращаясь в воздухе.
Гаргулья ударила его вдоль икр, когда тело Тави находилось параллельно земле, сила удара развернула его, и из-за обостренного магией ветра восприятия он в полной мере почувствовал боль, которая ослабила концентрацию. Мир вернулся к прежнему состоянию, и Тави тяжело упал на живот. Левая щиколотка горела огнем, и он понимал, что в лучшем случае растянул ее. Он потянулся к стали клинка, и боль отступила – не исчезла совсем, но стала чем-то незначительным, не требующим внимания.
Гаргулья описала широкую дугу, оставляя на мягкой земле лужайки огромные следы, и атаковала снова. Однако Тави уже поднялся на ноги, когда она приблизилась к нему, и в последний момент отскочил в сторону, а его меч отсек кусок бесформенного плеча. Инициатива перешла к нему, и он продолжал двигаться, оставаясь сбоку от врага и не давая ему вновь атаковать.
Однако у подобной тактики имелся существенный недостаток: у него не оставалось времени, чтобы надежно поставить ноги и предпринять атаку, которая разом покончила бы с фурией камня. Однако он продолжал наносить быстрые удары по ее плечам и голове, всякий раз отсекая по кусочку. Но тут он подвернул раненую ногу, которая отказалась поддерживать его, упал на одно колено, и гаргулья повернулась к нему.
На этот раз она не успела набрать скорость, но все равно ее сила была велика. Тави уклонился от ее руки и нанес удар закованным в доспехи плечом, инстинктивно забирая силу земли, на которой стоял. Фурии земли вошли в него…
…и заставили гаргулью остановиться.
Тави возбужденно закричал и, собрав все силы, двинулся вперед, преодолевая ярость земли. Он заставил гаргулью отступить на дюйм, на шесть дюймов, а в следующее мгновение она опрокинулась на спину.
Меч Тави взметнулся вверх и обрушился на выступ на груди гаргульи – он знал, что она уязвима в этом месте.
Меч зазвенел, полетели искры, торс гаргульи треснул и развалился на дюжину кусков.
– Варг! – закричал Тави. – Вставай! – Он не слишком хорошо знал язык канимов, но кое-что сказать мог. – Варг! Нарш раулг, забери тебя вóроны!
Он подошел к каниму, сожалея о каждой потраченной секунде, и посмотрел на него. Сильнее всего кровоточила нога Варга в том месте, куда вошло копье, но Тави сразу понял, что артерия не задета. Мех на спине стал серым от каменной пыли, кроме того, тело Варга покрывало множество мелких ран и царапин. Тави не слишком хорошо знал физиологию канимов, но не приходилось сомневаться, что ребра Варга повреждены, а одна рука сломана.
Тави стиснул зубы и понял, что он мог рассмотреть раны канима только по одной причине: огненные псы подошли достаточно близко.
Их была целая дюжина. Тави читал отчеты о магах, которые их создали, и кое-что о них знал. Они должны были вести себя как дикие волки – преследовать тех, кто бежит, идея состояла в том, чтобы окружить стеной жара того, кто попытается покинуть башню.
Именно так они сейчас и поступали с Варгом и Тави.
Тави понимал, что они не могут предпринять попытку бежать, иначе огненные псы бросятся в погоню, а их жар будет усиливаться. Но и оставаться на
