– Разве не на дежурство? – пожал плечами Рей.
С этой девчонкой вообще творилось что-то странное в последнее время. Она стала злой, раздражительной, дерзкой. Инсект по-прежнему сидел с ней рядом, но они больше не разговаривали. Элайза часто уходила одна, оставляя Итана в компании ос и мошек, которые роились над его головой чёрной воронкой.
Сбитые костяшки, синяки и ссадины на руках Элайзы бросались в глаза. На любые вопросы о происхождении этих следов она отвечала уклончиво. Но Рей не находил нужным лезть в её личные дела.
– Нет у неё дежурства сейчас, – раздраженно ответил Кван Лю и окликнул девушку. – Сержант Токсик, куда направляетесь?
– В уборную, сэр, – бросила Элайза не замедляя хода.
– Как разговариваете с офицером, сержант! – взвился Лю.
– Простите, сэр! – Токсик остановилась, едва не приплясывая на месте от нетерпения.
И правда по нужде невтерпёж?
– Вольно, сержант, иди, – отпустил её Фостер. – Лю, я же тебе говорил сотню раз, приватная жизнь личного состава нас интересовать не должна. Она большая девочка и сама разберется. До тех пор пока выполняет свои обязанности, в свободное время может заниматься чем угодно.
– Лукавите, старший лейтенант. Тех, кто свободное время посвящает наркотикам или азартным играм вы не щадите. Вот что я вам скажу, сэр, я сам когда-то так же рассуждал. И командир мой прежний. Закончилось это его гибелью и моей инвалидностью.
На лице Лю при этих словах не отразилось ни единой эмоции. Фостер не донес до рта железную кружку.
– Ты серьезно?
Лю молча кивнул и опустил взгляд в тарелку.
– Нет уж, раз начал, рассказывай, как все было! – потребовал Фостер.
Лю дождался, пока лейтенант Финн доест и покинет свое место. Ещё двое офицеров сидели на дальнем конце стола, так что Кван Лю заговорил очень тихо:
– Это случилось на Тайване три года назад. Я был замом командира роты мотопехоты. Условия были не лучше, чем здесь, а давление больше. Мы своих парней не жалели и не переживали о том, что там у них на душе. В части процветало воровство, травля слабых, разные неуставные отношения и наша рота в этом преуспевала, как я потом узнал. Одну девчонку из призывников так достали, что она из автомата расстреляла двоих сержантов, несколько рядовых и сама застрелилась. Скандал был страшный. Хуже всего, что до этого она несколько раз подавала рапорты, просила перевести её в другую роту или как-то ещё помочь. Мы со старшим лейтенантом Чангом решили, что она должна сама разобраться. Мол, не маленькая. А она вот так решила разобраться.
– Отвратительная история, – хмуро сказал Фостер. – Командиру устроили разбирательство? Должно быть, ему серьезно досталось.
– До разбирательства старший лейтенант Чанг не дожил. У этой девчонки был парень, тоже рядовой из нашей роты. Когда узнал о её смерти, взял осколочную гранату, зашел в нашу с командиром палатку и взорвал её. Я с кровати рухнул на пол, закрыл руками голову. Осколки исполосовали мне спину, повредили позвоночник и ноги, изрезали сухожилия на руках, один воткнулся в шею. Но я оказался везучим сукиным сыном, потому что голову осколки не повредили, важные органы не задели, и я выжил. А командир и рядовой погибли на месте. Поэтому, старший лейтенант Фостер, простите меня, но я не намерен повторять собственных ошибок. Я буду совать нос в дела каждого, в самое личное. Я должен знать обо всём и быть готовым ко всему, потому что во второй раз мне может и не повезти.
Рей не знал, что сказать. Должно быть, Лю чувствует себя просто ужасно. Все считают его героем, получившим травмы в бою, а он знает, что инвалидом его сделал собственный рядовой.
– Старший лейтенант Фостер, сэр, – окликнул Рея вестовой. – Вас ищет полицейский, сержант Риос. Он ждёт на КПП.
Глава 23. На лезвии ножа
– Какого дьявола, Фостер? Ты совсем спятил? – Вместо приветствия выпалил сержант Риос.
Дежурный по КПП покосился на них неодобрительно, но промолчал. Хорхе Риос, небритый, с мешками под глазами и в мятой клетчатой рубашке, гневно смотрел на Фостера и, казалось, готов был броситься на него с кулаками.
– Отойдем в сторону, и вы объясните, что это все значит, – хмуро ответил Рей.
– Не притворяйся, что не понимаешь! Я ведь предупреждал! – прошипел Риос.
Дежурный кашлянул. Парни из роты охраны подошли поближе.
– Сержант, не здесь! – Фостер с трудом сохранял спокойствие. – Идите за мной.
Пышущий гневом полицейский проследовал за Реем на территорию части. До барака командира спецроты шли молча, но Рей спиной чувствовал прожигающий взгляд Риоса. Что могло так разозлить сержанта? Кто-то из спецроты опять набедокурил?
Рей пропустил гостя в кабинет, закрыл за ним дверь, выглянул в окно, чтобы убедиться, что никто снаружи не подслушивает, и только потом нарушил молчание:
– Я вас слушаю, сержант Риос.
– Теперь он меня слушает, просто отлично! – Риос стукнул кулаком по столешнице, железная кружка Фостера жалобно задребезжала. – Раньше надо было меня слушать! Когда я просил не ворошить осиное гнездо! Когда предупреждал, что будет, если развязать войну с картелем! Мне казалось, мы договорились. Я решил, что вы, старший лейтенант,
