осознал, что ход событий я сумел изменить. Ибо безопасность нигде не ждет, даром ничего не получишь. Долг настигнет каждого, даже если не хочешь. Когда пастух вернется, день новый сыграет свою роль. Смерть настигнет Роуэнов…
– Да здравствует король.
Скула Хаута треснула под нашей рукой. Он рухнул на пол и застонал, его лицо утратило цвет, кровь хлынула изо рта.
Я безжалостно взглянула на него.
«Вот и конец, да? – пробормотала я, когда темнота затмила зрение. – Я ухожу. А ты… Ты остаешься».
«Это было неизбежно, – произнес Кошмар, его голос звучал все громче и громче. – Таково твое вырождение, Элспет Спиндл. Даром ничего не получишь».
Воздух вокруг меня сгустился. Я моргала, пытаясь отогнать тьму, как ребенок, который боролся со сном.
«Обещай мне, что поможешь Рэйвину. Обещай, что спасешь Эмори».
«Пора, дорогая», – промурлыкал он, убаюкивая меня.
«Обещай!»
Кошмар вздохнул.
«Обещаю помогать семье Ю во всех их стремлениях».
Я закрыла глаза, и с моих губ сорвался последний шепот. История… Наша история. Кошмара и моя.
– Жила-была дева, умна и добра. Скрывалась в тенях лесной чащи она. И жил-был король, посох в нем пастуха выдавал. Правил он древней магией и старую книгу написал. Двое были вместе, двое единым целым стали…
Последнее, что я услышала, прежде чем погрузиться во тьму, был шелковистый смех Кошмара, злой и безраздельный.
«Дева, король… и монстр, в чьем облике они предстали».
Глава тридцать пятая
Подземелье было самой холодной частью замка.
Капитан дестриэров и принц молча ждали вместе, рассвет еще не наступил. Рэйвин постукивал сапогами по каменному полу, чтобы пальцы ног не теряли чувствительность.
– Ты спал? – спросил Элм, его дыхание паром вырывалось из ноздрей, пока он расхаживал по комнате. На полу лежал кусок раскрошенного песчаника. Элм пинал его, веки принца постепенно тяжелели.
Рэйвин стиснул зубы, в животе скрутился узел.
– Мне постоянно снятся кошмары, – признался он, потирая глаза.
Мгновение спустя он отдернул руки, перед взором мелькнули желтые радужки. Даже сейчас, три ночи спустя, он видел их так ярко. Рэйвин не мог избавиться от этого образа, та ночь в доме Спиндлов запечатлелась в его сознании с болезненной ясностью.
Все произошло так быстро.
Тени гнались за ними, как демоны, вверх по винтовой лестнице дома Спиндлов. Рэйвин рвался вперед, сердце пылало в груди. Когда они добрались до маленькой двери на шестом этаже, он ударил ладонями по дереву, взывая к Карте Кошмара.
Но его встретила лишь тишина.
– Элспет! – закричал он, страх петлей затягивался на шее.
Костяшки пальцев Элма побелели на защелке.
– Заперто.
– Сломай ее, – отрезал Рэйвин, поворачиваясь к Джеспир с Черной Лошадью в руке.
Потребовалось три удара ногой, чтобы расплющить дерево, щепки разлетелись, как сосновые иголки в бурю.
– Элспет! – крикнул Рэйвин, протискиваясь в комнату, его сапоги скользили по темной жидкости, растекшейся на деревянном полу.
– Святые… – охнул Элм. – Что здесь произошло?
Рэйвин обшарил взглядом комнату, проходя мимо безжизненного тела Ориса, пока не заметил девушку возле дальней стены, ветер из открытого окна развевал ее длинные черные волосы.
– Элспет, – позвал капитан, подбегая к ней. – Элспет!
Ее кожа была холодной на ощупь. Рэйвин провел рукой по щеке, и у него скрутило желудок. Лицо Элспет избито и в крови. Платье разорвано на рукаве, а рука, застывшая от засохшей крови, испещрена резкими, отчетливыми следами когтей.
– Он мертв, – заключил Элм, склонившись над Орисом. – Несомненно.
– Элспет, – позвал Рэйвин, скользнув пальцами по коже на ее бледной шее, ища пульс. Когда она зашевелилась и закашлялась, издав слабый, тяжелый вздох, он почувствовал облегчение.
– Элспет. – Его руки дрожали. – Ты в порядке?
– Хаут еще жив, – сказала Джеспир с другого конца комнаты. – Едва. Его ноги… С ними что-то не так.
Но Рэйвин был слишком поглощен Элспет Спиндл и ее долгими, глубокими вдохами, чтобы обращать внимание на что-то еще. Он провел дрожащими пальцами по ее волосам, облегчение было таким сладким, что он почти чувствовал его вкус.
– Я думал, ты умерла, – прошептал он.
– Не умерла, – сказала она причудливо ровным тоном. – Я просто… Прихожу в себя.
– Не садись слишком быстро, – предупредил Рэйвин, волосы на ее затылке отяжелели от крови. – Не торопись.
– У меня было достаточно времени, – ответила Элспет. – Больше, чем ты можешь себе представить.
Она закрыла глаза, пока Рэйвин медленно ее поднимал, поддерживая.
– Что случилось? – спросил он, впервые осознав царящий вокруг хаос.
– Они собирались сдать тебя, – сказала она прямо. – Все, ради чего ты работал, исчезло в одно мгновение.
– Ты… Ты убила его? – Джеспир моргнула, устремив взгляд на безжизненное тело Ориса.
Элспет посмотрела на свои руки, ее ногти потемнели от крови.
– Его когти положили начало резне десятков детей с магией, – произнесла она, сгибая пальцы, точно когти. – Он заслужил умереть от них.
Элм произнес безжизненным тоном:
– Мы собирались использовать его кровь, чтобы спасти Эмори. А ты только что пролила ее на пол.
Элспет вела себя так, будто не слышала его. И тихо заговорила:
– Тебе следует позвать дестриэров. Пусть лучше знают, что за всем этим стою я одна.
Рэйвин с сестрой обменялись взглядами.
– О чем ты говоришь?
– У нее идет кровь, – пробормотал Элм. – Взгляни на голову.
Рэйвин потянулся к Элспет, отчаянно желая притянуть ее к себе, почувствовать в крепких и безопасных объятиях, но, когда пальцы коснулись ее плеча, она отпрянула, зарычав.
– Не трогай меня, – отрезала она, и ее желтые глаза вспыхнули.
Желтые.
Желтые, как пламя факела. Желтые, как монеты, которые он собирал в детстве.
Желтые, а не черные.
Облегчение сменилось ужасом.
«Элспет, – позвал он во тьму. – Элспет!»
Но ответом ему служила тишина.
Тогда, словно змея, выползающая из-под камней, заговорил Король-пастух.
«Теперь она стихла, Рэйвин Ю. Дай ей отдохнуть».
«Что, мать твою, ты наделал?» – воскликнул Рэйвин, вглядываясь в темноту.
«Она освободила меня, – голос Кошмара заполнил разум Рэйвина, как дым. – Я здесь, чтобы помочь тебе».
Капитан дестриэров отошел от существа, одетого в кожу Элспет Спиндл.
«Выпусти ее, – крикнул он, в его голосе звучали страх и ярость. – Выпусти ее сейчас же, или, клянусь богом, я…»
«Что ты сделаешь? – Элспет скривила губы. – Как ты можешь причинить мне боль, не ранив ее?»
Элм шагнул вперед, его глаза округлились, когда он осмотрел лицо Элспет, ее желтые, похожие на кошачьи, глаза.
– Что происходит? – спросил он, взглянув на Рэйвина. – Что она сделала?
– Перед нами не Элспет, – объяснил он, его руки дрожали. – Это он.
Но монстр, спрятанный за глазами Элспет, просто смотрел вперед, пальцы ее выстукивали невидимый
