— Жак, не принуждай меня бороться с тобой, — умоляющим голосом сказала Белла. — Мне очень не хочется сделать тебе больно…
— Тогда не борись, — прошептал он, ласково касаясь губами ее щеки и кладя руку ей на грудь. — Белла, я не против побеседовать с тобой. Но сперва хочу почувствовать твою близость. Хочу, чтобы сегодня ночью ты была моей и забыла о сдержанности.
— Жак…
Она безуспешно уклонялась от него, судорожно сжимая кулачки.
— Я чуть не потерял тебя сегодня вечером, Белла, — страстно шептал он, осыпая ее лицо поцелуями. — Ты испугалась, когда увидела меня с окровавленной рукой. Но ты не можешь представить, что пережил я сразу после выстрела, когда осознал, что мог потерять тебя. Ведь если бы я погиб, я бы потерял тебя…
— Ах, Жак, Жак…
Беспомощная перед силой его и своей страсти, девушка обвила руками шею Жака и целовала его.
Выйдя из кареты, они прошли, держась за руки, через благоухающий сад перед домом. Жак смотрел на нее с таким вожделением, что ей было и страшно и приятно. Он ведь прав, подумала Белла. Близость смерти требует испить чашу наслаждения до дна, познать самое интимное, самое полное слияние тел.
Наверху, в спальне, Жак сел на кровать и проворно снял с себя рубашку и туфли.
— Иди сюда, — позвал он.
Его хриплый от желания голос и пылкий взгляд мгновенно настроили Беллу на эротический лад. А вид его мускулистой голой груди лишь усилил вожделение. Подойдя ближе, она вдруг с опаской посмотрела на пропитанную кровью повязку.
— А как твоя рана?
Жак пренебрежительно усмехнулся.
— Побаливает. — И, глядя на Беллу голодными глазами, сказал: — Долой одежду, дорогая!
— Жак…
— Воспринимай это как неизбежную прелюдию к нашему разговору.
Дрожащая от желания Белла охотно подчинилась. Медленно сбросила с себя платье, нижнюю юбку, сорочку и белье. Жак наблюдал за ней, упиваясь каждым ее движением. Кровь стучала в ушах девушки, сердце заныло в сладком предчувствии.
Жак открыл яркую жестяную коробку, которая стояла на столике у изголовья кровати. Белла была заинтригована: что же там такое?
— Иди-ка сюда, — сказал Жак с озорным видом, — я дам тебе что-то сладкое.
Белла забралась к Жаку в постель. Он улыбнулся и проворно засунул ей в рот конфетку. А пока она сосала ее, стал легко покусывать соски Беллы, ласкать ее спину и ягодицы.
Белла застонала от удовольствия.
— Я хочу то, что еще слаще, — тихо сказала она, касаясь пальцами пуговиц на его брюках.
Она услышала томный стон Жака, когда его твердая плоть оказалась в горячем футляре ее рта.
— Сладкий… какой сладкий, — бормотала Белла, нежно целуя его возбужденное естество, забирая его глубоко в себя.
Жак судорожно гладил ее волосы.
— Да, та belle, да!
Белла подняла взгляд и сквозь слезы посмотрела Жаку в глаза.
— Я не хочу тебя терять.
— Ты никогда меня не потеряешь, Белла!
— Нет, ты не понимаешь, — прошептала она. — Я вовсе не хочу, чтобы меня преследовал твой призрак. Я хочу тебя живого, из плоти и крови.
— Ах, та cherie! — воскликнул он хриплым, исступленным голосом, резко подтянул Беллу вверх и медленно вошел в нее. Она вскрикнула, а он обхватил ее за талию и проник в нее еще глубже.
— Я живой, Белла, — пылко зашептал Жак, сжимая ее груди. — В твоих объятиях я как никогда живой. Ощути мою плоть в своей плоти. Почувствуй, услышь, как во мне бушует кровь от любви к тебе.
— Я чувствую… слышу…
— Люби меня, Белла, люби!
— Я люблю тебя, Жак!
— И я люблю тебя. Отдай мне всю себя…
— О да, да, — шептала она, принимая его и даря себя всю без остатка…
* * *
Как и накануне, Белла проснулась навстречу улыбке Жака, который лежал рядом и, перевшись на локоть, любовался ею. Зевнув и потянувшись, она улыбнулась. Но тут ее взгляд наткнулся на забинтованную руку, и сразу же вернулась тревога.
— Как твоя рана?
— Прекрасно, — заверил Жак. — Доктор был прав — в сущности, только царапина. А теперь скажи мне поцелуем «доброе утро».
Белла обхватила его за шею, поцеловала и спросила:
— Ты давно смотришь на меня?
Он нежно погладил ее щеку.
— С тех пор как проснулся. Во сне ты такая красивая!..
От его ласковых слов глаза Беллы вдруг наполнились слезами, и она отвернулась. Жак крепче прижал ее к себе.
— Что такое, милая?
— Я подумала, — тихо призналась Белла, — что такой сладостной минуты больше никогда не будет в нашей жизни.
— Конечно, будет, дорогая. — Он повернул ее лицом к себе, заглянул в лицо. — Белла, будь моей женой.
Она закрыла глаза и со стоном сказала:
— Я не могу!
— Но почему? Ночью ты твердила, что любишь меня. Ты лгала?
Она быстро открыла глаза.
— Разумеется, нет! Но ты не хочешь отказаться от сцены даже теперь, когда в тебя стреляли! Мы знаем, что через несколько дней тебя убьют, а ты отмахиваешься от всех моих предупреждений. Идешь прямой дорогой к самоуничтожению!
Жак привстал на постели, оперся спиной на подушку и задумчиво взъерошил себе волосы.
— Белла, я уже объяснил тебе мою жизненную позицию…
— Ах, эта твоя философия! — перебила его в сердцах девушка, тоже привставая и натягивая на себя простыню.
Он долго хмурился, потом спросил:
— Ты будешь довольна, если во вторник я не пойду в театр?
В глазах Беллы появилась искорка надежды.
— Да, конечно. Я буду счастлива!
— Ну а что потом? Хорошо, в этот вечер я избегу смерти от руки убийцы. Но разве он или она… угомонится на этом?
Тут пришел черед надолго нахмуриться Белле. Она задумчиво приглаживала локоны на лбу.
— Жак, — наконец сказала девушка, — для нас сейчас всего важнее время. Чем больше в нашем распоряжении времени, тем больше шанс, что мы определим убийцу. А пока не поймем, нужно проявлять максимум осторожности.
Он подумал и промолвил:
— Ладно, постараюсь не быть в театре во вторник.
— А сегодня вечером?
— Нет, сегодня вечером я буду петь.
Она тронула его за руку.
— Жак, я не могу вечно спасать тебя от тебя самого, от твоей бесшабашности. Черт возьми, я даже не ведаю, как долго мне будет позволено пробыть здесь, в этом времени!
Жак сорвал с Беллы простыню, обнял и стал целовать ее волосы.
— Белла, ты меня не покинешь — даже в том случае, если тобой распоряжаются высшие силы и я не властен удержать тебя. Вот почему ты не должна приближаться к театру, где этот чертов «калейдоскоп» может украсть тебя. К тому же тебя пытались убить — и мы не знаем, кто этот мерзавец или мерзавка. Мне делается плохо от одной мысли, что с тобой может что-нибудь произойти.
Белла покрепче прижалась к любимому. В мыслях у нее царил хаос. Похоже, они с Жаком зашли в тупик.
