ещё красовался размазанный «План завоевания сердца Киры». И Кира увидела: вторая строчка была аккуратно зачёркнута.
Пункт второй: Совершить подвиг. Приписка: В этом мире нет драконов. Выяснить, кто здесь вместо драконов.
Рядом, углём же, крупными буквами было дописано:
ВЫПОЛНЕНО. Дракон найден. Им оказался «бывший». Повержен словесно. Кира спасена.
Кира уставилась на стену. Потом на Карла. Потом снова на стену.
— Ты... ты считаешь Дениса драконом? — выдохнула она.
— А кто же он? — Карл выглядел абсолютно серьёзным. — Злой, плюётся ядом, сокровище пытался украсть. Ну, не сокровище, а тебя. Но ты же моё сокровище. Значит, он дракон. Всё логично.
— Ты... — Кира открыла рот и закрыла. — Ты называешь меня сокровищем? А его — драконом?
— Ну да. — Карл пожал плечами. — В моём мире драконы всегда крадут принцесс. А рыцари их спасают. Я спас. Подвиг совершил. Всё по правилам.
Кира смотрела на него. На этого огромного бородатого мужчину, который стоял посреди её маленькой гостиной, держал в руках уголёк и совершенно серьёзно объяснял, почему её бывший парень — дракон.
И её прорвало. Она смеялась так, что аж до слез. Когда она немного успокоилась, Карл пошел заваривать им еще чай, а Кира осталась в комнате, глядя на зачёркнутый пункт и дурацкую приписку про дракона. И почему-то на душе было тепло и легко, как не было уже очень давно.
— Истинная, — прошептала она, пробуя слово на вкус. — Для Короля Треф. Который победил идеального дракона Дениса.
И снова рассмеялась. А из кухни уже тянуло мятой и счастьем.
Глава 7. Выбор, которого не было
Кира долго смотрела на стену. Список висел там уже больше недели — почти столько же, сколько и он жил у неё. Сначала всё это казалось временным. Случайным. Почти нелепым. Теперь — уже нет. Рядом с его списком был прикреплен лист, но один угол всё равно упрямо отходил от стены. Она подошла ближе. «Король Треф. Плюсы: — не раздражает (иногда) — умеет появляться вовремя —…» Кира хмыкнула. — С каждым днём всё менее убедительно, — пробормотала она. Ниже шли минусы. Их было больше. Значительно. Она провела пальцем по бумаге, остановившись на одной из строчек. «— слишком много знает, но не говорит» Рядом, чуть ниже, была приписка — уже сделанная позже, не таким ровным почерком: «— как будто всегда знает выход» Кира замерла. А ведь раньше она на это не обратила внимания. Или не хотела. Она отступила на шаг и скрестила руки на груди. Её список. Смешно. Потому что у него — свой — уже был. И, судя по всему… выполнен. Кира поморщилась, вспоминая. Его «план завоевания Истинной». Список, в котором всё было расписано почти как игра: шаги, реакции, вероятности. Она тогда посмеялась. Потом — разозлилась. А потом как-то… забыла. Как будто легче было сделать вид, что это шутка. — Поздравляю, — тихо сказала она в пустоту. — Ты справился. И вот теперь… Она снова посмотрела на лист. «Король Треф. Плюсы и минусы стать его Истинной» Слово «стать» было подчёркнуто. Слишком сильно. Кира медленно выдохнула. Как будто всё это время она просто не хотела задавать главный вопрос. А сейчас — пришлось. Она перевела взгляд к окну. Карты лежали на подоконнике — веером, как будто сами разложились. И вот теперь она поняла. Не сразу. Сначала — просто странное ощущение. Как будто что-то не сходится. Как если смотришь на знакомую картину, а в ней вдруг оказывается лишний штрих. — Ты снова не спишь? — лениво протянул он, не открывая глаз. Она стояла у окна, скрестив руки на груди. — А ты снова притворяешься, что тебе всё равно? — отозвалась Кира. Он приоткрыл один глаз, затем второй. Улыбка — та самая, лёгкая, почти насмешливая — появилась, но не дотянула до конца. — Мне редко бывает всё равно. — Правда? Она обернулась. В её голосе не было привычной иронии. Это было новое — и ему это не понравилось. — Что случилось? Кира подошла ближе, медленно, как будто проверяя каждое своё движение. — Я сегодня снова раскладывала карты. — Опасное занятие, — хмыкнул он. — Можно узнать лишнее. — Уже узнала. Пауза. Он сел, теперь уже внимательно глядя на неё. — И? Кира опустила взгляд на колоду в руках, провела пальцем по краю. — Там был переход. Он ничего не сказал. — Чёткий. Ясный. Не «возможно», не «когда-нибудь». А как дверь, которая… — она запнулась, — уже открыта. Тишина в комнате стала плотной. — Ты знал, — тихо сказала она. Это не был вопрос. Он отвёл взгляд. И вот это было ответом. Кира коротко усмехнулась — без радости. — Даже не удивительно. Он поднялся. — Кира… — Нет, подожди, — она вскинула руку. — Дай угадаю. Ты «не хотел меня расстраивать»? Или «не был уверен»? Или это было в твоём гениальном списке — в каком пункте? После «заставить привыкнуть» или перед «не дать уйти»? — Это не так. — Да ну? — она резко повернулась к нему. — Ты сказал, что не знаешь, как вернуться. Смотрел мне в глаза и врал. — Я не врал. Она рассмеялась. Громко. Резко. — Серьёзно? — Я не сказал всей правды. — О, это, конечно, всё меняет! Кира начала ходить по комнате, резко, почти не глядя куда. — Ты мог уйти. В любой момент. Всё это время. Пока я… — она запнулась, зло выдохнула. — Пока я пыталась понять, что вообще происходит! — Я остался. — Да мне плевать, что ты остался! — сорвалась она. — Ты лишил меня выбора! Он замер. — Я не… — Лишил! — перебила она. — Потому что если бы я знала… если бы я знала, что ты можешь просто уйти… всё было бы иначе! — Как? — тихо спросил он. Она замолчала. На секунду. — Я бы не… — начала она и тут же оборвала себя. — Не важно. Он сделал шаг к ней. — Важно. — Нет, не важно! — она отвернулась. — Потому что ты уже всё решил за меня. — Я ничего не решал за тебя. — Правда? — она резко посмотрела на него. — Тогда почему я узнаю это от карт, а не от тебя? Он молчал. И это молчание било сильнее любых слов. Кира сжала пальцы в кулак. — Твой список, да? — тихо сказала она. — Всё по плану. Всё под контролем. Даже это? — Это никогда не было игрой. — Конечно. Просто совпадение, что ты идеально знаешь, что делать. — Потому
