этой населённости планет, но и большинству человечества также ввиду низкой степени его развития. Не принесло ли бы даже это знание вред? Не возникнут ли вследствие этого погромы и варфоломеевские ночи? Должно прийти время, когда средняя степень развития человечества окажется достаточной для посещения нас небесными жителями».
Обсуждение парадокса внедрялось в научные дискуссии постепенно. Как и предсказывал Дрейк на совещании в Грин-Бэнк, чем больше экспериментов по поиску внеземных сигналов завершались безрезультатно, тем чаще разочарованные учёные пытались найти хоть какое-то оправдание «молчанию» Вселенной. Например, Карл Саган в своей ранней статье «Прямой контакт между галактическими цивилизациями с помощью релятивистского межзвёздного космического полёта» (Direct contact among galactic civilizations by relativistic interstellar flight, 1963) упоминал парадокс Ферми как тему «ставшей теперь довольно известной беседы за обеденным столом в Лос-Аламосе во время Второй мировой войны». При этом Саган полагал, что если в Галактике существует как минимум миллион развитых цивилизаций с временем существования десять миллионов лет, и каждая из них посылает хотя бы одну экспедицию к соседним мирам в год, то в среднем раз в сто тысяч лет всякую планетную систему посетили бы пришельцы из дальнего космоса, следовательно, инопланетяне могли побывать у нас раньше, на заре человечества, или появятся в ближайшем будущем.
Ещё одно суждение Сагана о парадоксе можно найти в его книге «Космическая связь: внеземная перспектива» (The Cosmic Connection. An Extraterrestrial Perspective, 1973). Он снова сослался на давнюю беседу физиков, сохранив уверенность, что она состоялась во время войны, и при этом дал новое объяснение видимого отсутствия инопланетян: за миллионы или даже миллиарды лет развития они могут настолько далеко уйти по пути научно-технологического развития, что мы просто не сможем вычленить их деятельность в галактических процессах, которые кажутся нам естественными. Он писал: «Обладая огромными энергетическими ресурсами, такие цивилизации способны переделать космос… Некоторые учёные задались проблемой, переиначив вопрос Ферми: почему высокоразвитые цивилизации ненамного лучше видны, [чем слаборазвитые]? Почему звёзды не переставлены в искусственные узоры на небе, почему нет мигающих сигнальных огней, различимых на межгалактических расстояниях в качестве рекламы какого-нибудь космического безалкогольного напитка?.. Если говорить серьёзно, такое отсталое общество, как наше, способно заметить проявление сверхразвитых цивилизаций не более, чем заметит муравей, занятый своей муравьиной работой, владельца находящегося в стороне загородного плавательного бассейна».
О наличии парадокса писал и польский фантаст Станислав Лем в философско-футурологическом труде «Сумма технологии» (Summa technologiae, 1964), который сразу заметило научное сообщество. Изложив взгляды предшественников, Лем тоже задался вопросом, почему человечество не наблюдает деятельность сверхцивилизаций, и предлагал рассмотреть его, отстранившись от человеческого опыта, ведь когда мы ждём от инопланетян грандиозных строек вроде сфер Дайсона, то просто экстраполируем на Галактику результаты собственной работы. «Прогресс мы понимаем как движение по линии возрастания, а будущее – как эру Больших и Могучих Дел. Чего ждал от земного или внеземного будущего человек каменного века? Огромных, великолепно обточенных кремней! А что мог ожидать на других планетах житель античного мира? Наверняка галер с веслами километровой длины! Может быть, здесь и кроется ошибка в наших рассуждениях? Может быть, высокоразвитая цивилизация – это вовсе не огромная энергия, а наилучшее регулирование?.. Разве высшая цивилизация – это то же, что и наиболее населённая? А если нет, то её социостаз не должен быть эквивалентен растущей энергетической прожорливости».
Лем придерживался особого мнения, полагая, что поскольку учёные ищут внеземной разум, похожий на наш собственный, то в конечном итоге могут и не найти его. «Я думаю, что космическое присутствие Разума мы можем не заметить не потому, что его нигде нет, а из-за того, что он ведёт себя не так, как мы ожидаем. Неожиданные свойства космического Разума можно в свою очередь истолковать, исходя из двух положений. Можно поначалу считать, что существует не единственный Разум, что возможны „различные Разумы“. Но, даже приняв затем, что существует только один Разум, такой, как наш, можно рассмотреть, не изменяется ли он за время эволюции цивилизации до такой степени, что в конце концов перестаёт быть похожим в своих проявлениях на своё собственное начальное состояние… Разум может проявляться не в экспансивной форме, то есть не в форме стремления покорить среду, а в форме подчинения среде. Я имею в виду, что „биологическая“ технология может сформироваться раньше „физической“: существа в таком мире преобразуют себя для того, чтобы иметь возможность жить в окружающей их среде, в противоположность людям, которые преобразуют среду себе на пользу… В нашем понимании это не похоже на разумную деятельность, поскольку девиз человека – героическая атака окружающей его материи. Но в этом-то именно и состоит проявление нашего антропоцентризма. Чем больше разнятся условия жизни, господствующие в обитаемых мирах, тем большими должны быть для этих миров различия в их Разумах». Путь существ, преобразовывавших себя для лучшего выживания и оказавшихся в тупике самоизоляции, фантаст блестяще описал в раннем и очень трагическом романе «Эдем» (Eden, 1959).
Свой вариант решения парадокса Ферми предложил радиоастроном Джон Болл в статье «Гипотеза зоопарка» (The Zoo Hypothesis, 1973). Он последовательно рассмотрел предшествующие оценки распространённости жизни во Вселенной и пришёл к выводу, что вряд ли где-нибудь ещё в Галактике есть такая же цивилизация, как наша. Куда вероятнее, что мы встретим либо примитивных существ, либо очень продвинутых, обогнавших нас на миллионы лет в своём развитии. Последние, по мнению Болла, стремятся «контролировать» Вселенную, издавна преобразовывая соседние миры и ассимилируя менее развитые расы. Однако могут быть исключения. «Даже на нашем технологическом уровне мы воздействуем практически на всё – от слонов до вирусов. Но мы не всегда используем силу, которой обладаем. Иногда мы выделяем участки дикой природы, заказники или зоопарки, в которых другим видам (или другим обществам) позволено развиваться естественным путём, то есть очень мало взаимодействовать с человечеством. Идеальным зоопарком… был бы тот, в котором фауна внутри совсем не взаимодействует со смотрителями зоопарка и не подозревает об их существовании». Если могущественные инопланетяне выбрали такую же стратегию в отношении Земли, то мы никогда их не найдём, потому что «они не хотят, чтобы их находили, и у них есть технические возможности это обеспечить».
В декабре 1974 года американский астрофизик Майкл Харт подготовил статью «Объяснение отсутствия инопланетян на Земле» (An Explanation for the Absence of Extraterrestrials on Earth, 1975), которая вызвала большой резонанс. Он утверждал, что любая цивилизация в своём развитии раньше или позже открывает межзвёздную навигацию и начинает колонизировать соседние миры, распространяясь по Галактике.
Поскольку Солнце – молодая звезда, то и земная жизнь возникла по меркам
