— Погодите! — вскричал профессор, сгорающий от любопытства. — Вы же не можете так просто уйти, я чувствую, что вы знаете ответы на все вопросы, которые мучают меня уже столько лет! Скажите, кто вы такая?
Белла дружески тронула его за рукав.
— Профессор, я Белла де ла Роза. И это мое настоящее имя. А знаю ли я ответы на ваши вопросы — покажет время. Я искренне хотела бы вам помочь, но должна спешить, потому что… — Тут она усмехнулась и в отчаянии взмахнула рукой. — Словом, мое время истекает.
Пибоди ошарашено потряс головой:
— Кто бы вы ни были, юная леди, желаю вам удачи.
— Спасибо, — с чувством поблагодарила Белла. — Вы даже не представляете, как она мне нужна!
В расстроенных чувствах Белла поехала не домой, а в городской парк Одюбон. С подаренным экземпляром «Привидения Французского квартала» она села на скамейку под раскидистым дубом.
Утро выдалось пасмурное и не по сезону холодное. Но аромат цветов был упоителен. В ветвях пели птицы, у скамьи прыгали воробьи, а на полянке чуть поодаль резвились две белки. В другой стороне детишки шумно играли в мяч. Однако все внимание Беллы занимала книга профессора Пибоди.
Она диву давалась, как много он сумел узнать о Жаке и труппе, в которой тот играл. То и дело встречались знакомые имена — Этьен Равель, Мария Форчун, Андре Дельгадо. Сердце Беллы дрогнуло, когда ей попалась фотография Жака — улыбающегося, в костюме тореадора. Живым, из плоти и крови, она впервые увидела его именно тореадором из «Кармен».
Было приятно наткнуться на фотографию милой доброй Элен. Правда, подпись под снимком гласила: «Неизвестная хористка, подруга печально знаменитой Беллы, которая, по слухам, покорила сердце Жака Лефевра и, возможно, стала косвенной виновницей его гибели».
Белла застонала, и книга запрыгала в ее дрожащих руках. Она стремительно читала все, что относилось к убийству Жака: как его нашли на сцене с ножом в спине, как шло полицейское расследование и как тяжкое подозрение пало в первую очередь на Клода Фор-чуна и Андре Дельгадо, которые позже были оправданы по всем статьям. С ужасом девушка прочитала захватывающие строки:
«Затем все внимание отчаявшихся детективов, занятых поиском виновного в убийстве, мало-помалу сосредоточилось на таинственной фигуре Беллы, бывшей, как говорили, любовницей погибшего и бесследно исчезнувшей сразу после убийства. Стала ли эта загадочная хористка косвенной виновницей гибели своего возлюбленного, возбудив бешеную ревность в одной из певиц или танцовщиц? Можно ли предположить, что неведомый убийца напал с ножом на нее, а Жак Лефевр получил удар в спину случайно, лишь потому, что бросился ей на помощь? Или же исчезновение девушки имело куда более зловещую причину? Согласно легенде, бытовавшей в театре, Жак Лефевр безумно любил Беллу, но при этом оставался завзятым волокитой. Не исключено, что он изменил Белле, и та отомстила ему. В этом случае бегство девушки указывает на то, что ее руки были обагрены кровью. Полиция лишь строила догадки. Что же касается нас, потомков, то, может статься, мы так никогда и не узнаем правду, которую таинственная Белла унесла с собой в могилу…»
Дочитав главу, Белла поежилась. Было не по себе от того, что профессор называл ее «печально знаменитой» и говорил о ней как о покойнице. Этот лысый Пибоди с умными серыми глазами посмел бросить на нее тень ужасного подозрения. Просто-таки возмутительно! Она не имеет никакого отношения к убийству Жака…
Или имеет? Вполне возможно, что именно ее присутствие в прошлом спровоцировало трагедию. Какая ирония: явилась из будущего, чтобы спасти, а превратилась в черную фигуру смерти. Похоже, она куда больше поможет Жаку, если будет держаться подальше от его эпохи и прекратит попытки избежать трагедии — те самые попытки, которые и подталкивают Жака к гибели!
Белла горестно вздохнула и захлопнула книгу. Оказалось, что исследования профессора Пибоди не ответили на ее вопросы, а только породили новые, довольно неожиданные. Книга, увы, не давала ответ и на такой существенный вопрос: присутствовала ли она в театре во время убийства Жака? То, что он защищал ее и погиб именно в этот момент, было лишь малообоснованной версией. После убийства Беллу разыскивали, но никто не мог вспомнить, когда именно она исчезла — сразу после гибели Жака или за три дня до этого. Так что бедной девушке было не за что зацепиться в своих размышлениях.
Она долго сидела на скамейке, безуспешно ломая голову над тем, что же делать. Но образ Жака, лежащего в луже крови в ста годах от нее, был настолько жуток, что заставил Беллу принять окончательное решение. Да, она обязана вернуться в то время. Сидеть сложа руки нельзя. Надо попытаться спасти его, даже с риском стать причиной его гибели!
* * *
— Как ты себя чувствуешь, ба?
Изабелла улыбнулась внучке из своего кресла-качалки.
— Замечательно. Сегодня вечером возвращаешься к Жаку?
Белла рассмеялась.
— Как ты догадалась?
— По решительному выражению твоего лица, деточка. Ну, что дал визит к профессору Пибоди?
— Кучу информации, — ответила Белла, протягивая бабушке увесистый том. — Он подарил мне свою книгу. Почитай, тут много любопытного.
Изабелла вынула очки из кармана халата и прочитала название — «Привидение Французского квартала».
— Слышала, слышала про эту книгу, — сказала она, — а вот прочитать не удосужилась.
— Я несколько часов сидела над ней в парке Одюбон.
— И что вычитала?
Белла устало присела на табуреточку для ног.
— Ба, я выяснила, что мои приключения в той эпохе исторические. Профессор Пибоди узнал легенду о женщине, которую любил Жак Лефевр. Ее звали Белла.
— Господи!
— Профессор выдвигает гипотезу о том, что именно Белла послужила косвенной причиной гибели Жака. Или даже сама его убила.
Бабушка нахмурилась.
— Хорош профессор! Но мы-то знаем, что ты его не убивала!
— Что я его не убивала и вообще не способна кого-либо убить — это понятно. Ну а в том, что не я стала причиной гибели Жака, я уже не столь уверена. Мне и прежде приходило в голову, что наша любовь может нечаянно разбудить ревность и смертельную ненависть в каком-нибудь женском сердце.
— А есть ли у профессора более серьезные предположения касательно личности убийцы? — спросила бабушка, листая книгу.
— Ничего, кроме гипотез. Таких же слабо аргументированных, как и версия о том, что Жака убила я — собственными руками. Кстати, по данным Пибоди, Белла после убийства исчезла.
У бабушки был встревоженный вид. Она сняла очки и промолвила:
— Сегодня сто лет со дня его смерти… Как, по-твоему, деточка, сумеешь переписать историю?
