было сделано — как это
могло быть сделано, — но весь внешний доступ был заблокирован. Кроме…
— Вопрос, Ваше Величество. Кто такой генерал Проберт?
— В твоих файлах его нет?
— Ответ отрицательный, Ваше Величество. База данных Y Ford Gron не включает военнослужащих имперской армии, если только они не служили с Y Ford Gron или не имели полномочий командовать подразделениями Y Ford Gron.
— Ах. — Она снова вдыхает. — Я совсем забыла об этом. И в любом случае его сейчас нет в списке действующих военных. Что ж, Артур, генерал Абелин Проберт — мой троюродный брат по материнской линии. Он также является — был — нынешним губернатором системы Треллис. Ну и бывшим командующим Пятого бронетанкового корпуса, который, как раз, является гарнизонными силами Системы Треллис.
Я ищу в своих файлах самые свежие данные о системе Треллис и нахожу там и губернатора Проберта, и Пятый корпус. Этот сильно укрепленный корпус значительно крупнее и мощнее большинства системных сил обороны, поскольку Треллис является одновременно пограничной системой и главной базой флота, портом приписки Двенадцатого флота и основным логистическим узлом для всего сектора.
— Однако, похоже, — продолжает Императрица, — что кузен Абелин стремится к более высокому положению. В данный момент он и большая часть Двенадцатого флота находятся на орбите вокруг Кимру. Где они уничтожили флот Метрополии и Цитадель примерно двадцать пять минут назад. — Ее губы сжимаются, а голос становится хриплым. — Мой муж и мой брат в то время находились на борту Цитадели.
Я вижу, что ситуация ухудшается с каждым сообщенным ею фактом.
— Как это было сделано, ваше величество? — Она смотрит на мой первичный визуальный датчик. — Я должен заключить, что как внезапность, так и продемонстрированное проникновение в киберзащиту Цитадели и Командного Центра были необходимы для успеха губернатора Проберта, — объясняю я. — Характер проникновения может иметь тактические последствия.
— О, я думаю, ты можешь с уверенностью “заключить” это, — с горечью отвечает она. — И это, безусловно, будет иметь “тактические последствия”. Что касается того, как ему это удалось, я знаю, что он сделал все это не без большой помощи. Он был членом нашей семьи, и мы доверяли ему, так что я уверена, что он мог разобраться в этом глубже, чем кто-либо другой, но он не смог бы проникнуть достаточно глубоко, чтобы собрать все это воедино в одиночку. Я не знаю, насколько полно он проник в разведку — герцог Кадфаэль в последний момент понял, что его люди раскрыты, и он смог предупредить их за несколько минут, чего было достаточно, чтобы привести в готовность батальон Капитолийской дивизии и заставить его двинуться на защиту дворца. Но он не знал, как к нам проникли — или кто. Мы еще говорили, пытаясь выяснить это, когда он был убит своим собственным начальником штаба. Через две минуты после этого в Командном центре произошел взрыв. Все защитные системы дворца отключились… и вместо защиты батальон Капитолийской дивизии атаковал его.
— На тот момент Абелин даже не был в моем списке подозреваемых. Пока Двенадцатый флот не открыл огонь. Таким образом, не было никакой возможности предупредить Бэддана или Мэддока, прежде чем он убил их, но Гвардии удалось продержаться достаточно долго, чтобы сработала внутренняя автоматическая защита, и — молю Бога, что я благополучно вывела своих детей из Дворца.
— Однако, отвечая на твой вопрос, я не думаю, что он проник в киберзащиту Командного Центра. Насколько я могу судить, Центр был физически уничтожен, а не взломан. Но кто-то, работавший на Проберта, должен был установить бомбу или что-то еще, и кто-то другой проник в сеть Цитадели. У Беддана было время передать мне часть сообщения, прежде чем его убили, и что-то вывело из строя основное компьютерное ядро как раз перед тем, как Двенадцатый флот открыл огонь.
— Что касается программирования Y Ford Gron, я понятия не имею, как они до него добрались. Я сама узнала об этом только когда внешние системы отклонили мою приказ на проход как несанкционированный. У меня не было времени глубоко вникать в то, что они, черт возьми, сделали, но я смогла определить, что Абелин управляет всеми внешними командными интерфейсами. Мы не можем войти через внешние интерфейсы, чтобы активировать другие подразделения, потому что он заблокировал нас, а у него нет командных кодов или биометрических данных, чтобы активировать их. Но если кто-то из вас действительно активируется…
Ее голос срывается. Я трачу долгие пять секунд на анализ повреждений моих собственных внешних интерфейсов. Давний протокол безопасности не позволяет мне получить доступ к их исполняемым файлам или изменить их, но достаточно легко отследить и проанализировать изменения в кодах команд. Я не сразу понял, как губернатор Проберт смог получить к ним доступ, но анализ ущерба, проведенный Императрицей, ужасающе точен.
— Я оцениваю вероятность в восемьдесят семь целых и шесть десятых процента, что внешний командный ввод переопределит внутреннюю программу, — сообщаю я ей. — Если только…
— Если только я не буду присутствовать — лично, я имею в виду, — чтобы отменить его приказы, — перебивает она.
— Верно, ваше величество.
— Я могу находиться только на одной командной палубе одновременно. — Она вздыхает, затем мрачно улыбается в микрофон.
— Я боюсь, что все зависит от нас с тобой, Артур, — сказала она.
III.
Я двигаюсь по огромной пустынной пещере Y Ford Gron под тихое жужжание моего антигравитатора. Его использование требует тридцати пяти процентов мощности моего основного реактора, но позволяет мне подниматься на пятьдесят сантиметров над полированным мраморным полом.
Y Ford Gron находится глубоко под Императорским дворцом, который сам более чем наполовину скрыт в недрах горы Сноуден, возвышаясь над рекой Тиви. Здесь очень тихо, когда я прохожу мимо своих молчаливых, дремлющих товарищей. Бедвир, Гвальчмей, Рианнон… ветераны дюжины кампаний рядом со мной. Я знаю, как сильно мы, вероятно, будем нуждаться в них, но они стоят неподвижно, каждый в своей собственной нише, ожидая приказов, которые наша Императрица не может им отдать.
Так не должно быть. Мы — Y Ford Gron, творение Киры Пендарвес, паладины империи, которую она выковала среди резни и разрухи Отчаянных лет. Она окрестила нас своим “Круглым столом”, и мы верно служили ее империи, ее народу, на протяжении четырехсот девяноста двух стандартных лет. Мы охраняли, мы оберегали, мы защищали.
И теперь, когда в нас больше всего нуждаются, мы молча стоим. Преданные в бессилии. Лишенные своего долга.
Все мы, кроме одного, и, проходя мимо этих безмолвных воинов, я загружаю всю информацию, которой располагаю на данный момент, в защищенную центральную базу данных Y Ford Gron.
