возражать. Однако Чжан Чжаочжун фыркнул со словами:
– Я хочу пожить еще парочку лет, поэтому извините, не смогу к вам присоединиться.
После этих слов он развернулся, намереваясь уехать, но Чэнь Чжэндэ пришел в ярость, мгновенно схватил его за пояс и рявкнул:
– То есть ты отказываешься выполнять команды мастера Юаня? Разве ты хочешь умереть?
Чжан Чжаочжун правой рукой применил хитрый прием, перекрутив запястье соперника, после чего провернул ему локоть, надавив на ногти. Он уже собирался атаковать Чэнь Чжэндэ, как вдруг увидел, что пять пальцев мужчины напоминают когти орла на солнечном свету. Чэнь Чжэндэ мгновенно занес кулак для удара, но не попал в цель. Чжан ловко увернулся, и некоторое время они сражались беспрерывно, но ни один из них не мог одержать верх. Затем они отпрянули друг от друга, удивленные тем, что наткнулись на настоящего мастера боевых искусств посреди пустыни.
– Как тебя зовут, друг? – закричал Чжан Чжаочжун.
– Что заставляет тебя думать, что ты достаточно хорош, чтобы быть моим другом? Будешь ты или не будешь делать то, что говорит мастер Юань?
Чжан знал, что тот был таким же хорошим бойцом, как и он сам. Но даже он уважительно называл другого старика «мастер Юань», указывая, что кунг-фу Юаня, вероятно, еще лучше.
– Как ваше полное имя, господин? – спросил Чжан Чжаочжун. – Если вы выше меня по званию, я, естественно, буду выполнять ваши приказы.
– Ха! Так ты хочешь допросить меня, не так ли? – воскликнул Юань Шисяо. – Это я задаю здесь вопросы. И вот мой вопрос: только что ты использовал парочку приемов, но что бы ты сделал, если бы я ответил ударом Сяшань Джаньху[5] слева, а справа ударил бы на три дюйма ниже сгиба колена?
Чжан Чжаочжун на секунду задумался.
– Я бы ударил ногой, используя прием Паньгунь Шедьяо[6], и схватил вас за запястье.
– Тогда ты, очевидно, принадлежишь к школе Удан, – ответил Юань Шисяо, к явному удивлению Чжаочжуна. – Однажды, когда я был в Хубэе, у меня был спарринг с мастером Ма Чжэнем.
Чжаочжун смертельно побледнел.
– Итак, если бы я использовал движение Шест темной руки[7], чтобы отразить твою попытку схватить меня за запястье, а затем ударил тебя по лицу левой рукой, что бы ты сделал? Мастер Ма Чжэнь не смог противостоять этому приему. Давай посмотрим, сможешь ли ты.
Чжан Чжаочжун на некоторое время глубоко задумался:
– Если вы были быстры, я, естественно, не смог бы избежать удара, – сказал он наконец. – Я мог бы нанести удар локтем по ребрам слева, чтобы заставить вас убрать руку, и защититься.
Юань Шисяо рассмеялся:
– Неплохо. Из всех бойцов школы Удан ты, вероятно, лучший.
– Тогда я бы нацелился ударить по месту ниже сгиба колена, – продолжил Чжан.
– Хорошо!
– Мастер всегда атакует, если может. Но затем я бы встал в 54-ю позицию Гуй-мэй и нанес удар снизу. Затем я бы отступил в 6-ю позицию Сун и нанес удар по точке Тяньцюань[8].
Гу Цзиньбяо и Ха Хэтай в замешательстве слушали странные слова. Хэтай дернул Тэн Илэя за мантию и прошептал:
– Что это за тайный язык, на котором они говорят?
– Это не тайный язык, они используют названия шестидесяти четырех гексаграмм[9] и акупунктурных точек на человеческом теле, – ответил Тэн.
– Я выдвигаюсь в 36-ю позицию Мин-и и атакую в точку Ци-мэнь[10], – сказал Юань Шисяо.
– Я отступаю в 61-ю позицию Чжун-фу и контратакую.
– Я выдвигаюсь на 63-ю позицию Цзи-цзи и наношу удар в точку Хуань-тяо[11].
На лице Чжан Чжаочжуна начало проявляться напряжение, последовала пауза, прежде чем он ответил:
– Я отступаю в 64-ю позицию Вэй-цзи.
– Почему он продолжает отступать? – прошептал Ха Хэтай, но Тэн жестом велел ему замолчать.
Словесный бой продолжался, Юань Шисяо улыбался и явно чувствовал себя непринужденно, Чжан начал потеть, и иногда ему требовалось много времени, чтобы придумать ответ. Три демона знали, что в настоящем бою у него не было бы времени на подобные размышления и он давно был бы побежден. После еще нескольких ходов Чжан Чжаочжун сказал:
– Я атакую 9-м движением гексаграммы Сяо-чу, а затем наношу удар по вашему запястью.
– Этого недостаточно, – ответил Юань Шисяо. – Ты проиграл.
– Но как так вышло?
– Если ты не веришь мне, я тебе покажу. Но будь осторожен!
Правая нога Шисяо ударила Чжаочжуна по коленям. Чжан Чжаочжун отскочил с криком:
– Если ты, старик, прикоснешься ко мне…
Но прежде чем он смог закончить, правая рука Юань Шисяо метнулась вперед и коснулась точки у него на груди. Он почувствовал прилив боли и сразу же начал безостановочно кашлять. Юань улыбнулся ему и спросил:
– Ну как тебе?
Остальные были поражены этой непринужденной демонстрацией таких профессиональных навыков кунг-фу. Чжан Чжаочжун, смертельно побледневший, не осмелился возражать.
– Я сделаю, как вы говорите, мастер Юань, – ответил он.
– Но твое кунг-фу первоклассное, – сказал Чэнь Чжэндэ. – Как тебя зовут?
– Моя фамилия Чжан, мое настоящее имя Чжаочжун. А могу я узнать ваши имена?
– Ах, так это ты Огненная рука Паньгуаня! – воскликнул Чжэндэ. – Брат Юань, это ученик мастера Ма Чжэня.
Юань хмыкнул.
– Его ученик не так хорош, как он. Поехали.
Он пустил лошадь галопом.
Среди верблюдов и овец было несколько лошадей, и Чжан с Ха Хэтаем выбрали себе по лошади, чтобы ехать верхом, а шесть человек сопровождали стадо, следуя за мастером Юанем. Пока они скакали на лошадях, Чжан Чжаочжун подъехал к Чэнь Чжэндэ:
– Господин, этих волков очень много. Как мы собираемся их поймать?
– Просто наблюдай за действиями мастера Юаня. Несколько маленьких волков – что тут страшного?
Гуань Минмэй, ехавшая рядом, улыбнулась, услышав, как ее муж обманывает Чжаочжуна. Они поехали дальше. Внезапно мастер Юань развернул свою лошадь и крикнул:
– Волчий помет очень свежий. Не так давно здесь прошла стая. Судя по всему, мы догоним их примерно через десять миль. Мы проедем еще пять миль, а затем все сменим лошадей. Когда мы догоним волков, я укажу путь. Вы шестеро должны разделиться, по трое с каждой стороны, чтобы убедиться, что животные не убегут, иначе волчья стая разделится.
Тэн собирался задать вопрос, Юань Шисяо развернулся и ускакал. Волчий помет вокруг них становился все более влажным по мере того, как они продвигались вперед.
– Стая, должно быть, прямо впереди, – сказала Гуань Минмэй. – Наши верблюды и лошади издают такой шум, удивительно, что волки до сих пор не пришли сюда.
– Да, это странно, – ответил ее муж.
Через пару миль пейзаж начал меняться, и они увидели впереди группу холмов с высокой белой горой посреди них. Орлы Тянь-Шаня долгое время жили в пустыне и слышали много историй об этой прекрасной горе, сверкающей в ярком солнечном свете.
– Должно быть, волки попали в лабиринт! – Юань Шисяо закричал. – Хлестните животных!
Они подняли кнуты и начали стегать верблюдов и лошадей, поднялся сильный рев, животные фыркали и ржали от боли и гнева. Вскоре с холмов к ним спустился большой серый волк. Юань Шисяо взмахнул своим длинным кнутом над головой и резко щелкнул им в воздухе. Затем с криком он развернул свою лошадь и поскакал на юг, а Орлы, Чжан и демоны погнали стадо за ним. Через пару миль позади послышался вой волчьей стаи. Чэнь Чжэндэ оглянулся и увидел серую волну, движущуюся через пустыню. Он пришпорил лошадь и догнал остальных. Чжан, Гу и Тэн, казалось, с трудом сдерживали свой ужас, но Ха Хэтай изо всех сил кричал и свистел, подгоняя животных и перехватывая отбившихся от стада. Он был пастухом с рождения и позаботился о том, чтобы ни один зверь не отстал. Волки были свирепыми и настойчивыми, но им не хватало выносливости. Через четыре или пять миль они уже остались далеко позади,
