еще через пять миль Юань крикнул:
– Давайте отдохнем немного!
Они спешились и поели немного, пока Ха Хэтай возился с животными. Когда волки начали приближаться, они снова помчались. Таким образом люди продолжили путь на юг, время от времени останавливаясь для отдыха. Позже, в тот же день, появились два мусульманских всадника, которые галопом неслись навстречу.
– Мастер Юань, – кричали они. – Сработало?
– Они приближаются, они приближаются! – крикнул он в ответ. – Скажи всем, чтобы приготовились. Всадники развернулись и поскакали вперед.
Некоторое время спустя они заметили огромную круглую стену, поднимающуюся из пустыни, по меньшей мере сорока футов в высоту, с единственным узким входом. Стая волков приближалась к ним. Когда Чжан Чжаочжун достиг ворот, он на мгновение замешкался, натянул поводья своей лошади и объехал стену. Увидев это, Тэн Илэй и Гу Цзиньбяо тоже потянули своих лошадей в объезд. Юань Шисяо въехал в проем, стадо животных последовало за ним. Орлы прогнали их через ворота, а затем разошлись в стороны как раз в тот момент, когда появился первый волк. Огромная волчья стая ворвалась в вольер и бросилась на животных. Когда последний волк оказался внутри, прозвучал рог, и несколько сотен мусульман выскочили из траншей по обе стороны от входа, каждый мужчина нес на плечах мешок с песком. Они бросились к выходу, и через мгновение проход был полностью перекрыт.
Пока они хлопотали, Чжан Чжаочжун задавался вопросом, что случилось с Юанем внутри этого строения. Он увидел несколько десятков мусульман, стоящих на вершине стены, спрыгнул с лошади и взбежал по лестнице, оказавшись наверху как раз в тот момент, когда мастера Юаня поднимали на веревке. Он взглянул вниз, в яму, и подпрыгнул в испуге: там были сотни верблюдов, лошадей и тысячи голодных волков, рвущих их на части. Шум был ужасающий, кровь хлестала во все стороны. Сооружение было построено из песчаниковых кирпичей, более тысячи футов в окружности, а его стены были покрыты грязью так, чтобы не было возможности опереться и выбраться оттуда. Юань стоял с Орлами на вершине стены, от души смеясь, очень довольный собой.
– Эта волчья стая терроризировала горы Тянь-Шаня в течение сотен лет, но ты уничтожил ее, мастер Юань, – сказал Чэнь Чжэндэ. – Ты оказал людям огромную услугу.
– Для этого нам всем потребовалось объединиться. Как бы я смог сделать это в одиночку? – ответил он. – Только на возведение этого сооружения у трех тысяч человек ушло полгода. Вы также оказали большую помощь сегодня.
– Боюсь, пройдет много времени, прежде чем все эти волки окончательно умрут от голода, – сказала Гуань Минмэй.
– Конечно, особенно после того, как они полакомились животными там, внизу.
Из толпы мусульман внизу раздались одобрительные возгласы, и несколько их лидеров подошли, чтобы выразить свою благодарность мастеру Юаню и остальным. Мусульмане принесли баранину и кумыс, чтобы гости могли подкрепиться.
– Госпожа Хуо Цинтун победила маньчжуров у Черной реки, а мы победили здесь волков, – сказал один из командиров мусульман. – Теперь, когда волки пойманы, мы можем пойти и поискать ее…
Он остановился, заметив Чжан Чжаочжуна, одетого в форму маньчжурского офицера, стоящего рядом.
– Мастер Юань, мне нужно обсудить с тобой кое-что важное, – сказал позже Чэнь Чжэндэ. – Пожалуйста, удели мне минутку.
– Ха! К старости ты научился кое-каким манерам, – ответил Юань Шисяо, удивленный его официальностью.
– Моральный облик твоего ученика очень плох, и он нуждается в суровой дисциплине.
Юань Шисяо выглядел пораженным.
– Кто? Чэнь Цзялуо?
– Да.
Чэнь Чжэндэ рассказал ему о том, как Цзялуо сначала завоевал сердце Хуо Цинтун, а затем переключил свое внимание на ее сестру.
– Он очень надежный, – твердо сказал мастер Юань. – Он никогда бы так не поступил.
– Мы видели это собственными глазами, – добавила Гуань Минмэй и рассказала о том, как в пустыне они встретили Цзялуо и принцессу Касили. Мастер Юань мгновение смотрел на них, затем он гневно взорвался.
– Я согласился стать его приемным отцом, – воскликнул он, – растил его с детства! И теперь происходит это. Как я смогу встретиться с ним в другом мире?
Когда Гуань увидела гнев, страдание и слезы в его глазах, она была разочарована и расстроена. Гуань Минмэй сказала низким голосом:
– Будет лучше, если мы расскажем друг другу правду открыто и честно, чтобы не держать ее в себе десятилетиями, причиняя вред другим и себе.
Он посмотрел вдаль и вздохнул:
– Мы должны пойти, найти его и расспросить с глазу на глаз.
Он спрыгнул со стены и вскочил на коня:
– Поехали! – он взревел и ускакал, Орлы последовали за ним.
Настроение Чжан Чжаочжуна поднялось, когда он увидел, что его враги уходят. Император послал его найти Чэнь Цзялуо и Благоухающую принцессу, и прежде, чем он вернется ко двору, ему хотелось убедиться, что их съели волки. Если они все еще живы, ему придется поймать их. Он знал, что кунг-фу Чэнь Цзялуо лишь незначительно уступало его собственному, и, если бы Хуо Цинтун присоединилась к Цзялуо против него, он проиграл бы, поэтому решил пригласить с собой и трех демонов. Он дернул Гу Цзиньбяо за рукав, и они вдвоем отошли на несколько шагов.
– Брат Гу, – прошептал он. – Ты скучаешь по этой красотке?
Цзиньбяо подумал, что Чжан Чжаочжун насмехается над ним.
– Тебе-то какое дело? – он ответил сердито.
– У меня есть счеты с Чэнь Цзялуо. Я хочу убедиться, что он мертв. Если ты пойдешь со мной, девушка твоя, если она все еще жива.
Гу колебался.
– Их, наверное, уже съели волки, – медленно произнес он. – И в любом случае, я не знаю, захочет ли брат Тэн пойти.
– Если их съели, то тебе не повезло, но ты не можешь знать наверняка. Что касается твоего брата Тэна, я поговорю с ним.
Чжан подошел к Тэн Илэю и сказал:
– Я собираюсь найти этого парня Чэня. Если ты захочешь помочь мне, его кинжал – твой.
Кто из изучающих боевые искусства не возжелал бы такого драгоценного оружия? Даже если Чэнь Цзялуо уже находится в брюхе волка, подумал Илэй, кинжал не съели бы. Он немедленно согласился.
– Брат Ха Хэтай, пошли, – крикнул он.
Ха Хэтай стоял на стене, оживленно обсуждая волчью стаю с мусульманами. Услышав зов Тэна, он обернулся и крикнул:
– Куда мы идем?
– Искать Чэнь Цзялуо и девушек. Если их тела не были полностью сожраны, мы можем похоронить их должным образом. Мы многим им обязаны!
Ха Хэтай уважал Цзялуо и немедленно согласился. Четверо получили от мусульман немного еды и воды, затем сели на коней и отправились обратно на север.
Около полуночи Тэн Илэй заявил, что хочет остановиться на ночь. Но Чжан и Гу настояли, чтобы они продолжили путь. Луна была высоко в небе, делая пейзаж похожим на серебристую гравюру. Внезапно чья-то фигура метнулась с обочины дороги в каменную могилу неподалеку.
– Кто это? – крикнул Чжан Чжаочжун, натягивая поводья своей лошади.
Прошло мгновение, и из отверстия между плитами появилась смеющаяся голова мусульманина.
– Я – труп из этой могилы, – сказал он.
На нем была шляпа с цветами, и, к великому удивлению Чжаочжуна и остальных, он говорил по-китайски.
– Что ты здесь делаешь, если ты труп? – Гу закричал.
– Я просто хотел прогуляться.
– Трупы ходят на прогулки?
Голова кивнула, а затем сказала:
– Да, да, ты прав. Я ошибся. Мне так жаль.
Он исчез обратно в дыре. Ха Хэтай расхохотался, но Гу Цзиньбяо был в ярости. Он спешился и просунул руку в могилу, желая вытащить мусульманина, но, пошарив внутри, ничего не нашел.
– Не обращай на него внимания, – сказал Чжаочжун. – Поехали.
Когда четверо развернули своих лошадей, они заметили рядом с могилой маленького тощего ослика, жующего траву.
– Мне до смерти надоели сухие пайки, – радостно сказал Гу Цзиньбяо. – Немного жареного ослиного мяса было бы кстати.
Он снова спрыгнул с лошади и собирался взяться за поводья осла, когда заметил, что у животного нет хвоста.
– Кто-то, кажется, отрезал хвост осла и уже
