отстранить его от командования, чтобы самому уже в качестве проконсула завершить войну с практически разгромленным царем Митридатом и присвоить себе все лавры победителя.
Лукулл пока не подозревал об этой опасности и, проведя зиму 71/70 года до н. э. в провинции Азия, наместником которой он был назначен, разработал грандиозный план по завоеванию всех земель, принадлежавших армянскому царю Тиграну II Великому (140–55), зятю Митридата, у которого последний нашёл убежище. Армения в тот период занимала огромную территорию, контролируя значительные части Кавказа, Киликии, Сирии, Финикии и Месопотамии. Ей подчинялись правители Великой Мидии, Мидии Атропатены и Гордиены. Однако прежде нужно было окончательно покорить Понтийское царство, чтобы не иметь врагов у себя в тылу. В течение 70 года до н. э. легионы Лукулла наконец-то взяли и сожгли Синопу, Амастриду и Гераклею. Кроме того, Лукулл потребовал у Тиграна выдачи Митридата, а когда тот ожидаемо отказал, объявил армянскому царю войну[94].
Весной 69 года до н. э. Лукулл начал завоевание Армении. Со своими легионами он перешёл Евфрат и Тигр и двинулся к Тигранокерту, чтобы осадить город. Узнав о гибели войска полководца Митробарзана, который должен был преградить путь римлянам, царь Тигран в страхе бежал на север, бросив город, гарем и сокровища. Однако вскоре он оправился от испуга и вернулся с огромной армией, желая снять осаду с Тигранокерта. Оставив Мурену с частью легионеров осаждать город, Лукулл с небольшим войском смело двинулся навстречу царю. На берегах реки Тигр 6 октября 69 года до н. э. он обратил армянскую армию в позорное бегство, хотя она значительно превосходила по численности римские войска. Вернувшись к Тигранокерту, Лукулл захватил и разграбил город, разделив царские сокровища между своими легионерами. Вскоре армия Лукулла была отведена на зимние квартиры в Гордиену, а сам римский полководец, воодушевлённый своими победами, стал разрабатывать план завоевания Парфии[95]. Однако Митридат и Тигран всё ещё не были сломлены и копили силы для реванша.
Тем временем в Риме Помпей активно интриговал против Лукулла, желая отнять у него управление Азией. Однако беда пришла совсем не с той стороны, с какой её ожидал Лукулл. Против него взбунтовались его же легионеры, наотрез отказавшись участвовать в парфянском походе, который намечался на весну 68 года до н. э. Скрепя сердце Лукулл был вынужден уступить своим солдатам и решил двинуться не в Парфию, а снова в Армению[96].
Летом 68 года до н. э. армия Лукулла продолжила завоевание Армении. Дойдя до Ванского плоскогорья, он встретился с объединённой армией Тиграна и Митридата, которая разбила укреплённый лагерь на одном из больших холмов. Цари не планировали вступать в бой с римлянами, желая вынудить Лукулла позорно отступить с приходом ранней армянской зимы. После нескольких неудачных попыток навязать царям бой Лукулл решил двинуться к Артаксате и осадить древнюю армянскую столицу, чтобы вынудить царскую армию покинуть укреплённый лагерь и броситься на помощь городу. Замысел Лукулла удался, поскольку Тигран, опасаясь за семью, гарем и сокровища, которые находились в Артаксате, снялся с лагеря и со своей армией поспешил за римским полководцем, чтобы преградить ему переход через реку Арсаний. На её берегах произошла кровопролитная битва, в ходе которой армия Тиграна была разбита, а сам царь бежал. После этого Лукулл решил продолжить поход на Артаксату, но, поскольку уже стояла осень и погода резко испортилась, его легионеры вновь подняли бунт и наотрез отказались идти на штурм города[97]. Плутарх так описывает эти события: «Уже в пору осеннего равноденствия неожиданно наступила жестокая непогода: почти беспрестанно сыпал снег, а когда небо прояснялось, садился иней и ударял мороз. Лошади едва могли пить ледяную воду; тяжело приходилось им на переправах, когда лёд ломался и острыми краями рассекал им жилы. Большая часть этой страны изобилует густыми лесами, ущельями и болотами, так что солдаты никак не могли обсушиться: во время переходов их заваливало снегом, а на привалах они мучились, ночуя в сырых местах. Поэтому после сражения они всего несколько дней шли за Лукуллом, а затем начался ропот. Сначала они обращались к нему с просьбами через военных трибунов, но затем их сходки стали уже более буйными, и ночью они кричали по своим палаткам, а это служит признаком близкого бунта в войске»[98]. В итоге римскому полководцу вновь пришлось уступить своим легионерам и повернуть назад, отводя войска на зимние квартиры. В этой ситуации против Лукулла начали интриговать многие его офицеры, возможно подкупленные Помпеем, в том числе и брат жены Лукулла – Публий Клавдий (Клодий) Пульхр[99].
В конце 68 года до н. э. Митридат с небольшой армией внезапно вторгся в своё Понтийское царство, оккупированное римлянами, и осадил находившегося в Кабире римского легата. Однако легионеры Лукулла наотрез отказались начинать боевые действия раньше весны 67 года. Лишь благодаря войску Триария осада с Кабиры была снята и легат освобождён[100].
В начале весны 67 года до н. э. Лукулл возобновил военные действия и, желая оказать помощь Триарию, двинулся на территорию Понтийского царства. Триарий же тем временем был разбит Митридатом и понёс большие потери[101]. Одновременно распространился слух, что Тигран с огромным войском идёт на помощь понтийскому царю. В довершение всего наместник провинции Азия Маний Ацилий Глабрион в соответствии с постановлением сената издал эдикт, согласно которому Лукулл лишался всех своих полномочий, а легионы его распускались. Однако Лукулл, не обращая на всё это внимания, двинулся со своими легионами навстречу Тиграну, желая воспрепятствовать объединению армянской армии с войсками Митридата. И тут легионеры Лукулла подняли третий и последний бунт. Усталые и частично подкупленные эмиссарами Помпея, они отказались следовать за Лукуллом, ссылаясь на то, что он более не их командующий, так как отозван эдиктом наместника Азии. Тщетно Лукулл пытался их уговаривать, даже умолять со слезами на глазах, – всё было напрасно. Легионеры заявили, что не двинутся с места, будут ждать неприятеля до конца лета, а если он не появится, подадут в отставку. Так и произошло: в конце лета практически все солдаты покинули Лукулла. Митридат же тем временем отвоевывал обратно своё царство, а Тигран безнаказанно опустошал Каппадокию и Вифинию[102].
В 67 году до н. э. римляне столкнулись ещё и с проблемой пиратства. Из-за ослабления Римского государства пиратство широко распространилось по всему Средиземноморью и не только стало серьёзной угрозой для мореплавателей и торговцев, но и резко осложнило снабжение Рима хлебом, что неизбежно должно было привести к голоду. По сообщению Плутарха, «могущество пиратов зародилось сперва в Киликии. Вначале они действовали отважно и рискованно, но вполне скрытно. Самоуверенными и дерзкими они стали только со времени Митридатовой войны, так как служили матросами у царя. Когда римляне в пору гражданских войн сражались у самых ворот Рима, море, оставленное без охраны, стало мало-помалу привлекать пиратов
