плечами, уставившись в пепельницу на столе. – Я просто люблю готовить.
Из меня вырывается тихий смешок, и Эмма тут же улыбается, подняв глаза.
– Эм, ты единственный ребенок в семье, кто пошел по его стопам. Это нормально, что ему хочется разделить с тобой свою страсть.
– Я знаю. Но от этого не легче. Я просто чувствую, что мне не место там, понимаешь?
– Понимаю.
Я чувствовала то же самое в Нью-Йорке.
Она сбрасывает пепел.
– Не знаю, как заставить его взглянуть на все моими глазами. Он еще упрямей меня.
– Может, тебе стоит пригласить его на открытие вашего ресторана?
Ее брови сходятся на переносице, словно до этого момента эта мысль даже не посещала ее.
– Думаешь, стоит?
– Так ты и не думала его звать?
– Нет. – качает головой и затягивается сигаретой. – Мне казалось, ему не понравится эта идея.
– И с чего ты взяла, что он не захочет увидеть свою дочь в действии?
Она выпускает дым, задумавшись.
– Когда я работала поваром в другом ресторане, он ни разу не изъявлял такого желания.
– Может, он просто ждал, когда ты проявишь инициативу. – делаю глоток кофе. – Поставь себя на его место. Ты уезжаешь в другую страну, отказываешься работать с ним. Думаю, он просто решил, что теряет тебя.
– Наверное, ты права. – нахмурившись, произносит она. – Позвоню ему завтра и приглашу на открытие в пятницу.
– Вот и молодец. – радостно подбадриваю я, отпивая еще кофе.
– Теперь ты.
Мне не хочется снова возвращаться в сегодняшний вечер, так что я максимально оттягиваю момент. Ставлю кружку на стол и достаю сигарету из ее пачки. Она молча протягивает мне свою зажигалку. Обхватив фильтр губами, поджигаю табак и пускаю дым через легкие. На мгновение они заполняются, тяжелеют, но после становится легче. Выпускаю дым.
– Шон предложил выйти за него.
На мгновение Эмма замирает, перестав даже моргать. Я пытаюсь прочесть реакцию на ее лице, но это трудно. Особенно, когда у меня самой не совсем адекватная реакция на это чертово предложение.
– Ага. – говорю я. – Значит, я не единственная, у кого брак не вызывает приступов ликования. Нас таких двое.
– Эммм, поздравляю? – не уверенно протягивает она, поднося сигарету ко рту одновременно со мной.
– Не думаю, что «поздравляю» подходящее слово.
– Ты что отказала ему?
– Нет.
– Значит, вы женитесь?
– Не уверена.
– Как так?
– Он не спрашивал меня, хочу ли я выйти за него. Просто сказал «давай поженимся». А потом еще и объявил это моим родителям.
– Стоп. Что? – она резко подается вперед. – Твоим родителям?
– Да, за ужином.
– Они в Париже?
– Эта вторая часть моего рассказа.
– Так, подожди. – встряхивает головой, туша сигарету, и берет еще одну. – Значит, Шон хочет женится на тебе, правильно? А ты что?
– Не знаю. – честно отвечаю я. – Я никогда не думала о браке.
Эмма неодобрительно качает головой.
– Дана, если ты за шесть лет отношений с парнем ни разу не представляла себя в свадебном платье, дело плохо.
– В каком смысле? – выпускаю дым и стряхиваю пепел.
Подруга поджимает губы.
– Одно дело, если ты не хочешь замуж совсем, но если ты не горишь желанием выходить именно за Шона это хреново.
– Но брак никак не изменит наших с ним отношений.
– А вот тут ты ошибаешься, подруга.
– Почему?
– Что такое брак? Это обещание, который один человек дает другому, обещание пройти вместе всю жизнь. Понимаешь? Всю. Жизнь. Если вы просто встречаетесь это не на всю жизнь.
– То есть, ты говоришь, я не хочу провести с Шоном всю оставшуюся жизнь?
– Это не я говорю, а ты.
Впускаю в себя побольше дыма.
– Я думала, ты не веришь в любовь и брак.
– Я не против брака и любви, просто думаю, что люди разбрасываются этими понятиями, не понимая, что не каждый способен найти любовь. Они женятся, дабы избежать одиночества, дают ложные обещания, а в итоге страдают.
Ее слова глубоко проникают под кожу, оставляя после себя осадок.
Неужели я действительно не готова к таким серьезным обязательствам как брак? Быть чьей-то женой? Что это вообще значит?
Это значит, что до конца своих дней я буду просыпаться с Шоном.
Это значит, что я увижу, как он стареет.
Это значит, спустя время завести детей, потому что я знаю, что он хочет их.
Это значит, что мы станем чем-то неразделимым.
Никто не создает драму вокруг расставания с парнем, но развод? Развод всегда звучит тяжелее. Словно ты не сдал какой-то экзамен. Словно ты провалился.
Почему я вообще думаю о разводе, когда даже не уверена, что хочу замуж?
Эмма права и я не хочу за Шона или же я вообще не хочу быть чьей-то женой?
Представляла ли я себя когда-то в свадебном платье идущей к алтарю? Да. Очень давно. Еще до того, как впервые поцеловалась. До того, как узнала о том, что такое отношения в действительности. Я представляла это потому, что не представлять было ненормально.
Тушу сигарету в пепельнице и хватаюсь за кружку, чтобы вернуть себе ощущение спокойствия, но сердце все равно начинает колотиться быстрее.
Боже, пусть это будет из-за никотина.
На следующее утро мы вместе с Эммой завтракаем, и после я натягиваю ее черные джинсы с открытым топом без рукавов. Мне приходится убеждать ее в том, что я не против, что это ее «домашняя» одежда, и что я не хочу надевать ее платья и юбки, от которых ломится шкаф. Вот настолько мы разные. Она предпочитает повседневную элегантность, а я просто повседневность с максимальным удобством. И это только верхушка айсберга, если говорить о наших различиях. Там, где Эмма собрана и сдержана, у меня сплошной хаос. Но наверное, именно поэтому мы и дружим столько лет. Противоположности притягиваются, и все такое.
Сев рядом с ней в вагоне метро, я невольно опускаю взгляд на свой телефон. Шон звонил утром несколько раз, и я как взрослый человек ответила, сказав что мы поговорим вечером, после моей работы. Он попросил скинуть адрес ресторана, и я отправила.
Нужно придумать, что сказать ему по поводу нашей свадьбы. Подобрать правильные слова, потому что чем больше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь в том, что не готова. Я не могу выйти за него. По крайней мере, не сейчас. Для начала мне просто необходимо встать на ноги. Самостоятельно. И может быть, тогда…
Господи, надеюсь он не решит, что я хочу расстаться. Я слишком много слышала историй, где «нет» становилось точкой невозврата. И в этом есть смысл. Если за шесть лет отношения не привели
