никто не ходит. Там между деревьев лежит то, на что бабушке Майе смотреть незачем.
— А посмотреть? — оживился Клэйн.
— Тебе особенно незачем.
Морган стоял рядом и молчал. Я в четвёртый раз вытер ладонь о штаны. Он проследил за движением, но промолчал. Толковый мужик.
Бабушка Майя пробилась ко мне через всех, сунула в руки флягу и велела пить до дна.
Я выпил.
Оставался последний момент, который я откладывал с самого леса.
Девяносто девять звёзд погасли. Без помощи они будут возвращаться по одной в день, но огненно-водный коктейль Ксении уже зажигал их раньше срока. До боя питомцев с Леопольдом оставалось полторы недели. Ждать три месяца я точно не собирался. Правда, коктейль будил родословную, а следующую вспышку одной волей будет скорее всего уже не удержать. Сначала придётся восстановить «Глубинный Полог» маски или подобрать дозу, которая зажжёт звёзды без полного пробуждения крови.
Вода у берега уже успокоилась. Я вернул флягу бабушке Майе.
Ну что ж. Значит, завтра садимся с Ксенией и Каталиной считать дозу.
Глава 5
Каталина поймала меня за локоть раньше, чем я успел дойти до раненых.
— Ив, задержитесь на минуту.
— Там Магда лежит, и Леона ещё никто не смотрел. Я подойду через…
— Я к вам всё равно вернусь, как только закончу с ними, так что давайте сэкономим друг другу вечер, — говорила она тем же тоном, каким объясняла мне устройство своего куба, только медленнее. — Ксения уже над ними работает, руки у неё хорошие. А вы сядете вон на тот ящик и дадите мне десять минут. Иначе через час я буду откачивать вас вместо них, и вот это будет обидно.
Я сел на ящик.
Спорить было незачем. Ноги держали меня из вежливости, и то без энтузиазма.
Она присела напротив, взяла мою кисть и положила два пальца на запястье. Потом на локоть и заглянула мне в глаза так близко, что я разглядел рыжие искры в её тёмной радужке.
— Каналы саднят? Скажите честно, по всей длине или местами?
— По всей. Как будто их изнутри протянули наждаком, а потом ещё разок, для верности.
— Это я поняла. В затылке гудит?
— Как в котле перед закипанием.
— А вместилище? И не говорите мне «нормально», я всё равно посмотрю сама.
— Дно. Сухое, хоть подметай.
Каталина щёлкнула замками ящика. Внутри лежали ряды флаконов, переложенные полотном, и она вела по ним пальцем, будто читала строчки в гроссбухе Моргана.
— Обычно в таком состоянии человеку дают «Возвратный поток». Одним ударом наполняет вместилище, и половина городских дуэлянтов после него ходит с обожжёнными каналами. Вам его нельзя. Ваши каналы сейчас как размокшая бумага.
— А что можно?
— Более слабые составы, понемногу и часто.
Она отмерила в крышечку тёмную густую каплю, разбавила водой из фляги и подала мне.
Вкус был травяной, с горькой ноткой на самом дне.
Секунд десять ничего не происходило. Потом по каналам растеклось тепло, и в чёрной глади Звёздного Моря что-то шевельнулось. Я заглянул внутрь и чуть не рассмеялся.
Ведро воды. В море.
Буквально: посреди тёмной бескрайней глади лежало круглое пятно живой энергии размером с монету. Девяносто девять звёзд по кольцу орбиты висели тусклыми угольками и загораться не собирались.
— Ну как? — спросила Каталина.
— Терпимо.
— Вы сейчас соврали, причём даже не постарались этого скрыть.
— Терпимо для человека, который сегодня работал больше, чем планировал.
Она хмыкнула и принялась отмерять ещё порции зелья.
К четвёртому флакону я почувствовал, что духовные силы и правда возвращаются. Не полностью, конечно: запас вырос до размера пруда, но это всё равно лучше, чем ничего. По крайней мере, я смогу вызвать несколько духовных хлыстов или использовать другие несложные техники культивации.
Ещё через пару флаконов я решил, что пора приступать к работе.
Таскать ящики полезно: голова при этом занята делом и перестаёт лезть с вопросами.
Мы перенесли раненых в тень, к самой кромке леса, где песок был холоднее. Ксения обходила лежащих с флягой. Магда лежала на боку, дышала неглубоко и молча. Леон попытался встать, но его уложили обратно, и он обиделся.
Клэйн с Адрианом собирали разбросанные по пляжу вещи: сеть Гарольда, весло, чей-то сапог, тряпьё, миски. Мяч, из-за которого всё началось, Клэйн нашёл в кустах у воды и притащил ко мне с видом человека, который принёс голову врага.
В лес никто не ходил.
Бабушка Майя сидела на перевёрнутой корзине с перевязанной головой и держала спину прямо, как в собственной гостиной. Морган стоял рядом, и на его лице читалось всё сразу: сколько людей, сколько ран, сколько это будет стоить и почему он их не отговорил.
А Элиза сидела на песке чуть в стороне, у самой воды, обхватив колени.
Я подошёл и сел рядом.
Она не повернулась. Смотрела на людей в тени: на замотанные предплечья Гарольда, на зафиксированные рёбра Магды, на заплывший глаз Клэйна, на бабушкину повязку. Смотрела и молчала, точь в точь как отец. Потом у неё задрожал подбородок.
— Это всё я, — сказала она.
— Что ты?
— Остров. Это я его предложила. Я сказала, что тут красиво, что ученицы с семьями здесь отдыхали. Гарольд ведь предупреждал нас. Он прямо сказал, что это за пределами охраняемых вод. А я… я так хотела, чтобы всё получилось хорошо.
Слёзы у неё потекли беззвучно, что хуже всего. Плачущего навзрыд хотя бы слышно, а она сидит молча, а слёзы текут.
Я обнял её за плечи и притянул к себе.
Она уткнулась мне в плечо, потом вспомнила про рубаху и дёрнулась, но я держал крепко.
— Слушай сюда, — сказал ей. — Гарольд предупредил. Я услышал его. И решил ехать. Ты предложила место, а команду туда повёл я, лодки спускали на воду по моей команде, и в лес их уводил тоже я. Это моё решение, значит и моя ответственность мой. Ты тут ни при чём.
Элиза шмыгнула носом.
— Ты меня утешаешь.
— Просто объясняю, как оно есть на самом деле.
Она всё равно фыркнула и вытерла нос запястьем. Тут бабушка Майя постучала тростью по корзине.
— Девочка. Я старуха и в ловушки хожу редко, а сюда поехала сама. Меня никто на лодку силком не тащил.
— Меня тоже никто, — Гарольд перекладывал свёрток с
