делать, лучше быть на виду, как и ты. А некоторыми делами заниматься в тишине. Что скажешь?
— И когда ты успел пройти путь от молодого практика, у которого ветер в голове, к практику, имеющему достаточно денег на вступление в Гильдию? Это большая сумма.
— Ты скажи, что думаешь?
— Нет, я так не играю. Твоё мнение — это твоё мнение и решение. Я не собираюсь на него влиять. Гильдия несмотря на то, что мы работаем за ее спиной — это защита и помощь в развитии, пусть и за деньги. Тебе помочь с деньгами?
— Нет. — твердо сказал я. — Придется разменять остатки золота.
— Золото? — она повернулась ко мне, и на её лице появилось неподдельно удивление. — У тебя есть золото? Откуда?
— Из прошлой жизни, — ответил я уклончиво, рассказывать ей про Степь, башни, что я был солдатом армии, было бы слишком, и она это поняла, не стала давить, только кивнула. Я думал, Аньсян предложит разменять золото, но она ни слова не сказала. Банк гораздо страшнее чем какая-то гильдия и секта.
— Тогда делай это сейчас, завтра привезут артефакт о котором мы говорили, на ремонт, и посмотрим, что можно сделать по заказам быстрее. Ты ведь не идешь на Этажи?
— Нет, сказал капитану что испугался бандитов. — ответил я честно. — Так что минимум одну неделю пропущу, а значит впереди три недели в городе, нужно будет еще съездить по делам за город.
Через два часа, я, собрав всю сумму, посетив, собственно Банк, уже стоял на пороге Гильдии рунных дел, разглядывая внутреннее убранство.
Главный зал был просторным, с высоким потолком, поддерживаемым деревянными балками, на которых тоже были руны, светящиеся мягким светом, освещающие пространство ровно и без теней. Вдоль стен стояли витрины с образцами работ мастеров гильдии, рунные клинки, браслеты, амулеты, светильники, каждый с табличкой, на которой было написано имя создателя и краткое описание функций.
Я остановился у одной из витрин, разглядывая меч с рунами, выгравированными вдоль лезвия. Работа была хорошей, очень хорошей, линии ровные, переходы плавные, но в ней не было той элегантности, которую я видел в работах древних или даже в своих собственных, когда всё складывалось правильно.
— Чем могу помочь? — голос прозвучал справа, и я обернулся, увидев молодого парня лет двадцати, в простом синем халате с эмблемой гильдии на груди, который стоял за стойкой и смотрел на меня с выражением вежливого любопытства.
— Я хочу вступить в гильдию, — сказал я, подходя ближе.
Парень кивнул, словно слышал это каждый день, что, наверное, так и было, достал из-под стойки толстую книгу в кожаном переплёте и раскрыл её на чистой странице.
— Имя?
— Тун Мин. — воспользовался я впервые именем придуманными Аньсян.
— Возраст?
— Семнадцать.
— Уровень практики?
— Последняя стадия закалки костей.
Он записал всё это, макая кисть в чернильницу. Я заметил, что рука у него была твёрдой, движения точными, как у человека, который делал это тысячу раз и мог бы писать с закрытыми глазами. Явно умеет писать руны.
— Где обучались?
Я помедлил. Это был вопрос, на который у меня не было готового ответа, который бы звучал убедительно, но потом решил, что лучше сказать правду, пусть и не всю.
— Самоучка. Мой мастер погиб во время Звёздного дождя, успел передать мне только основы.
Парень даже взгляд не поднял, просто записывал мои слова. Это было хорошо. Хорошо, когда всем плевать что у тебя за спиной.
— Понятно. Вступительный взнос пятьсот серебряных монет. Оплата сразу, возврату не подлежит, даже если не пройдёте экзамен. Согласны?
— Да.
Я достал кошелёк, вытащил оттуда чек на пять сотен серебряных монет и положил на стойку. Это было лучшее решение чем таскать такую кучу монет с собой, да и по весу прилично. Парень внимательно его изучил, кивнул, убрал в ящик под стойкой и продолжил писать.
— Оплата принята, хотите назначить день экзамена?
— Я готов прямо сейчас, — сказал я. — Если можно.
Не видел смысла тянуть. Это не экзамены на Земле, когда можно поискать ответы в интернете. Бесплатно информацией никто не поделится и я уверен, что никто из тех, кто связан с гильдией, не станет просто так помогать новичку. Я не вхожу ни в какую секту, за мной не стоит богатая и сильная семья, так что нужно просто действовать.
— Да, мы принимаем круглосуточно. Следуйте за мной.
Парень вышел из-за стойки и повёл меня через зал к лестнице, ведущей на второй этаж. Мы поднялись, прошли по коридору, где из-за закрытых дверей доносились звуки работы, и остановились у одной из них, на которой висела табличка «Экзаменационная мастерская № 3».
— Здесь будете работать, — сказал парень, открывая дверь. — Мастер Фань придёт через час, чтобы объяснить правила и принять экзамен. Удачи.
Дверь открылась ровно через час, в мастерскую вошёл человек, которого я сразу определил как мастера Фаня. Он был старым, лет семидесяти, может даже больше. Седые волосы были собраны в тугой узел на затылке, а глаза, маленькие и острые, смотрели на меня с выражением, в котором не было ни доброты, ни злости, только холодная оценка, как если бы он смотрел не на человека, а на очередную заготовку, которую нужно проверить на качество.
— Тун Мин, — произнёс он сухим голосом. — Семнадцать лет, последняя стадия закалки костей, самоучка. Интересное сочетание.
Он подошёл к столу, положил на него свёрток, который держал в руках, и развернул его, обнажив несколько листов бумаги с записями.
— Прежде чем мы начнём, я объясню тебе структуру Гильдии. Судя по твоей анкете, ты понятия не имеешь, во что ввязываешься, — он окинул меня взглядом, но я промолчал, спорить с экзаменатором было бы глупо. — В Гильдии восемь классов мастерства. Восьмой класс, это подмастерье. Такие могут работать только под надзором мастера более высокого класса, знают одну-две руны, умеют их рисовать и запитывать этером, но не более того.
Он сделал паузу, словно ожидая, что я скажу, мол давайте-сюда, попробуем, но я молчал, слушая внимательно, и я не хотел упустить ни одной детали.
— Седьмой класс, это ученик, — продолжил Фань. — Ученики знают от пяти до двадцати рун, умеют их рисовать, комбинировать в простые связки, создавать базовые артефакты. Светильники, камни подогрева, одноразовые барьеры, вещи, которые используются в быту или для простых задач.
Он взял один из листов, пробежал глазами по записям и положил обратно.
— Шестой класс, это младший мастер. Знают до пятидесяти рун, умеют создавать сложные артефакты, работать с металлом, камнем, деревом, интегрировать накопители. Это уже серьёзный уровень. Пятый класс, мастер. Четвёртый, старший мастер. Третий, великий мастер.
