заметил, чтобы командир отряда Абузар пользовался связью в виде артефактов «мобила». А ведь он выполняет специальную задачу своего хана, а значит должен докладывать о своих действиях. Я уже понял, что целью похищения был именно я. А ещё я обратил внимание, что ортары обвешаны амулетами, таким образом подтверждается, что среди орков и их метисов одарённость слишком редкий фактор. Любопытно бы посмотреть на их шаманов. За размышлениями не заметил, как ко мне подошёл, со спины, ортарин Гараф.
— Лекарь, в селении наших родичей есть больные. Абузар велел свозить тебя туда, если поможешь, то мы весь путь будем хорошо кормить твоих соплеменников, — произнёс Гараф на языке людей.
Я уже доел свою порцию, потому решил, что моя помощь даст возможность не голодать пленникам, если нас, конечно, не обманут.
— Хорошо, когда выдвигаемся? — спросил я кочевника.
Гараф молча указал в сторону лошадей. Через пять минут мы ехали к селу. Село Узунул расположено на берегу реки. Обычных в моём понимании домов я не увидел, это были юрты. Достаточно капитальные и приличных размеров. Между юрт сновали собаки и дети, такая картина мне вновь напомнила о феодальном строе. Меня завели в юрту, охрана у меня была, всё те же кочевники, только в этот раз они оружие не готовили, но явно находились настороже. В юрте меня поджидали три человека, видимо это и есть больные. Осмотр показал, что у этих людей за гноение бытовых ран. Лечение заняло не больше часа, я почистил раны, применил средние заклинания и наложил свежие повязки.
— Если будут менять повязки, скажи им, что следует использовать чистую ткань. Раны загноились от грязи, пусть соблюдают гигиену, — дал я совет Гарафу и вышел из юрты.
Сам Гараф о чём-то говорил с хозяевами юрты или с больными, я не слышал, но вышел он через десять минут, и мы вернулись в лагерь, где расположилась сотня кочевников, которые провели наш захват. По приезду я сразу завалился спать, по примеру кочевников улёгся на кошму, а под голову подставил седло. На рассвете кочевники выдвинулись в дорогу. В это раз всех казаков посадили нормально на лошадей, только руки оставили связанными. Вскоре я понял почему, скорость движения увеличилась. Абузар подгонял своих воинов, он куда-то торопился.
Июль 2002 год. Крепость Уральск. Бриз Сол. Эпизоды.
Бриз Сол злилась из-за того, что Егор не захотел брать её с собой в поездку по оказанию помощи больным в станицах. Она бы может поехала за ним тайно, но в какой-то момент Егор произнёс, что ей следует заниматься прокачкой дара. При чём сделал это в приказном тоне. Обет на год по долгу жизни не допускает ослушаться приказа того, кому ты отдаёшь долг жизни. Таковы правила традиций дроу. Хорошо, что Егор об этом не знает, но в этот раз он произнёс своё пожелание в приказном тоне, может быть сам не осознавая этого. Бриз подчинилась. Как назло, Лин Рал отлучился пару дней назад.
— Бриз, я получил поручение от нашего клана, мне надо отлучиться на несколько дней. Я так понимаю, вы некоторое время будете находиться в крепости? — сообщил Лин новость в день своего ухода.
— Егор говорил, что он будет заниматься опытами в лаборатории, а мне придётся сидеть в доме. Я его спрашивала, когда он планирует пойти в рейд. Он мне ответил, что в ближайшее будущее точно не пойдёт, у него какие-то новые наработки по зельям. Сколько ты будешь отсутствовать, Лин? — спросила Бриз, ей хотелось понять, насколько дней уедет её напарник.
— Минимум неделя, максимум десять дней, — ответил Лин.
Лин отправился по делам клана, а через два дня Егор заявил, что его отправляют в станицы, чтобы он лечил казаков на выезде. Первые два дня, после отъезда Егора, Бриз не беспокоилась. На третий день она обнаружила, что Егор забыл не только свой рюкзак, но и артефакт связи. Поступил звонок от деда Егора, Бриз взяла «мобилу» [6] и сообщила деду Егора, что младший Соколов выехал на лечение больных в станицу, но дома он забыл артефакт связи.
— «Как вернётся, пусть меня наберёт», — велел старший Соколов и отключился.
Бриз продолжала выполнять поручение Егора, заряженные артефакты она уносила в госпиталь, там брала несколько штук для подзарядки, глотала зелье и жемчужины мелких монстров и приступала к работе. На четвёртый день объявился питомец Егора, он выскочил будто из пустоты. «Хан» был тяжело ранен, его бок разорван. Зверёк еле двигался. Бриз сначала хотела позвать лекарей, но передумала. Ведь «Хан» не подпускал к себе никого, кроме Бриз. Небольшие знания лекарского искусства у Бриз имелись, плюс у неё были лечебные артефакты. Девушка почистила рану зверька, стянула иглой и нитью шкуру, после этого использовала артефакт лечения. Запасы печени монстров имелись в доме, в шкафу с артефактом холода. Егор держал эти запасы специально для питомца. Во время лечения питомец вроде как отключился. Но на второй день очнулся, начал фыркать и рычать. Бриз ничего не могла понять. Девушка знала, что Егор разговаривает с питомцем, но мысленно. Точнее питомец отвечает через телепатию.
— «Хан», ты можешь рассказать, что произошло? — произнесла вслух девушка, надеясь, что зверёк заговорит с ней, точнее передаст свои мысли.
Увы этого не произошло. «Хан» продолжал фыркать, рычать, только не скакал по комнате, так как у него от ранения совсем не было сил. А главное никакой передачи мыслей не происходило. Бриз откровенно растерялась. На следующий день Бриз в образе Марка Логинова пошла в госпиталь сдавать заряженные артефакты. Она с почтением обратилась к лекарям рода Соколовых, которые работали в отделении реабилитации и отращивания конечностей. Разговор состоялся с Луизой Зенгер.
— А, Марк, там у входа приготовлены для тебя пустые артефакты, — встретила Луиза слугу Соколова, когда он вошёл в ординаторскую.
— Добрый день, Луиза. От моего господина никаких вестей не было, а то он артефакт связи забыл дома? — спросила Бриз.
— У него там забот хватает, в двух станицах эпидемия отравления, так что не меньше двух недель провозится, — ответила Луиза.
Бриз не знала, как себя вести, но она чувствовала беспокойство. Пока Луиза принимала заряженные артефакты от слуги Соколова, появился второй лекарь Иван Журбин. Лекарь вошёл в ординаторскую с обеспокоенным видом.
— Что-то случилось, у тебя вид растерянный? — обратилась Луиза к Журбину, правильно расценив его беспокойство.
Бриз продолжала стоять возле стола, где лежали пустые артефакты, собираясь
