лесу в засаде находились эльфы и ополченцы во время первого сражения у города, об этом до сих напоминали сломанные ветки и вспоротый сапогами мох.
- Они здесь... Не обманули.
- Кто — они?
- Итак... - Шая выдержала драматическую паузу, наблюдая за реакцией Хелдора. В тот момент, когда он оказался в самом водовороте меха, когтей, острых, как ножи, зубов и алчущих крови пастей, эльфийка продолжила:
- Это не твои паладины в доспехах из бронзы. они больше похоже на… Более древних твоих сподвижников. Когда люди были ближе к природе.
- Я не ожидал, что тут будут… - Приходя в себя, произнес Хелдор.
- А кого ты ждал я приведу? Разъяренных птичек, белочек, зайчиков и бурундучков? – Ухмыльнулась Шая - Твои воины готовы, Хуунре. Веди их в бой.
- А ты?
- Я не очень-то люблю лезть в драки, в отличие от многих. Да и как-то мне не с руки, без своей тигрицы.
- Ты ездишь на тигрице?! – Удивленно воскликнул Хелдор.
Шая лишь ухмыльнулась:
- Легенды говорят, что раньше ты использовал для того мамонтов… И драконов. Так что не удивляйся ничему. И до встречи.
-Ма… кого? - ладно, неважно, вздохнул Хелдор, задумчиво осматривая свое дикое воинство.
Если бы кто-то мог быть свидетелем происходящего, то увидел бы человека, идущего вдоль кромки леса. Он шел во весь рост, не скрываясь, меч в его руке был обнажен. Ремни мягко поскрипывали, а плацкарт кирасы едва слышно позвякивал в такт размашистым шагам. Выставь гномы часовых — они бы его заметили, но навряд ли восприняли бы его всерьез. После той дерзкой вылазки, которую они совершили в город, Арн-Дейлцы до самого утра должны зализывать раны и считать потери.
Хелдор остановился, поравнявшись с лагерем. Если дозорные и были, то только у линии осады, но никак не здесь.
- Невежливо было бы не нанести ответного визита, - вздохнул Хелдор.
Он сделал шаг, второй, все также, не сгибаясь, идя к лагерю гномов. Вскоре на него стали попадать отблески факелов и жаровен. Случайный воин Свена, выбравшийся из шатра, видел, как за одиноким воином возникла черная, широкая и сгорбленная тень. Уродливые тени двоились, троились, разрастались в стороны, и казалось, что у этого странного воина выросли черные, пульсирующие в неверном свете факелом крылья.
Гном хотел закричать, но спазмом ему сдавило горло, и он замер на месте, не пытаясь пошевелиться. Неизвестный ступил в круг света и, не останавливаясь, рубанул несчастного наискось, перешагивая и целеустремленно двигаясь вперед. Сама тьма шла за ним с рычанием и хрипом и подвыванием, прорывая шатры, опрокидывая жаровни и факелы, убивая сонных и беззащитных воинов.
Кто-то, умирая, издал страшный крик, предупреждая остальных об опасности. Тьма, не пытаясь более проникать в лагерь тихо и плавно, вдруг обрела когти и клыки, взрезав ночь оглушающим, пробирающим до костей воем.
Хелдор прорубал себе дорогу мечом, освещавшим перед ним пространство на несколько шагов: проговорив несколько слов, он заставил меч светиться и сыпать искрами – но это, скорее, могло впечатлить и напугать противника, но не причинить ему вред. Гномы метались по лагерю, испуганно шарахаясь и от волколаков, и от него самого. С человеком, державшим в руках пламенеющий клинок и ведущим таких чудовищ за собой — наверняка шутки были плохо.
- Вперед, вперед, вперед! Убивайте их всех! Рвите на части! - Во всю мочь кричал Хелдор, пораженный проворством и жестокостью бестий. - Он напряжения его шрамы налились кровью, в свете мечущегося огня они приобрели отвратительный лиловый оттенок.
Один из коренастых воинов, набравшись храбрости, бросился Хелдору наперерез, занеся молот для удара. Тот подошел вплотную, гардой подцепляя воздетые руки гнома. Молот завалился назад, он близкого пламени волосы гнома стала тлеть, запахло паленой шерстью. Хелдор дернул коротышку за бороду, тот ударился носом о его кирасу, оставив кровавый след и бессильно сползая на землю.
Хелдор даже не собирался его добивать, намереваясь отпихнуть его ногой в сторону, но тот поднял голову, с ужасом глядя на Арн-Дейлца.
- Демоны... Ты привел к нам... Демонов...
Хелдор зло ухмыльнулся, склоняясь над гномом.
- Ты еще не видел демонов. Хочешь покажу?
Воин Свена открыл рот, не в силах выдавить ни слова.
Хелдор осмотрелся вокруг, тут же найдя небольшую ровную площадку.
Он проговорил несколько слов, меч загорелся ярче. Он воткнул его кончик в землю, легко водя им по земле.
Знак, рисуемый им, оставался не сколько на земле, сколько на жухлой осенней траве. Ночная изморозь обращалась в воду, протестующе шипя. На глазах у гнома, который боялся шелохнуться, буквально за пару минут появилась пентаграмма.
- И.. и что? - вдруг нашел в себе храбрости заговорить гном — ничего не произошло.
Вместо ответа Хелдор погасил меч движением руки, рассеивая чары, и убрал его в ножны. Вокруг было кровавое побоище, волколаки пленных брать не умели (у них лапки — прим. Автора), один из зверей прямо сейчас прыгнул на палатку, где копошились просыпающиеся противники, подмяв их под себя и переломав несчастным все кости, их вожак в тот же момент буквально разрубил надвое живот гнома, вставшего у него на дороге.
В двух шагах от него волколак, выглядевший помельче остальных, трудился уже над убитым — он отрывал куски от гнома, глотая их вместе с костями. Он стоял о четырех лапах, грязная шерсть клоками свисала с тощих ребер, а задние лапы жалко дрожали, когда он отрывал очередной кусок.
- Ладно, кажется, что ты наиболее подходящая жертва. Я не дам тебе умереть быстро, ты увидишь то, что я сейчас сотворю. - Хелдор достал кинжал и схватил гнома за руку, таща к отметинам на утоптанной земле. Гном, опомнившись, начал сопротивляться, пытаясь убежать, но он пнул его в поддых, что было мочи, и тот разом обмяк, пытаясь найти в себе силы вздохнуть.
Ножом он вспорол гному вены поперек, а потом провел лезвием вдоль, недовольный тем, как медленно текла кровь из раны. Пентаграмма стала подсвечиваться красным, а после того, как Хелдор распорол вторую руку одуревшего от крови гнома, она ярко засияла, не суля этому миру ничего хорошему.
- Какой ты здоровяк -командир пикинеров ударил гнома по лицу, не давая ему потерять сознание — мы с тобой вызовем
