после того, как в апреле штат посольства был сокращен. Но она... — Иззи пожала плечами.
— Серена...
Иззи кивнула.
— Если мне удастся ее найти, я смогу образумить ее и вытащить отсюда.
— А другие члены твоей делегации знают, что ты задумала?
— Нет, — она так крепко вцепилась в лямки своей сумки, что я почти ожидал, что они начнут кричать. — И я знаю, что ты тоже не собираешься им рассказывать.
Я оттолкнулся от двери и нагло вторгся в ее пространство.
— И с чего ты взяла?
Она отвернулась, и у нее перехватило горло, прежде чем она вернула взгляд на меня.
— Потому что ты мне должен.
— Я. Должен. Тебе? — мои брови поднялись. Очевидно, она помнила Нью-Йорк немного иначе, чем я.
— После того, как ты бросил меня в... — она закрыла глаза и медленно выдохнула через сжатые губы, завладев каждой унцией моего внимания.
У меня сжался живот от воспоминания о том, какими мягкими были эти губы под моими, на моей коже.
— Ты мой должник, — сказала она, распрямляя плечи, и наши взгляды столкнулись. — Кроме того, я уже навела справки в ее газете и сузила круг поиска до этих двух провинций, не афишируя, знаешь ли... что я приеду сюда с делегацией Конгресса. Она фотожурналист в «Таймс». Она не может просто так исчезнуть, Нейт, — она поморщилась. — Я имею в виду, сержант Грин.
— Здесь постоянно пропадают люди.
— Ну, не Серена... — она пожала плечами, как будто ее заявление могло каким-то образом дать старшей сестре слой невозможной защиты, которой здесь просто не существовало.
— И ты готова поставить на кон свою жизнь?
Нет. Как бы я ни заботился о Серене и обо всем, что она значила для Иззи, мои приоритеты были ясны как день.
— До этого не дойдет, — Иззи покачала головой. — Мы оба знаем, что, как бы нам ни хотелось, чтобы эта миссия по сбору фактов была тайной, это не так. Серена узнает, что я здесь. Она найдет нас, мы посадим ее на самолет, и я заберу ее с собой домой.
Недоверие, смешанное с сильной дозой гнева, прокатилось по моим венам, и я сделал шаг назад.
— Ты используешь себя в качестве приманки?
Ее глаза сузились.
— Пожалуйста, не притворяйся, что тебя волнует моя судьба.
— Твоя судьба волнует меня последние десять долбаных лет! — я сорвался с места, тут же пожалев о своем промахе. Проклятье, эта женщина подталкивала меня к краю быстрее, чем кто-либо на планете.
Между нами повисла тишина, пока я пытался выровнять голову.
— Пойдем, — я развернулся и вышел из комнаты, придерживая дверь, чтобы она могла пройти первой.
Пока мы спускались по ступенькам в вестибюль, между нами витало напряжение.
— Иса! — Кейси Пирс, младшая помощница сенатора Лорен, выбежала из одного из застекленных конференц-залов с блокнотом в руках. — Может, я еще чем-то займусь, пока вас не будет?
Иззи поправила свою сумку, просматривая список, который ей сунула Кейси.
— Думаю, это почти все.
Я придвинулся ближе и наклонился, поднеся свои губы к ее уху.
— Попроси ее достать последние корреспонденции от всех американских журналистов с фотографиями и распечатать их, когда мы вернемся.
Иззи так быстро повернула голову, ее взгляд метнулся к моему, что у меня едва хватило миллисекунды, чтобы отступить, прежде чем весь холл стал бы свидетелем пересечения границы.
— Ты помогаешь?
— Это всего лишь предложение... — я демонстративно отступил и ждал у двери, пока Иззи отдавала распоряжения младшей помощнице. Должен признать, что лидерство ей чертовски шло.
Мы направились к колонне, где уже ждала моя команда. Она запротестовала, когда я забрал у нее сумку и бросил ее на пол броневика, а затем достал кевларовый жилет.
— Вытяни руки.
— Это нелепо, — она вытянула руки, и я надел жилет ей через голову с практичной французской косой, в которую она заплела свои светлые пряди сегодня утром.
— Как и то, что ты здесь, но, по крайней мере, это остановит пули... — я подвел ремни с задней части жилета под ее руки и закрепил их спереди со всем профессионализмом, на который был способен.
— Он тяжелый.
— Быть подстреленной еще хуже, — я потянулся в машину и достал кевларовый шлем.
Она уставилась на меня.
— Серьезно?
— Они не так уж плохи! — отозвался изнутри Мэйхью, другой младший помощник.
— Никаких привилегий, — я пожал плечами, глядя на Иззи. — Надевай, или останешься здесь.
Она не получит пулю в голову в мою смену.
Она надела его на голову, затем забралась в машину рядом с Мэйхью, а я, как и вчера, занял переднее пассажирское сиденье, пока остальные члены команды забирались внутрь.
Через несколько мгновений мы проехали через ворота посольства и направились к полю, где прямо по дороге стояли вертолеты.
Мы проехали через ворота с колючей проволокой и вышли на поле, где шесть «Блэкхоков» находились на разных уровнях разгона. Взять ее в откровенную опасность противоречило всем моим инстинктам, но я знал, что она просто уйдет без меня, если я ей откажу, поэтому я вышел из машины и открыл ее дверь. На этот раз она сама прекрасно справилась с ремнем безопасности.
— Это... футбольное поле? — спросила Иззи, выходя из машины.
— Да, — ответил я, когда Грэм обошел машину, а Торрес не отставал от него.
— Какой из них наш? — спросила Иззи.
— Мы займем два передних.
— Два? — она бросила на меня растерянный взгляд.
— Да, — я кивнул. — Мы путешествуем по двое на случай, если что-то случится, например, одного собьют.
Ее глаза вспыхнули.
— Блэк, Роуз и четыре солдата — во втором самолете, — сказал Грэм, отходя в сторону, когда Холт выскочил из машины вслед за Мэйхью.
— Чертовски жарко, — пробормотал Холт, вытягивая шею, в то время как Келлман за его спиной закатывал глаза.
— Мне это подходит. Мы возьмем первый, — сказал я Грэму, прежде чем повернуться к Келлману. — Удачи тебе сегодня, — улыбнулся я, глядя, как Холт вытирает пот с шеи.
— Я должен сказать тебе то же самое, — он бросил укоризненный взгляд на Иззи, которая стояла и смотрела на «Черных ястребов» широко раскрытыми глазами, а затем надвинула на лицо солнцезащитные очки. — Похоже, у тебя кастет.
Черт, черт, черт. О чем она думала?
Я подошел к ней, покрывая ботинки пылью, и взял ее за локоть, наклонившись так, чтобы она могла слышать меня сквозь высокочастотный вой двигателей.
— Полагаю, ты так и не преодолела свой страх перед полетами?
— Я в порядке, — она вырвала свой локоть из моей хватки. — Я буду... в порядке.
— Это не большие, уютные вертолеты, где можно надеть наушники и притвориться, что ты где-то в
