Серены?
Я закрыла почтовый ящик, выбросила в мусорное ведро одно из еженедельных предложений по кредитным картам и направилась к очереди у окна, чтобы забрать то, что мне прислали. Впереди меня было всего два человека.
— Привет, Иззи! — с сильным южным акцентом окликнула из холла Марго, моя соседка по комнате, шагая ко мне и оставляя на грязном полу следы мокрых ботинок.
— Привет, — ответила я. — Как дела у психолога?
— Нормально, — она пожала плечами, пока мы продвигались вперед в очереди, и стряхнула снег со своих темно-русых волос. — Мы изучаем посттравматическое стрессовое расстройство... — понимающий взгляд устремился в мою сторону. — Ты не думала о том, чтобы... обсудить свои переживания с психотерапевтом?
Мило и тонко.
— У меня нет посттравматического стрессового расстройства. Я боюсь самолетов. Именно поэтому мы с Сереной после каникул проехали на арендованной машине весь путь из Колорадо несмотря на то, что отец говорил мне, что я не могу позволить страху перед полетом удержать меня.
— Это результат травматического опыта, полученного в результате чертовой авиакатастрофы, — проговорила она, и очередь снова двинулась.
— Я боялась летать еще до катастрофы.
— Пропуск? — спросил сотрудник, и я протянула ему свой. Он исчез в почтовом отделении.
— Я просто хочу сказать, что это очень помогло мне после того, как я потеряла брата, — тихо сказала она, и я не могла не посмотреть на нее.
Мысль о том, чтобы потерять Серену, была непостижима.
— Может быть, тебе тоже поможет разговор, — предложила она. — Я живу с тобой. Я знаю, что ты не спишь так, как до аварии. Это не повредит, и, судя по тому, что я изучаю, чем раньше ты поговоришь об этом с профессионалом, тем лучше.
Возможно, она была права. Психотерапевт мог бы сказать мне, что я в полном порядке, и, возможно, посоветовать несколько альтернативных видов транспорта.
— Я подумаю.
— Хорошо! — она обняла меня за бок.
— Астор? — сказал сотрудник, протягивая коробку через стойку. Коричневая коробка была шириной в фут, длиной около восемнадцати дюймов и высотой, если прикинуть, дюймов шесть.
— Это мне, — я взяла протянутый им планшет и написала свое имя в графе «получатель».
— От кого это? — спросила Марго.
— Не знаю точно... — она была на удивление легкой, когда я взяла ее с прилавка и прочитала напечатанный адрес «Трансконтинентальные авиалинии». Моя грудь сжалась.
— Это гигантский чек за твою боль и страдания?
— Понятия не имею.
Что может послать мне авиакомпания? Подушку, чтобы я лучше спала? Тысячу туристических ваучеров, которыми я никогда не смогу воспользоваться?
Мы поднялись на лифте на третий этаж, и Марго воспользовалась своим ключом, чтобы открыть нашу дверь, так как у меня были заняты руки. Мебель у нас была простая, одинаковые кровати, столы и мини-комоды, но декор — это все Марго. Все было в розовых и зеленых тонах, как будто вся комната только что сошла с рекламы журнала «Lilly Pulitzer».
Я поставила коробку на стол, затем вскрыла ее и достала письмо, лежащее в темно-синем пластиковом пакете.
Мисс Астор,
По завершении расследования прискорбного инцидента, произошедшего на рейсе 826, мы возвращаем вам личные вещи, найденные в напольном отделении вашего кресла. Несмотря на то, что многие бумажные предметы оказались под водой и не подлежали восстановлению из-за погружения самолета в воду, мы хотели вернуть все, что могли. Мы приносим извинения за неудобства, связанные со временем, которое вы провели без своих вещей,
Трансконтинентальная авиакомпания
Я фыркнула от смеха и прочитала Марго последнюю строчку вслух.
— Они сожалеют о неудобствах, связанных с моим потерянным багажом.
— А разрыв селезенки? — она заглянула мне через плечо.
— Эй, может, это моя сумочка! — я с энтузиазмом подняла пакет. Она наверняка испортилась после нескольких недель, проведенных в реке Миссури, но я тоже была в некотором роде испорчена, так что мы подходили друг другу. Мои большие пальцы раздвинули пластиковую застежку, и пакет упал, открыв оливково-зеленый армейский рюкзак. Мое сердце остановилось, и мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы запустить его снова.
— Это не похоже на твою сумочку, — сказала Марго со смешком в голосе.
— Он не мой, — я положила рюкзак на свободную часть стола. — Это его.
Ее брови взлетели вверх, когда она переместилась на мою сторону.
— Его в смысле... мечтательного парня, который спас тебе жизнь, как какой-нибудь прекрасный принц из сериала «Спасатели залива»?
Очевидно, я потратила немало времени на разговоры о Нейте и слишком много времени на мысли о нем, гадая, как у него дела, желая найти способ связаться с ним. Он заслуживал гораздо большего, чем моя благодарность, и, кроме того, я сказала, что отправлю ему книги, если ему разрешат взять их на базовую подготовку.
Если он вообще еще проходит базовую подготовку. Я недостаточно знала об армии, чтобы даже предположить, сколько времени занимают подобные вещи.
— Да. Рюкзак явно постирали, и он выглядел точно так же, как и тогда, когда Нейт почти вытащил его, чтобы поменяться со мной местами, — он сидел на моем месте.
— Открой его, — она наклонилась.
Я расстегнула молнию и обнаружила поношенную мягкую толстовку «Saint Louis Blues» и iPod, который был защищен пакетом с замком-молнией. Когда я нажала на кнопку через полиэтиленовый пакет, он включился, и на экране заиграла песня «Panic! At the Disco».
— Наверное, все остальное было испорчено.
— Мне жаль, что это не твоя сумочка, — сказала Марго, повернувшись к своей стороне комнаты.
— Ничего подобного, — прошептала я.
Как можно было чувствовать такую... связь с человеком, которого я знала всего пару часов? Дело даже не в том, что он вытащил меня из реки или нес до машины скорой помощи. Он держал меня за руку всю дорогу и ни разу не отвернулся.
Я засунула толстовку обратно в сумку и резко вдохнула. На бирке под ручкой на внутренней стороне рюкзака перманентным маркером было написано
Н. Фелан.
Ухмылка растянула мои щеки. Я знала его имя. Где бы он ни был и что бы он ни делал вдали, я знала его имя. Я могла найти его хотя бы для того, чтобы вернуть ему рюкзак.
Натаниэль Фелан.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
ИЗЗИ
Кабул, Афганистан
Август 2021 г.
— Сержант Грин, — сказала я на следующий день.
Стопка папок шатко балансировала между моими руками, сотовый телефон лежал сверху, пока я шла к тому месту, где Нейт стоял на страже у дверей конференц-зала, который наша команда заняла в качестве офисного помещения в посольстве. Наверное, уместно было бы называть его совсем другим именем, учитывая, что он чувствовал себя совершенно
