рубаха сползла, оголяя ключицу, что не укрылось от Клавриса. Он пробежался взором по изгибу шеи, плеча и вновь ко мне припал. Я с отвращением отвернулась, ощущая, как горячее дыхание и губы Клавриса касались кожи. Содрогнулась, когда его колено протиснулось меж ног, и, потеряв терпение, уперлась ему ладонями в плечи, отталкивая. Словно не ожидая подобного отпора, Клаврис удивленно отступил, а я бросилась бежать. Но не тут-то было! Он быстро меня настиг, сбил с ног, роняя на пол, и перевернул на спину.
Пощечина. Хлесткая, звучная и безумно болезненная. И, как назло, из-за страха, паники и давящего присутствия Клавриса я не могла поймать нить концентрации, чтобы отключить боль. Было страшно. Безумно страшно. Я не знала… Боялась того, что этот мужчина со мной сделает, ведь сейчас он был сильнее. Был безумен, не отдавал себе отчета. Я чувствовала и видела это в его взгляде. Он был уже не Клаврисом, а кем-то другим, кому нужно выплеснуть все, что кипело внутри.
Когда он сильнее отогнул ворот рубахи, я начала вновь сопротивляться. Билась, пиналась коленями, пыталась столкнуть его и выползти из-под асигнатора. Но меня вновь переворачивали, отвешивали новую пощечину. В ушах звенело, мышцы болели от напряжения, и постепенно подступала слабость.
– Остановись, Клаврис! – хрипло закричала я. – Ты не хочешь этого!
Но он будто меня не слышал. На его лице блуждала безумная улыбка, а с ней желание, восхищение и предвкушение.
– Клаврис!
Бесполезно. Он был потерян для мира.
Я стала сопротивляться отчаяннее, но асигнатору это нравилось даже больше. Он позволил… именно позволил несколько раз его ударить, поверить, что я могла сбежать. Но стоило освободиться, как он вновь сковывал меня и прижимал к полу. Играл.
Мне было обидно. Обидно, что все началось с какой-то заколки, а закончилось вот так. Будто я вновь убила Грасдис и доставила Клаврису боль. А ведь он вправду переживал ее смерть. Как бы тяжело в это ни верилось.
– Грас, – простонал он, впиваясь горячим поцелуем мне в шею, когда я пришла в себя после очередного удара.
– Я не Грас, – произнесла я заплетающимся языком. – Остановись…
Он резко отстранился. Грубо схватил меня и перевернул на живот. Я попыталась уползти, но мои руки заломили за спину. Больно. Истин его сожги, как же больно! Меня затошнило от того, как руки Клавриса меня касались, и от его шумного дыхания.
Он позволил мне видеть выход, но не разрешал к нему приблизиться. Как бы я ни рвалась. Как бы ни пыталась сопротивляться, за счет своего дара Клаврис был в разы сильнее. Его рука опустилась мне на бедра, погладила ягодицы сквозь штаны и скользнула ниже. А я прижалась щекой к шершавым половицам и уставилась на стык стены и пола, давясь слезами обиды и злости. Хотелось потерять сознание и больше ничего не чувствовать.
Оказавшись на самом краю отчаяния, я не сразу заметила, что Клаврис остановился.
– Не шевелись, – хрипло и напряженно произнес он и медленно отпустил мои руки.
Я не послушалась, приняв его слова за очередную попытку поиздеваться. Попробовала уползти. Но снова оказалась придавлена к полу, и Клаврис прикрикнул:
– Замри, Рей! – Он уперся руками в пол по бокам от меня. – Я… я пытаюсь остановиться.
Я судорожно выдохнула, услышав в его голосе мольбу, и застыла, боясь шевельнуть хоть пальцем – продолжила смотреть на стену круглыми от ужаса глазами.
Он не хотел делать мне больно? Он хотел остановиться?
Клаврис утробно зарычал, без сил опускаясь на меня и прижимаясь лбом к спине. Он дышал глубоко, размеренно и тяжело, словно боролся… Боролся с собой и со своими демонами.
– Не шевелись, – вновь повторил он, но уже спокойнее.
Мы лежали на полу, потеряв чувство времени. Полностью потонули в страхе, ярости и… желании. Я – сорваться и убежать, а Клаврис – дальше меня истязать. Его жажда крови пульсировала в воздухе. Становилась то сильнее, то слабее. Но продолжала вытягивать силы и внушать ужас на уровне инстинктов.
Напряжение было невероятным. Меня начинало непроизвольно потряхивать, а тело подергиваться, отчего беспокоился и Клаврис. А когда я сделала глубокий вдох, его рука опустилась мне на голову, прижимая к полу.
– Не дви…
Дверь хижины с грохотом распахнулась, и вскоре я перестала ощущать на себе вес асигнатора. Послышались звуки ударов, чей-то яростный рык, а потом грохот и треск ломающегося шкафа. Все резко стихло.
Я оставалась на полу, не в силах подняться и не соображая, что произошло. Тело затекло и потеряло чувствительность, но, когда послышались приближающиеся шаги, я зашевелилась. Было непонятно, кто шел. Вдруг Клаврис? Сейчас он мог оказаться еще злее. Однако…
– Рей, – я услышала родной голос.
Тот, по которому скучала! Тот, кого ждала! Тот, кто был моим спасением.
Я замерла, а потом резко подорвалась, но запуталась в собственных движениях и рухнула обратно. Теплые, мягкие, заботливые руки приподняли меня, переворачивая на спину и позволяя увидеть Его.
Мое дыхание участилось, сердце болезненно и радостно сжалось, а глаза наполнились слезами. Первыми я заметила светло-пепельные волосы. Потом заросшее щетиной и потемневшее от ярости лицо мужчины. Стальной взгляд, который горел серым пламенем, готовым сжечь всех, на кого тот его спустит.
– Змей, – выдохнула я и закусила губу, сдерживая рвущееся рыдание. – Змей! Змей…
Его руки крепче сжались на моих плечах. Он внимательно изучил мое лицо, подмечая каждую ссадину, кровоподтек. И чем больше он видел, тем напряженнее становился.
– Я успел? – хрипло и отрывисто спросил Змей.
Будто во сне, он коснулся моей нижней губы и вытер подсохшую кровь. А я слабо кивнула, пока наставник не решил, будто Клаврис успел сделать что-то необратимое. Он заметно расслабился, получив мой ответ.
Тем временем послышался шорох, а потом стук обломков разбитого шкафа.
– Как трогательно, – едко произнес старший асигнатор. – Смотрю на вас – аж блевать хочется.
Змей не обратил на него никакого внимания, снял с шеи медальон и оголил метку ласки на моей ноге. Я взглянула на Клавриса. Взъерошенный, с разбитым лицом и кривой улыбкой, он наблюдал за нами, сидя на полу возле покореженного шкафа.
– Я выполнил твое задание, – холодно бросил Змей. – И забираю Рей.
– Так скоро? – обиженно скривил рот старший асигнатор. – Очень-очень жаль. Ведь нам было так весело.
Рука наставника, сжимающая мое плечо, дрогнула, но он сдержал желание вернуться к Клаврису и еще раз его ударить. Я ощутила прохладу металла на метке и зажмурилась, готовая к боли, однако ничего не произошло. А когда подняла вопросительный взгляд на Змея, он попросил:
– Используй дар.
Но я качнула головой. Этой боли я не боялась, а желала. Она была сладостной и
