тяжелый куб, занемели плечи.
Но Дэн не жаловался – все его внимание было поглощено изучением карты навигатора, случайными пешеходами, попадавшимися по пути, и замысловатым узором плит, то здесь, то там подставлявших ему где кочку, а где канавку.
Да, по мостовой было ехать неудобно, больно, опасно. Но так выходило короче. Ну и еще, когда появлялась возможность, Дэн успевал разглядеть какой-нибудь нарядный фасад, катер, рассекающий канал, блики на воде, одиноко парящую чайку – в общем, все то, что туристы рассчитывают увидеть в Петербурге.
Его новая нехитрая работа не только давала возможность сводить концы с концами, но и освоиться в городе, который он за год учебы на медицинском почти не успел узнать.
Первый заказ у него забрала суровая женщина из офиса, попеняв на то, что еда остыла. Второй – группа подростков, отдыхающих на набережной после школы. На третьем заказе карта зависла, как случалось всякий раз, когда на старенький смартфон Дэна кто-нибудь звонил.
Парень остановился и раздосадованно чиркнул пальцем по треснувшему экрану.
– Алло!
– Дэн, ты где?
– В смысле где? На работе. Еду на самокате.
– А ты не забыл, что у нас сегодня экзамен, дырявая ты башка?!
Дэн почувствовал, как конечности холодеют, во рту пересохло, перед глазами забегали веселые мошки.
– Эй, ты там с самоката упал? Экзамен уже идет!
– Я… Я быстро.
Дэн сунул смартфон в карман, развернул самокат и помчался в противоположном направлении. Прямо к университету.
В коридорах перед аудиторией царил прохладный полумрак некрополя. По нему слонялись, как ожившие мертвецы, студенты, медленно ворочая головами и шепча какие-то заклинания из шпаргалок. Дэн сразу узнал ребят со своего курса. Они его – сначала нет: он вошел в здание в цветном плаще и с рюкзаком. После ожесточенных споров с охранником студенту пришлось оставить казенный самокат снаружи.
Однокурсники быстро окинули его взглядом и снова принялись бормотать свои заклинания, бессмысленно таращась в конспекты. Среди прочих Дэн остановил взгляд на Адель – загорелой белозубой блондинке, которая перешептывалась с подругами и рассмеялась, когда он вошел.
Вообще-то к блондинкам Дэн особого расположения не испытывал, но у Адели было одно интересное свойство: не задержать на ней взгляд, если она в одном с тобой помещении, – невозможно.
У входа в аудиторию Дэна встретил Карась – одногруппник, который заботливо напомнил ему об экзамене. Карась был похож на пожухлый осенний листок, выцветший от страха. На бледном лице чуть скособочились гаррипоттеровские очки. Глаза красные: то ли от конспектов, то ли от слез.
– Нашей группе попался Мясник, – промямлил он, в двух шагах от обморока.
Мясник – это прозвище преподавателя анатомии и физиологии, вспомнил Дэн. Но прозвали его так не за искусство анатомического театра, а за умение каллиграфическим почерком писать «неуд» в зачетках.
Дэн помрачнел. Мало того что его теперь убьют на работе за задержку и отмену заказов, так еще и Мясник разделает на куски. А у него и так было немного шансов сдать экзамен.
– Денис Абрикосов, – продекламировала его имя помидорного и заплаканного вида студентка, вышедшая из аудитории. – Ты следующий.
– Я?! – искренне удивился Дэн. На плечо ему лег утешающий плавник Карася.
– Прощай, друг.
Дэн нервно дернул плечом.
– Отстань. Как-нибудь выкручусь!
Он пошел к дверям, но Карась его окликнул.
– Ты что, пойдешь с этим?
Дэн остановился, посмотрел на очередь сомнамбул, задумался, снял тяжелый рюкзак и улыбнулся.
– Эй, народ! – громко позвал он. – Проголодались, наверное? Экзамен – дело нервное. А у меня тут горяченькая пицца…
В глазах блуждающих мертвецов зажглась жизнь. Дэн услышал даже, как у кого-то в конце коридора заурчал желудок.
– А это что – бесплатно? – робко предположила заплаканная студентка.
– Только для тебя, Даша. В качестве утешительного приза. Остальным, друзья, придется платить! Думаю, вы все понимаете: это топливо для ума предназначалось другим. А досталось вам. Вот и скиньтесь всем миром на заправку.
Он предложил сумму, которая превышала его сегодняшний заработок. По голодным глазам понял, что ему не откажут. Кивнул в сторону Карася:
– Деньги передайте моему личному банкиру, потом заберу. – Дэн им отсалютовал. – Увидимся на этой стороне!
Сделал вдох и шагнул в неизвестность.
Экзаменатор и впрямь напоминал мясника: тучная фигура, могучие руки, щетка рыжих усов, залысина. Не хватало только кожаного фартука, перепачканного кровью, и тесака. Зато он носил белый халат, в отличие от Дэна, и тот взгляд, который доцент бросил на студента, пришедшего без обязательного атрибута формы на медицинском, не сулил добра.
Образ мясника нарушали лишь квадратные очки в роговой оправе, от которых глаза преподавателя казались по-мультяшному огромными, да металлическая авторучка вместо тесака.
– Ну-с, – пробасил Мясник, переводя рентгеновский взгляд на кучку бледненьких студентов, готовящихся к ответу. – Присаживайтесь. Только сперва дайте мне зачетку…
Дэн остолбенел. Уже второй раз за день он попадал в ситуацию, по ощущению напоминавшую долгое падение в пропасть.
– Прошу прощения. Но, кажется, я ее забыл.
Мясник на несколько секунд задержал взгляд на вошедшем студенте. Просканировал зеленый непромокаемый плащ с рекламой службы доставки, растрепанные кофейного цвета волосы, внимательно изучил худое лицо Дэна, на котором отсутствовала так хорошо знакомая всем экзаменаторам стеснительная, благоговейная улыбочка. Заглянул в неглупые и чуть хитрые глаза. Дэн не отвел взгляд.
– Как и халат, полагаю?
– Какихалат, – в одно слово повторил Дэн и внутренне сжался, ожидая разгрома.
Экзаменатор опустил очки на переносицу, сощурился.
– Но вы вспомнили, что сегодня экзамен, не так ли? И все-таки решили прийти.
– Все-таки решил, – распрямился Дэн.
– Смело, – преподаватель сверился со списком. – Денис Абрикосов, верно?
Дэн кивнул и поморщился – он не любил своего полного имени. Мало того что фамилия превращала его в чужих глазах в веселого румяного мальчишку с пушком на щеках, так еще и напоминала об отце. А о нем Дэн предпочитал и вовсе не помнить. Тем более и помнить-то особенно было нечего.
– Ну что же, берите билет, садитесь. Чувствуйте себя как дома… – На лице Мясника застыла саркастическая улыбка.
«А он не такой уж плохой мужик, – подумал Дэн, без колебаний вытаскивая первый попавшийся билет и бездумно глазея на вопросы. – Да, вполне нормальный. Принял без халата и зачетки. И почему его прозвали Мясником?»
Следующие полчаса Дэн пытался выписать все, что знал, на лист формата А4. Лист казался ему бесконечно огромным, хотя
