мне на колени. Выглядит все, конечно, замечательно и очень изысканно. Это не мой обычный завтрак: не овсянка с бананом и горсточкой грецких орешков.
Девица не уходит. То ли ждет, когда продегустирую яйца и салат, то ли хочет и стесняется меня о чем-то спросить. Я ее понимаю. У их босса из воздуха появилась жена. Вот он был, вероятно, завидным, пусть и строгим, холостяком, а тут все фантазии в один миг порушились.
— Что? Говори, — перевожу взгляд с подноса на девицу.
— Вы должны попробовать, — шепчет она.
Или меня решили отравить под шумок, чтобы избавиться от конкурентки?
— Я привыкла завтракать без…
— Но Георгий Владиславович сначала пробует, а потом, — переступает с ноги на ногу, — если все в порядке, отпускает.
— А если нет?
— Спускается и увольняет повара, — неловко улыбается. — Уже третьего повара сменили за месяц, а за год и того больше.
— Я не думаю, что имею право увольнять повара, — я удивленно моргаю.
— Георгий Владиславович сказал, что мы обязаны вести себя с вами, как с ним, — шепчет и почти незаметно заикается, — как к хозяйке нашего отеля.
— То есть если спущусь на кухню и скажу, что повар уволен, то его уволят? — не верю своим ушам.
— Да, но… — краснеет до кончиков ушей, — он хороший повар.
И начинает перечислять, где и у кого этот замечательный повар учился. Заискивающе вещает про всякие сертификаты, которые мне не говорят ровным счетом ничего. Короче, делаю вывод, что она влюблена в повара и очень не хочет, чтобы я его уволила.
Я беру вилку и нож. Пробую салат, режу булочку с яйцом, а после приступаю к овощным тостам. Очень гармоничный вкус у каждой позиции. Не пересолено и все ингредиенты выверены.
— Вкусно, — подытоживаю я и не подумав добавляю, — но остыло.
Девица всхлипывает, оседает на пол и падает лицом в матрас. Горько плачет, а я замерла с тостом у рта и недоумеваю. Тут все такие эмоциональные и громкие?
— Не надо, пожалуйста, нет… — буквально воет в матрас. — Это не Митя виноват, а я. Я! Я долго несла завтрак, а потом боялась вас разбудить, сударыня.
— Почему именно сударыня? — сипло спрашиваю я.
Какая же я сударыня? Сегодня ночью Влад исследовал все мои отверстия, в которые только мог заглянуть. Не пристало к шлюхе обращаться таким уважением и придыханием. В общем, мне очень неловко.
— Увольте меня, — поднимает заплаканное лицо, — я приму любое наказание!
— Да я без претензий, — откладываю тост и делаю глоток холодного кофе, скосив обескураженный взгляд на курносую милашку. — Все хорошо.
— Ничего хорошего, — по щекам катятся крупные слезы. — Я такая бестолковая.
Во все глаза на меня смотрит, и я хочу погладить ее по голове и успокоить, что она умница. Я не желала ее напугать. Надо быть очень осторожной в словах в этом пафосном месте.
— Так! Машка! — дверь в спальню распахивается и в проеме стоит разъяренный Олег. — Пошла отседа!
Девица вскакивает на ноги и убегает, прикрыв лицо ладонями. Я делаю еще один глоток кофе.
— Ты на нее внимание не обращай, — Олег хмурится. — Влад сегодня ей сделал замечание, и она все утро не своя.
— Какое замечание? — любопытствую я и кусаю тост.
— Колготки надела на тон темнее, чем у других, — чешет бровь. — А тут с этим строго. Это же не дешевый хостел. Все до каждой рюшечки должно быть одинаковым.
Не хотела бы я работать на Влада. Вряд ли он кричит на подчиненных, но я представляю, как его строгое и надменное слово может выбить из колеи.
— Завтракай и поехали, — Олег хрустит шейными позвонками и выходит.
— Куда? — спрашиваю я, но ответа не получаю
Глава 26. Еще одна забава
Глава 26. Еще одна забава
Олег паркует машину у крыльца одного из брендовых бутиков на Петровке. Оглядывается через плечо:
— У вас с Владом сегодня обед в кругу семьи.
— Что, прости? — до меня с трудом доходит его слов.
— Пусть тебя приоденут к этому невероятно важному событию, — голос Олега пронизан нотками сарказма.
— В смысле, обед в кругу семьи? — в испуге шепчу я.
— Иди, — коротко командует Олег и сует в зубы сигарету.
На крыльцо с пафосными колоннами, которые совершенно не сочетаются с панорамными окнами, выходит худенькая девушка в красном платье-футляре и улыбается. На улице дикий колотун, а она вида не подает. Жалко ее, поэтому выскакиваю из машины и торопливо поднимаюсь по лестнице.
— Здравствуйте, — девица улыбается еще шире, — меня зовут Елена.
— Полина.
— Рада знакомству, Полина, — Елена услужливо распахивает передо мной стеклянную дверь.
Понятное дело, что ее приветливость и дружелюбие вынужденные, потому что одна из ее обязанностей расположить к себе клиентов, но мне все равно приятно от ее слов. Ныряю в тепло и передергиваю плечами, сбрасывая напряжение и озноб от холодного ветра.
Пахнет розами. Просторно, светло и стойки с одеждой и нарядные манекены не жмутся друг к другу, как в бутиках масс маркета. Я бы сказала, что тут даже пустовато, потому что я привыкла к рядам с тряпьем.
— Значит, обед в кругу семьи? — Елена вновь улыбается.
Удивленно на нее смотрю. Я ничего не говорила. Неужели Влад успел ее предупредить к какому событию меня надо принарядить? Вряд ли Елена владеет телепатией или таким острым слухом, что услышала наказ Олега.
— Возможно, у вас есть предпочтения?
— Да, — я скребу ноготком переносицу, — у меня есть предпочтение уйти.
Интересно, скольких кукол Влад также посылал к Елене, чтобы их облачили в дорогие шмотки?
— Меня предупредили, что вы будете не рады, — Елена смеется, а затем переходит на заговорщический шепот, — но я вас не отпущу и не просите.
Пусть я недовольна происходящим, но улыбки и тихий голос Елены меня немного успокаивают. Да и не буду я сейчас перед ней возмущаться на тему того, что Влад самодур и тряпками меня не подкупить.
— Тогда вы, Полина, доверяете выбор мне? — ласково улыбается Елена.
Я молча киваю. Обходит меня по кругу, внимательно оглядывая меня со всех сторон.
— С вами
