себя. Я хочу стать бойцом.
— И зачем же? — в невозмутимом ранее голосе учителя послышались нотки удивления.
— Потому что я хочу принять участие в Поднебесном турнире.
В эту секунду учитель вдруг неожиданно подпрыгнул и неуловимым движением развернулся в воздухе. Теперь он стоял во весь рост перед девушкой, и она впервые увидела его лицо. Он был высоким, стройным немолодым мужчиной, чьих волос, однако, еще не коснулась седина. Его лицо, на котором горели пронзительные и умные глаза, было изборождено глубокими шрамами. Если бы не эти шрамы, учитель Мюйи вполне мог бы считаться привлекательным мужчиной, несмотря на свой возраст. Но шрамы производили отталкивающее впечатление, и Мириана непроизвольно вздрогнула.
— Что?! — переспросил он. — Уже много лет я не слышал подобной глупости!
— Кайл сказал то же самое…
— Кайл Флемминг? Мой ученик? Ты знаешь его?
— Да, он привел меня сюда по моей просьбе. Мы познакомились в монастыре у целителей. Он лечился у них, а я помогала сестрам.
— Кайл болен?
— Он подрался с кем-то и получил увечья.
— Неудивительно, — на губах учителя к удивлению Мирианы мелькнула удовлетворенная улыбка. — Он плохой боец.
— Так вы поможете мне? Вы будете меня обучать? — с надеждой спросила она.
— Разумеется, нет, — ответил он, казалось, потеряв всякий интерес, его голос снова стал холодным и безразличным.
— Но почему?! — воскликнула девушка. — Вы тоже считаете, что я слаба и бездарна?
— Разумеется, — повторил учитель, окинув девушку быстрым цепким взглядом. — А еще, потому что это абсолютно бессмысленная затея. Ты — королева Туанга. Твое дело — выйти замуж и родить наследника. Вот этим и занимайся.
— Но я в трауре, — робко возразила Мириана, — Я не могу пока выйти замуж.
— Поднебесный турнир — не место для таких, как ты, а у меня здесь — не богадельня! — резко ответил учитель. — Хочешь, останься до утра, но с рассветом отправляйся на все четыре стороны! В монастырь, во дворец, иди, куда тебе нужно. Но о турнире и думать забудь! Ты хоть представляешь, что это такое? Там нужно уметь терпеть голод и холод, боль и страх…
— Я неплохо знаю, что такое боль и страх, — осторожно заметила Мириана. — Мне приходилось терпеть. Я это умею, я справлюсь!
— Этого мало. Нужно уметь преодолевать препятствия, бороться и побеждать. Нужно быть сильным, физически и морально. А это не о тебе.
— Почему вы не хотите меня принять? — на глазах Мирианы выступили слезы, а голос предательски дрогнул.
Повисло недолгое молчание.
— Я обучаю бойцов уже более сорока лет. За это время у меня были очень разные ученики. И знаешь, что я вынес из опыта общения с ними? Довольно много всего. Я вывел определенные законы, узнал, что делать можно, а чего не стоит. Я понял, что никогда не стоит брать в ученики женщин. Толку от них не будет, а добра не жди. Второе, я понял, что нельзя брать в ученики слабых. Рано или поздно они сломаются — и твое время окажется потраченным впустую. И третье, я понял, что никогда нельзя брать в ученики членов королевской семьи. Они надменны и не знают послушания. Эти правила я не нарушал. Ты — слабая женщина королевского рода. Ты — словно воплощение всего запретного, что есть для наставника. Даже сейчас ты готова заплакать. И ты все еще спрашиваешь, почему я не хочу тебя учить?
— Нет, я все поняла, — тихо ответила Мириана, опуская голову. Очевидно, что и этой ее мечте не суждено было сбыться.
Учитель тем временем снова повернулся к ней спиной. Она должна уйти, но она медлила: ее желание стать участником турнира было слишком велико, никогда в своей жизни она ничего не хотела настолько сильно!
— Я мечтаю участвовать в турнире, — снова сказала она. — Пожалуйста, возьмитесь за мое обучение, клянусь, что не разочарую вас, учитель Мюйи! Я знаю, что очень слаба. Но мне предстоят тяжелые испытания, меня ждут трудности. Так помогите же мне! Научите, как с ними справиться. Научите, защищаться. Научите меня, как мне выжить!
Закусив нижнюю губу, Мириана ждала его решения, ей казалось, что прошла целая вечность. Он вдруг повернулся, подошел к девушке вплотную, так что его лоб почти коснулся лба Мирианы, и заглянул ей в глаза. Его взгляд был пронзительным, казалось, он проникает сквозь нее, видит ее мысли, ее сердце и душу. Девушке стало не по себе, но она не отводила глаз, позволяя ему рассматривать ее внутренним взором, хотя сама при этом замирала от страха, а ее напряженные нервы дрожали, точно струны.
А потом учитель Мюйи вдруг развернулся и пошел прочь, направляясь к зарослям, в которых скрывалась тропинка к дому, не сказав ни слова. В растерянности Мириана не знала, что ей следует делать, куда пойти и как жить дальше. И она продолжала стоять, не в силах пошевелиться, застыв, словно околдованная.
Уже у самых деревьев учитель обернулся.
— Но помни, — произнес он, — Здесь ты — не королева Туанга. И не Мириана. Здесь нет королей и королев, все ученики — равны между собой. И потому с завтрашнего дня — выбери себе новое имя. Такое, которое подошло бы участнику Поднебесного турнира, если бы ты пошла на него. Самая дальняя хижина из тростника, у реки — пустует. Можешь ее занять. Там есть циновка, одеяло и посуда. Ничего больше тебе не понадобится. Завтра на рассвете жду тебя здесь на тренировку. И не смей опаздывать!
С этими словами он скрылся в зарослях, а Мириана почувствовала, как ее сердце забилось от счастья. Кайл оказался не прав, ее приняли! Учитель увидел в ней что-то еще помимо бездарной глупой королевы! Как знать, вероятно, он лишь хочет доказать, что она не годится для турнира, что не выдержит тренировок, что не сумеет стать бойцом. Хочет указать на ошибки. Но все это неважно, ведь сегодняшний поединок остался за ней! Эту маленькую битву она выиграла! Жаль, Кайл не узнает, но тем более удивится, если однажды увидит ее на турнире! С этой мыслью, Мириана, восторженно улыбаясь, бросилась разыскивать дальнюю хижину.
Она довольно долго искала ее, а когда обнаружила, то хижина показалась ей очень милой: утопала в зелени и находилась недалеко от берега реки. Отсюда можно было слышать, как журчит вода. Правда спать приходилось на холодном земляном полу, прямо на тоненькой циновке, здесь не было широких кроватей как в королевском дворце или в монастыре целителей, да и вообще не было никакой мебели, зато было теплое одеяло, а это уже немаловажно.
Кроме того, за этот долгий день Мириана настолько устала,
