украсть базу за секунду до удара.
– Что тебе нужно, Хэнк? – с тревогой спросил Стаффи.
– У тебя есть шлем? Давай его сюда!
– А как насчет ботинок? У тебя же нет нормальных…
– К черту ботинки! Просто дай шлем.
Боб, сложив ладони рупором, скомандовал игрокам занять свои позиции.
– Вот и Лось Уилсон! Он может взять флайбол![27] – крикнул он Г. М. – Привет, Лось!
Лось – парень чуть старше остальных, такой же крупный, нескладный и дружелюбный, как зверь, в честь которого получил свое прозвище, – улыбнулся и отбросил биту в сторону.
– Джимми, – попросил Боб, – займи вместо меня первую базу. Я не могу это пропустить!
– И я тоже, – протянула Кристал, удивленно наблюдавшая за всей этой суетой и ажиотажем. – Ох уж эти американцы!
– Что значит «эти американцы»? – хмуро поинтересовался Сай Нортон. – Стаффи, вы не возражаете, если я буду принимать мячи?
– Вы слишком легкий для кетчера, мистер Нортон.
– Да знаю. Но я всегда им был, и меня это устраивает.
– Ну, ваше дело, – кивнул старик. – А я тогда буду судить.
Сай, с помощью ухмыляющегося коренастого кетчера пристегивавший нагрудник и защитные щитки на голени, чувствовал такое возбуждение, словно впереди его ждал чемпионат мира. Он просунул пальцы в перчатки, а его помощник закрепил лицевую маску. Экипировка показалась ему легче, чем в молодости, но при этом куда более громоздкой. Впрочем, он не держал в руках бейсбольный мяч больше двадцати лет. Его броски, скорее всего, будут неточными, реакция – недостаточно быстрой.
Но если это не беспокоит Г. М., который годится ему в отцы… что ж, он выйдет на поле со стариком – плечом к плечу. И будь что будет!
Сай подбежал к домашней базе. Мимо него протрусили парни из «Ужаса Мараларча», бросая на ходу ехидные реплики.
– Чай и крикет, не хотите ли? – хихикнул один.
– Ужасно хочу, вы позволите? – подхватил другой.
Сай с любопытством оглянулся им вслед. Неужели эти молокососы всерьез думают, что в Англии так говорят? Что кто-то там до сих пор щебечет «тудл-уу» или «пип-пип»?[28] Как будто американцы до сих пор говорят: «23-скидуу»[29]. Когда-то он пытался бороться с этим, но, без толку потратив немало сил, махнул рукой. Чертов кинематограф – фабрика штампов и ходячих клише! Если б только Г. М. не настаивал на… Но Г. М., гордо выпятив необъятный живот, уже шагал к домашней базе.
Шлем на голове Г. М. сидел набекрень, усиливая сходство с бандитами из Бауэри девяностых годов, на губах играла самодовольная ухмылка. Он лениво вертел в руках две тяжелые биты, одну из которых отбросил, когда приблизился к зоне бэттера[30]. Затем он широко расставил ноги, оттопырил зад и свирепо уставился на питчера.
Старый Стаффи Тайлер, в прошлом – гордость «Атлетики», был на седьмом небе от счастья. Наклонившись вперед, он сдвинул шлем на затылок, закрепил маску, занял свое место позади базы и надтреснутым голосом, словно объявляя начало настоящего матча, выкрикнул:
– Мяч в игре!
Глава одиннадцатая
«Ну что ж, – подумал Сай, – началось».
Сквозь узкие прорези маски он быстро оглядел поле, затем его взгляд вернулся к Лосю Уилсону, занявшему позицию на питчерской горке.
У дагаута к Кристал и Бобу присоединились Хантингтон Дэвис и Джин. Они весело болтали, переглядываясь и смеясь.
– Начинайте! – крикнул Боб.
Лось Уилсон встрепенулся. На своем веку он повидал всяких бэттеров, но такой зловещей физиономии, как у этого толстяка – лорда Мерривейла, уставившегося на него с кровожадностью африканского знахаря, ему еще встречать не приходилось. Однако веселье, царившее на поле, помогло ему отвлечься.
– Тудл-уу, старина! – радостно заорал шорт-стоп.
– Пип-пип и все такое! – пропел на мотив гимна игрок с третьей базы.
Лось ухмыльнулся. Он подаст старику легкий мяч – но не совсем уж простой, чтоб никто не подумал, будто Лось халтурит. Он перенес вес тела на правую ногу, согнул руки в локтях и прижал мяч к животу. Одно мгновенье – и мяч со свистом полетел вперед.
Увы, изысканный слог Роберта Браунинга в бейсболе не слишком уместен. Так что воспользуемся более приземленным языком. Звук, с которым бита Г. М. встретила мяч, можно описать только словом из комиксов:
БАМ!
Конечно, рассказ о том, будто мяч, отбитый Г. М., пролетел четверть мили, – всего лишь легенда. Но то, что аутфилдеры[31] застыли на месте и, разинув рты, смотрели, как мяч летит на восток – за забор, за деревья – и растворяется в темнеющем небе, – чистая правда.
– Не так уж плохо, Хэнк, – заметил Стаффи Тайлер.
Сердце в груди Сая Нортона отплясывало хорнпайп[32].
Кристал, Джин и Боб дружно зааплодировали.
Сэр Генри Мерривейл, небрежно опершись на биту, состроил скучающую гримасу.
– Ну же, сынок! – завопил он Лосю Уилсону. – Почему бы тебе наконец не начать подавать?
Хотя инфилдеры[33] не скупились на поздравления, они все еще посмеивались, считая произошедшее чистой случайностью. Лось начал поглядывать на Г. М. с любопытством. Стаффи выдал новый мяч, который Сай передал питчеру, чтобы тот обмазал его бейсбольной грязью[34].
Лось, который мог бы расписаться на каждой своей подаче, теперь тщательно выбирал уинд-ап[35]. Сай знал, что будет дальше – «крученая». Подача, при которой мяч описывает хитрую дугу, и новички выглядят особенно глупо, пытаясь по нему попасть.
– Ну? – пробормотал сэр Генри.
Переступив с ноги на ногу, он наклонился в сторону домашней пластины и послал мяч точно в центр первой базы. Дружный вопль, вырвавшийся из десятков глоток, ясно дал понять: обычная тренировка превратилась в настоящую игру.
Игрок с первой базы метнулся влево, чтобы отбить мяч перчаткой, и растянулся плашмя на земле. Игрок с правого поля стрелой сорвался с места – его ноги мелькали, как белое колесо на зеленом фоне, но мяч вылетел за линию фола. С глухим стуком он упал в траву, пару раз высоко подпрыгнул и исчез в шахте заброшенного колодца.
На мгновение стало абсолютно тихо.
– Что за дела, сынок? – крикнул Г. М. стоящему позади него Стаффи. – У вас в округе вообще водятся питчеры?
Раздался сочный, булькающий смешок Кристал Мэннинг.
Говорят, из ушей Лося Уилсона повалил дым, но это враки. Лось держал себя в руках. И все же на поле возникло беспокойство. Спортивный азарт исчез – запахло убийством.
– Это последний мяч, – надтреснутым голосом объявил Стаффи, протягивая его Саю. – Рваный вы потеряли, так что берегите этот.
– Я присмотрю за ним, Стаффи, – мрачно отозвался питчер.
Сай Нортон, разгоряченный, обливаясь потом под маской и нагрудником, знал, что чувствуют остальные: запах бейсбольной пыли бил в голову, как кокаин. Белые фигуры на коричневой земле внутреннего поля застыли, стоя на цыпочках и не сводя глаз с баз.
Лось Уилсон вытащил пальцы из перчатки, обтер руки о землю, снова надел ее и взял мяч.
За спиной Сая послышался шепот самого неортодоксального судьи в бейсболе.
– Сейчас он задаст тебе жару, Хэнк, – зашептал Стаффи. – Это его самая быстрая подача.
Лось, повернувшись к бэттеру боком, вытянул руки с мячом вперед, затем вновь прижал их к животу. Выпрямившись, он бросил взгляд в сторону
