ты на него — как огонь на солому. Это будет жарко.
— Заткнись, — буркнула я, но щеки горели предательским румянцем.
Глава 12: Тренировка нервов
В шесть утра на боевой арене было холодно, ветрено и пахло предстоящей катастрофой. Я стояла в тренировочной форме — облегающие штаны, легкая куртка, волосы стянуты в хвост — куталась в плащ, который Мила сунула мне на выходе, и ждала. Пять пятьдесят пять. Пять пятьдесят семь. Пять пятьдесят девять.
Ровно в шесть на арене материализовался Теодор. Без плаща, в одной рубашке с закатанными рукавами, открывающей мускулистые предплечья. Волосы слегка растрепаны, на подбородке легкая щетина. Выглядел он так, будто только что встал с постели, и от этого зрелища у меня внутри что-то ёкнуло.
— Не опоздала, — констатировал он, оглядывая меня с ног до головы. — Молодец. Ценю пунктуальность.
— Давай уже начинать, — буркнула я, пытаясь не пялиться на его руки. — Чего стоять? Мерзнуть?
— Для начала — познакомиться, — он подошел ближе, игнорируя мое ворчание. — По-настоящему. Я должен знать твои сильные и слабые стороны. Ты — мои. Без этого мы не сработаемся.
— Зачем? — я уперла руки в бока. — Мы просто переживем этот турнир и разбежимся. Какая разница, знаю я твои слабые стороны или нет?
Он вздохнул так тяжело, будто я была его самым тупым учеником.
— Затем, что в бою мы должны работать как единое целое, — терпеливо объяснил он. — Я воздух, ты огонь. Вместе мы можем создавать огненные бури, смерчи, настоящий ад на земле. Если не доверять друг другу — сгорим оба. Ты хочешь сгореть?
— Я хочу, чтобы сгорел ты, — честно ответила я. — Но, видимо, придется потерпеть.
— Вот именно, — он усмехнулся. — Так что давай, рассказывай.
Я вздохнула. Он был прав, хоть и противно это признавать. В бою доверие — это все. Особенно когда твой напарник может случайно поджарить тебя до хрустящей корочки.
— Ладно, — сдалась я. — Что ты хочешь знать?
— Всё, — он скинул плащ на скамью и остался в рубашке, которая при движении обтягивала плечи так, что у меня пересохло во рту. — Нападай.
— Сейчас? Прямо сейчас?
— Да. Хочу видеть, на что ты способна в реальном бою. Без ограничений, без правил. Всё, что умеешь.
Я не заставила просить дважды. Огонь рванул из рук почти мгновенно — за эти недели тренировок я научилась вызывать его за долю секунды, не задумываясь, как дышать. Теодор ушел в сторону, используя воздух как щит, и контратаковал воздушной волной, от которой я едва увернулась.
Мы сцепились всерьез. Я атаковала огненными плетями, он уклонялся и бил воздушными кулаками. Я пыталась достать его в упор, используя грязные приемы с локтями и коленями, он использовал скорость, чтобы уходить от прямых попаданий. Я поджигала воздух вокруг него, он гасил пламя встречными потоками. Это был танец — бешеный, страстный, опасный.
Через полчаса мы оба выдохлись и рухнули на землю, тяжело дыша. Я смотрела в небо и чувствовала, как каждая клеточка тела вибрирует от напряжения. Рядом сопел он.
— Неплохо, — выдохнул Теодор, глядя в голубеющее небо. — Совсем неплохо. Для любительницы.
— Ты тоже ничего, — признала я, поворачивая голову. — Для принца, который привык, чтобы за него воевали другие.
— А теперь поговорим о стратегии, — он сел и протянул мне руку, помогая подняться. Я приняла помощь — ноги действительно подкашивались. — Твоя проблема — ты слишком эмоциональна. Огонь это любит, подпитывается эмоциями, но в командном бою эмоции мешают. Ты начинаешь думать не головой, а тем, что у тебя внутри. Нужно научиться контролировать себя, даже когда хочется все спалить.
— Моя проблема — ты, — огрызнулась я, вытирая пот со лба. — Рядом с тобой я вообще не могу контролировать ничего. Ни огонь, ни себя.
Он замер. Посмотрел на меня долгим, тяжелым взглядом. Потом медленно сел на скамью и похлопал по месту рядом с собой.
— Почему? — спросил тихо.
Я села. Между нами было сантиметров двадцать, и эти сантиметры искрили так, что хоть прикуривай.
— Потому что ты бесишь меня, — ответила я честно, глядя ему в глаза. — Потому что ты принц, которому все должны. Потому что ты был с Лианой, целовал ее, спал с ней, пока я тут чуть не умерла от любви к тебе. Потому что ты целовал меня на балконе, а на следующий день вел себя так, будто ничего не было.
— Я не вел себя так, будто ничего не было, — возразил он, и в его голосе появились металлические нотки. — Я просто... ждал.
— Чего? — я повернулась к нему. — Чего ты ждал?
— Твоего сигнала. Что ты готова. Что я не наврежу тебе снова. Я уже однажды чуть не убил тебя своим равнодушием. Больше я такой ошибки не допущу.
Я смотрела на него и не верила. Этот высокомерный, холодный принц, который унижал меня при всем честном народе, который предпочел мне Лиану, который едва не довел до самоубийства — он сидел рядом и говорил, что ждал моего сигнала?
— Я не знаю, готова ли, — сказала я тихо. — Слишком много всего. Слишком быстро. Я только начала привыкать к новой жизни, к Академии, к магии. А тут ты со своими поцелуями и тренировками.
— Тогда давай медленно, — предложил он, и его голос стал мягче. — Начнем с доверия в бою. А там видно будет. Договорились?
Я посмотрела на его руку, протянутую для рукопожатия. На широкую ладонь, которая еще недавно сжимала меня в объятиях. На глаза, в которых не было ни капли прежнего высокомерия.
— Договорились, — я пожала его руку. И в этом рукопожатии было больше смысла, чем во всех наших предыдущих разговорах.
Следующие два дня мы тренировались как звери. С утра до вечера, с перерывами только на еду и сон. Кира приносила нам еду прямо на арену и смотрела с умилением, как наседка на выводок цыплят.
— Вы как два влюбленных идиота, — заявила она на второй день, наблюдая, как мы отрабатываем комбинацию «огненный смерч». — Только вместо поцелуев — файерболы. Это так мило, что меня тошнит.
— Заткнись, — огрызнулись мы хором и переглянулись.
А потом рассмеялись.
