искоса поглядывала на стража, с интересом осознавая тот факт, что передо мной сейчас сидит в прошлом серийный убийца демонов, а меня это нисколько не смущает. Потому что, вот хоть что делайте, но я не поверю, что в той деревне хоть капля крови принадлежала невинному. Хэлмираш есть Хэлмираш и, узнав его историю, меньше ему доверять я не стала. Пока не перейду границы опасного в его понимании, он для меня друг.
Страж еле в чашке ковырялся, разве что пару ложек смог в себя запихнуть, а потом, глянув на мою уже блестящую дном посудину, придвинул ко мне свою.
— А ты? — я подняла глаза на него.
— Я вообще обычно не ем здесь, — покачал головой мужчина. Непослушные мокрые пряди упали на лицо, закрывая глаза.
— Хэл, — порывисто коснулась его руки ладонью. — Прости, я не знала, что… сегодня у тебя годовщина, я вообще по другому делу с тобой поговорить хотела…
Мужчина какое-то время смотрел на мои пальцы на своем предплечье, следы ожогов все еще местами были видны на моей коже, потом со вздохом накрыл их ладонью.
— Ничего, все в порядке. Я не мог ничего тебе сказать, это условие заклинания очищения. Зато, благодаря тебе, я смог очистить больше, — проговорил он, убирая руки со стола.
— То есть?
— Когда работаешь с такими заклинаниями, как это, идет очень сильное охлаждение тела, я не справлялся с ним, это ограничивало возможный радиус действия. А то, что ты в теле демонессы, дало возможность подпитывать меня теплом, но при этом даже простуду не подхватить.
Хмыкнула, отмечая, что да, стоило прогреться, как я начала чувствовать себя совершенно нормально, даже не чихнула ни разу.
— Учитывая твое обычное любопытство, странно, что ты не задаешь вопросов о происходящем, — страж глянул на меня исподлобья.
— Мне… — несколько смешалась. — Мне рассказали.
Мужчина только криво усмехнулся.
— Наелась? — Хэлмираш кивнул на опустошенные мною чашки.
— Да, спасибо, — окончательно смутилась я.
— Тогда пошли, мне тут комнату дают, переночуем, а завтра с утра телепорт откроется, и мы вернемся в Академию, — страж встал, взял обе пустые тарелки, по пути поставил их на стойку.
Я молча шла за ним, внутренне радуясь, что он не стал отчитывать меня за факт моего появления здесь. Хотя, еще не вечер, видно же, что толком в себя не пришел. Мы поднялись на второй этаж, Хэлмираш отсчитал третью справа дверь, открыл ключом. В комнате был разожжен камин, от него и шел единственный свет: за окнами уже стемнело. Кровать была одна, еще в углу у окна приткнулся столик, больше в комнате ничего не было. Постельного белья к кровати не прилагалось, только матрас.
— Давай к стенке, я с краю лягу, — проговорил Хэлмираш, тяжело оседая на край кровати.
Я шустро скинула сапоги и юркнула на кровать, закутываясь в мантию и прижимаясь к стене. Хэлмираш, так же избавившись от обуви, завалился рядом и замер. Судя по быстро выровнявшемуся дыханию, заснул мужчина быстро. Я же еще немного поерзала, все-таки слишком привыкла спать одна, но тоже уплыла в объятия Морфея.
Ага, а проснулась в других объятиях. Хотя против ничего не имела, в комнате к утру существенно похолодало, ноги замерзли так, что это меня и разбудило. А вот спина и плечи были согреты собравшим меня в охапку Хэлмирашем. Я рефлекторно сунула свои заледеневшие ступни поближе к теплому стражу. Мужчина охнул и зашевелился.
— Прости, у меня просто ноги замерзли, — тут же спросонья кинулась оправдываться, разворачиваясь.
Хэлмираш потер заспанное лицо руками, пригладил взлохмаченные волосы. Сел на кровати, огляделся. Потом снял куртку, кинул ее на мои ноги.
— Погрейся, — проговорил он со сна еще более низким, чем обычно, голосом. А сам встал, обулся и вышел за дверь.
Я тут же закутала ноги в спасительное тепло, жалея, что не могу забраться под эту куртку вся, ибо без Хэлмираша за спиной стало ощутимо холоднее. Но страж вернулся быстро.
— Вставай, портал уже активирован, нам пора.
Мужчина накинул отданную мною куртку, подождал, пока я облачусь в сапоги. Вместе мы вышли из спящей еще таверны в серое утро. Здесь было ощутимо холоднее, нежели в Академии, у меня по коже прошли мурашки стройными рядами. Но марево портала было открыто прямо во дворе, так что далеко идти не пришлось. Взяла Хэлмираша за протянутую руку, и мы оба оказались в том же самом месте, откуда исчезли день назад.
И первым, кого увидела, открыв глаза, был Триг. Демон стоял на дорожке напротив, сложив руки на груди. В его горящие глаза мне смотреть было стыдно, так что я опустила голову, выпустила ладонь Хэлмираша, шагнула к брату и уткнулась лбом ему в плечо.
— Прости, — шмыгнула.
Меня сжали в объятиях до хруста суставов, но я даже не пикнула.
— Сегодня освобождаешься от тренировки, наверстывай пропущенный материал, — раздался позади нас голос Хэлмираша.
— Хорошо, спасибо, — я повернула к нему голову, улыбнулась.
Страж кивнул в ответ и исчез.
— У тебя сейчас пара, — проговорил Триг у меня над головой.
— И я к ней совершенно не готова, — вздохнула. — Давай я первую все-таки прогуляю, потому что мне надо помыться и сменить одежду, а на вторую пойду, договорились?
— Договорились, — приобнял меня за плечи брат, вздыхая. — А по дороге поделись-ка, сестренка, куда тебя носило, пока я тут седые волосы зарабатывал.
И я ему все рассказала. В один путь до дома весь рассказ про страшную деревню, про кровь и Маалара не уместился, так что я рассказывала все то время, что переодевалась, мылась и завтракала.
— В итоге ты так и не спросила у Хэлмираша про Кирана, — заметил Триг.
Я несколько истерически рассмеялась.
На занятиях мне, конечно, влетело за прогул. Особенно распиналась Бошар. Я и безответственная, и наглая, и ленивая, и все в таком ключе. Привычный набор еще со времен человеческой жизни. Терпеливо пропустив все это мимо ушей, я вычленила свое наказание величиной в еще один реферат и спокойно села на свое место. На других занятиях мне тоже сказали пару ласковых, но сильно грузить не стали.
Вечером того же дня я не выдержала и прямо спросила у Трига:
— Почему ты мне сразу не сказал, что Даарен будет драться с отцом?
— Потому что ты будешь волноваться, — пожал плечами брат. — Потому что в тебе нет темперамента демона, и ты не поймешь, что это все значит для Даара. Он долго готовился к бою с отцом и не хотел, чтобы ты ему помешала.
Я вздохнула.
— Ему точно ничего не угрожает? — как-то жалобно прозвучал собственный
