остановился у двойной двери.
— Ваши покои, леди.
— А его?
Он кивнул на дверь напротив.
— Через внутренний проход — смежные.
— Восхитительно.
— На ночь проход можно запереть с вашей стороны.
Я вскинула бровь.
— Щедро.
— Это личное распоряжение милорда.
Вот тут я замолчала.
На секунду.
Потому что эта деталь оказалась слишком неожиданной. Слишком… внимательной. Он не просто перенес меня ближе к себе. Он еще и оставил мне право закрыться.
И, конечно, от этого стало только хуже.
— Благодарю за королевскую милость, — сказала я холодно.
Рейнар открыл дверь и пропустил меня первой.
Новые покои были больше прежних. Светлее — если вообще это слово подходило дому Вальтер. Здесь было больше серебра, меньше черного бархата, стены отделаны светлым деревом, камин шире, окна выходили не на внутренний двор, а на лес и дальнюю часть сада. Спальня отделялась от гостиной тяжелой ширмой, дальше виднелась дверь в гардеробную и еще одна — узкая, без украшений.
Внутренняя.
К нему.
Я почувствовала ее сразу, даже не глядя.
Как чувствуют опасность, источник жара или слишком близкое дыхание.
— Если что-то понадобится, пост у коридора уже выставлен, — сказал Рейнар. — А эту дверь вы вправе запереть сами.
— Вы повторяете это уже второй раз.
— Чтобы вы точно услышали.
Я перевела взгляд на него.
— Вы так тонко намекаете, что мне стоит сделать именно это?
Он выдержал паузу.
— Я намекаю, что выбор должен быть вашим, леди.
После чего поклонился и вышел.
Вот и все.
Оставил меня одну в комнате, где одна дверь вела к безопасности, а другая — к опасной близости, которую я не умела ни назвать, ни игнорировать.
Я медленно подошла к внутренней двери.
Коснулась ручки.
Холодная.
Заперта? Нет. Просто закрыта.
С той стороны не доносилось ни звука.
Конечно. Было бы слишком просто, если бы он сейчас стоял там, по ту сторону, и тоже смотрел бы на эту дверь.
Я почти разозлилась на себя за эту мысль.
Почти.
Вместо этого отступила, поставила сумку на стол, выложила письма и шкатулку в ящик секретера, потом долго перекладывала их с места на место без всякой пользы.
Руки делали что-то привычное.
Голова — совсем другое.
Она снова и снова возвращалась к вечеру.
К взглядам Селены.
К словам Кайдена.
К тому, как он стоял слишком близко и как легко понимал вещи, которые я сама не хотела формулировать.
Не только опасность.
Проклятье.
Я резко открыла ящик, достала письмо Эвелины и перечитала строчки про то, что она уже не уверена, боится ли именно его.
Потом медленно села в кресло.
— Значит, и ты это почувствовала, — прошептала я.
Не доверие.
Не любовь.
Нет.
Куда сложнее.
Понимание, что мужчина, которого легче всего сделать главным чудовищем истории, может оказаться не самым страшным злом в ней.
А рядом с таким человеком опасно не только жить.
Опасно начинать чувствовать себя чуть спокойнее.
Стук в наружную дверь заставил меня вздрогнуть.
— Войдите.
Вошла не Лисса.
Селена.
Одна.
Без стука сердца у меня не получилось бы услышать собственное дыхание.
Она была все в том же бордовом, только волосы теперь чуть свободнее лежали по плечам. В мягком свете комнаты выглядела еще красивее. И еще опаснее.
— Вы удивлены, — заметила она, плавно закрывая за собой дверь.
— Я просто размышляю, насколько наглым человеком нужно быть, чтобы врываться в покои хозяйки дома без приглашения.
— Я постучала.
— Это была формальность.
Она улыбнулась.
— В нашем мире многие формальности важнее искренности.
— С этим я уже ознакомилась.
Селена прошлась по комнате медленно, почти лениво. Ее взгляд скользнул по мебели, по камину, по внутренней двери — и на этом месте задержался чуть дольше.
Разумеется.
— Значит, вас поселили рядом с ним, — произнесла она.
— Какая наблюдательность.
— Какая спешка.
Я поднялась с кресла.
— Вы пришли поговорить или просто понюхать воздух у двери его спальни?
В ее глазах что-то вспыхнуло.
Совсем на миг.
— О, значит, характер у вас действительно не слухи.
— А у вас — действительно вкус к чужому.
Она рассмеялась тихо.
Красиво.
И очень неприятно.
— Вы думаете, что все так примитивно?
— Я думаю, что женщина, которая шепчет чужой жене, что той стоит внимательнее выбирать защиту, не приходит с добрыми намерениями.
Селена остановилась.
Совсем рядом с камином. Бордовый шелк ловил отблески огня и делал ее почти частью этого дома — темной, дорогой, ядовитой.
— Хорошо, — сказала она вдруг без привычной светской мягкости. — Тогда без вежливости. Вас привели сюда не ради любви и не ради власти. Вас привели как ключ. И все, кто умеют думать, уже это поняли. Вопрос только в том, кто первым сумеет этим ключом воспользоваться.
Я смотрела на нее не моргая.
— И вы предлагаете свои услуги?
— Я предлагаю вам не быть дурой.
— Поздно. Я уже здесь.
На ее губах появилась тень улыбки.
— О да. Именно поэтому я и пришла. Потому что вы пока не понимаете, кто рядом с вами опаснее всего.
— Вы?
— Нет. Он.
Этого я и ждала.
И все же, когда слова прозвучали вслух, внутри что-то неприятно сжалось.
— Какое совпадение, — сказала я. — Примерно то же самое мне пытались внушить письмами.
Она прищурилась.
— Письмами?
Поймала.
Хорошо.
Я не ответила.
И по тому, как едва заметно изменилось ее лицо, поняла: она не ожидала, что я скажу это прямо.
— Значит, вы уже получили предупреждения, — произнесла Селена. — Умные люди вокруг вас все же остались.
— Или люди, которым выгодно, чтобы я сомневалась.
— А вы сомневаетесь?
Вопрос был задан слишком быстро.
Слишком точно.
И именно поэтому я улыбнулась.
— А вы очень хотите это узнать.
Она шагнула ближе.
— Я хочу узнать, насколько далеко вы успели зайти.
— Куда?
— Под его кожу.
Удар пришелся точно. Не в сердце — глубже. В то место, которое я сама старалась не трогать.
— Вы о себе переживаете? — спросила я мягко. — Или о нем?
Вот теперь ее спокойствие дало первую трещину.
Небольшую.
Но заметную.
— Вы еще слишком мало здесь, чтобы понимать, о ком стоит переживать.
— Зато достаточно, чтобы понять: вас бесит не сделка. Вас бесит, что на моем месте не вы.
Тишина вспыхнула между нами как искра.
Селена медленно выдохнула.
— Вы очень торопитесь стать врагом тех, кто может вам помочь.
— А вы очень торопитесь выдать угрозу за помощь.
Она склонила голову, изучая меня почти с любопытством.
— Знаете, что странно? Эвелина была гораздо удобнее.
Вот.
Прямо.
Я шагнула к ней.
— Вы давили на нее?
— Я разговаривала с ней.
— Лгали ей?
— Я открывала ей глаза.
— На что?
— На то, что Кайден Вальтер
