видеть. Ну не грибы же собирала, в конце концов, ни на что не отвлекаясь. Ага, скалкой. В любом случае нужно было выяснить, что она в лесу в тот день делала.
Глава 14
Надежда быстро набрала нужные ей травы, растущие вокруг небольшого лесного озера. Положив последний срезанный пучок в корзину, она обернулась к стоявшему неподалёку Бергеру.
— Ну вот, Сергей Владимирович, можно уже домой идти, — сказала Надя, улыбнувшись внимательно её разглядывающему мужчине. Их взгляды встретились, и она вздрогнула, заметив, как в его зрачках промелькнули яркие жёлтые искры. Надя моргнула и отвернулась, впервые почувствовав, что взгляд конкретно этого мужчины не вызывает у неё чувства гадливости, как это бывало, когда ей вслед смотрели деревенские мужики.
— Можно просто Сергей, — Бергер подошёл к ней и протянул руку. — Давайте корзину, я даже отсюда вижу, что она довольно тяжёлая.
— Да что вы, я сама как-нибудь справлюсь, — и Надя попыталась обойти его, чтобы выйти уже на тропинку.
Бергер только тяжело вздохнул и, не говоря больше ни слова, просто забрал у неё действительно довольно увесистую ношу.
— Никогда бы не подумал, что какие-то лютики могут быть такими тяжёлыми, — сказал он, глядя на потупившуюся женщину. — Да не тушуйтесь вы, мужчины для того и созданы, чтобы тяжести таскать. Вы не знали, что ли?
— Как-то это знание мимо меня прошло, — пробормотала Надя. — Не нужно меня опекать, я сама могу за себя постоять.
— Даже не сомневаюсь, — Бергер шёл рядом, периодически поглядывая на свою спутницу. Они уже выбрались из леса и вышли на дорогу, ведущую в деревню, и Бергер раздумывал над тем, что надо бы свернуть на ту злополучную поляну и ещё раз осмотреться.
Вообще получалось, что почти все нужные местным места располагались рядом с деревней, никуда далеко ходить не нужно было. Бергер даже начал подозревать, а не организовал ли кто-то капище, поклоняясь древним богам, чтобы в таком вот относительном комфорте жить. Тогда пропажа девушек вполне вписывается в нарисованную им картину: жертвы девственницы — это просто классика.
— Надя, скажите, а раньше в вашей деревне не происходило ничего такого же странного?
— Насколько я знаю, нет, — она покачала головой. — Но вам лучше с Варварой поговорить по этому поводу.
— А Варвара — это… — Сергей вопросительно посмотрел на Надежду.
— Это мать Оксанки, второй пропавшей девушки. Целительница она. Даже даром владеет. Слабеньким, но, чтобы лечить, да зелья разные делать, вполне хватает. Как дочь пропала, так она не прекращает её искать. Всё дальше и дальше в лес каждый день уходит. Иногда и ночует там. Не верит она, что Оксана и остальные умерли, говорит, что время ещё не пришло, — Надя замолчала, а потом бросила быстрый взгляд на слушавшего её очень внимательно Бергера. — Если кто-то и догадывается, что происходит, так это она.
— Опрос родителей пропавших девушек у Андрея на завтра в плане стоит, — задумчиво проговорил Сергей. — Но получается, что к Варваре нужно идти рано утром? Пока она не ушла в лес.
— И то не факт, что дома застанете, — ответила Надя. — Лучше уж вечером, когда она вернётся.
— А как мы узнаем, что она вернулась? — спросил Бергер с изрядным скепсисом в голосе.
— Можно бабку Марфу попросить. Она вечно на лавке сидит, всех видит, кто куда пошёл, кто куда ушёл… Как только Варвара мимом неё пройдёт, сразу же станет известно, — после почти минутного молчания немного неуверенно произнесла Надя. — Нужно только как-то уговорить Марфу, а это не так-то просто.
— Громов пойдёт уговаривать. Его лицензия подразумевает ведение различных переговоров, — хмыкнул Бергер. — Сдаётся мне, что эту Марфу будет потруднее уговорить, чем какого-нибудь охамевшего призрака.
— А вы чем будете в этот момент заниматься? — лукаво улыбнулась Надя.
— Перенимать опыт, конечно, — усмехнулся Бергер и остановился рядом с тропинкой, ведущей к поляне. — Надя, деревня вон она, отсюда даже ваш дом при желании можно разглядеть. Вы дойдёте одна? Мне нужно кое-что проверить. Корзину я могу донести, не беспокойтесь, — быстро добавил он.
— Нет-нет, я сама… — и Надя решительно забрала у него свою череду. — Я понимаю, работа. Я слышала, что вы Андрею Михайловичу обещали что-то проверить. Но я могу и подождать, вон там малинник хороший, так что я пока малинки пособираю…
— Стоп! — Бергер резко перебил её. — Малина, точно!
И он бросился по тропинке к поляне. Его только что осенило, и Сергей бежал, чтобы проверить свои догадки. Выбежав на поляну, он осмотрелся. Да, всё-таки он был прав, здесь явно чего-то не хватало, а именно ягодных кустов. Все свидетели в голос говорили, что девушки пошли в лес, чтобы собрать ягоды. И какие ягоды они здесь собирали? Ещё раз оглядевшись по сторонам, Бергер заметил узкую тропку, уходящую с полянки дальше в лес. Дарина с тёткой зашли сюда с другой стороны, там тропа была шире, хорошо нахоженная, здесь же даже непонятно, кто проходил: человек или косуля какая пробежала.
Внезапно поднявшийся ветерок донёс до чувствительного нюха оборотня очень странный запах. И шёл он как раз с той стороны, куда вела эта тропка. Недолго думая, Сергей пошёл туда, откуда доносился запах. Тропинка привела его к старой берлоге. Медведь когда-то давно заломил берёзу, накрыв довольно глубокую яму, и именно из этой ямы шёл запах.
Бергер опустился на колени и попытался заглянуть под берёзу. Тошнотворный запах усилился, но разглядеть ничего не получалось. Тогда он достал фонарик и принялся светить в берлогу в надежде что-нибудь разглядеть.
— Что там? — голос за спиной раздался так неожиданно, что Сергей подскочил, чувствуя, как сердце заходится в груди. Надя стояла прямо у него за спиной, прижимая к груди корзинку. В её расширившихся глазах плескался страх. — Сергей, мне очень страшно.
И только сейчас Бергер почувствовал, как на него накатывают волны первобытного, не связанного ни с чем конкретно ужаса. В ушах шумело, и именно из-за этого шума он не услышал, как к нему приблизилась Надежда, и из-за него же её голос звучал словно в отдалении.
— Пойдём отсюда, — прохрипел Бергер. Шум усилился, а из-под носа по губам потекла кровь. Её запах и вкус Сергей никогда не с чем не перепутал бы. Но
